концерт эстрада
Похоже, Москва получила на его концертах годовую дозу позитивных концертных эмоций и здоровой сексуальной энергии. Ничего более живого и яркого в графике визитов зарубежных гастролеров БОРИС Ъ-БАРАБАНОВ не нашел.
Ибрагим Феррер мог вообще не петь. Выйти на сцену Театра эстрады, поклониться, сорвать положенную дозу оваций и оставить зрителей на попечение своего оркестра. Или мог бы, как Сезария Эвора в "Олимпийском", устроить концерт типа "...и друзья". Когда тебе семьдесят семь и ты человек-история, публика простит тебе все. Ибрагим Феррер стал мировой звездой в семьдесят, до этого прожив большую и насыщенную жизнь на родной Кубе. А после семидесяти, то есть после прославивших его записей в рамках проекта Buena Vista Social Club, успел объехать весь мир, стать частью мультимедийного проекта Деймона Албарна Gorillaz, а своими песнями заработать Grammy. В принципе сеньор Феррер — готовый музейный экспонат, и петь ему не так уж и необходимо.
То, что произошло в Театре эстрады, превзошло все самые смелые ожидания. Должен сказать, что еще во время вчерашнего интервью с Ибрагимом Феррером мне стало окончательно ясно, что этот дедушка будет поживее многих молодых. Его способность тараторить так, что испуганная переводчица еле успевала за мыслью, талант устраивать из каждой фразы спектакль и вступать по малейшему поводу в перепалку с окружением поражали воображение.
Концерт оказался каким-то сеансом массового оздоровления. С первых нот, взятых оркестром под руководством тромбониста Деметрио Мюиза, стало ясно, что нам привезли настоящий, большой, пахучий кусок Кубы. По поводу мастерства инструменталистов могу только процитировать растерянные записи в собственном блокноте: "гениальный сакс-тенор"... "фантастический пианист"... "выдающихся достоинств бэк-вокалистка"...
Ибрагим Феррер вышел на сцену в белом двубортном костюме с белым галстуком, черной рубахе и кепи и лаковых остроносых туфлях. Весь концерт старик не переставал двигаться. Он пел, много говорил, жестикулировал, пританцовывал, прыгал, манипулировал микрофонной стойкой, почти как заправский рок-вокалист, он находился в постоянном диалоге с музыкантами, причем было абсолютно непонятно, где заканчивается очередная реплика из песни и начинается веселая дружеская перепалка. Сценическое оборудование, решенное в духе самых современных технологий, позволяло музыкантам дать волю моторике, заложенной в кубинской музыке. Пластичности даже самых пожилых участников оркестра можно только позавидовать. Сеньор Феррер пользуется ушными мониторами, поэтому авансцена была освобождена от этих громоздких черных ящиков, всегда мешающих музыкантам разойтись вовсю, и певец перемещался от одного края сцены к другому, рассыпая воздушные поцелуи и приветствуя кубинскую диаспору, которая явилась в театр, похоже, в полном составе, несмотря на стоимость билетов (место в первых рядах партера стоило 9800 руб.). В середине концерта вспомнили ушедшего из жизни участника Buena Vista Social Club Рубена Гонзалеса, пьесу в память о нем сыграл Роберто Фонсека. 29-летний пианист продемонстрировал какой-то недостижимый уровень мастерства, зрители буквально не верили своим ушам, на глазах рождалось чудо джазовой импровизации в рамках афро-кубинской ритмики. После его соло, как и после индивидуальных номеров всех солистов оркестра, хотелось тут же бежать в магазин за CD.
Видимо, только цена билетов, диктующая определенную манеру поведения, удерживала зрителей от того, чтобы пуститься в пляс с первых песен. Но когда не терпящим возражений жестом сеньор Феррер позвал на авансцену бэк-вокалистку Иданию Вальдес, публика словно сорвалась с цепи. Молодая певица воплощает в себе все те качества кубинской женщины, которые сводят с ума мужчин, слетающихся в Гавану со всего света. Сеньора Вальдес одновременно пела и вращала всеми частями тела, демонстрируя феноменальное чувство ритма (Идания — дочь барабанщика), умопомрачительную пластику и дикую сексуальную притягательность, свойственную лучшим артисткам гаванского кабаре "Тропикана". Танцуя в своем глубоко декольтированном брючном костюме цвета кофе с молоком, сдержанно улыбаясь, Идания заводила мужскую часть аудитории почище любой московской стриптизерши.
Музыканты завершили концерт песней Ибрагима Феррера "Boquinene", попрощались, публика взвыла, и оркестру пришлось даже увеличить бис по сравнению с другими концертами турне Buenos Hermanos. Сеньор Феррер спел на прощание две песни с первого альбома Buena Vista Social Club — "Dos Gardenias" и "Candela". Когда последняя превратилась уже в какую-то нескончаемую карибскую танцевальную медитацию, случилось главное. Повинуясь железной воле ритма, мужчины из дипкорпуса сбрасывали строгие пиджаки и пускались, насколько позволяло пространство зала, в румбу-мамбу с юными журналистками, на лицах удивленное выражение совместилось со счастливыми улыбками, девушки легко отвечали на случайно брошенные взгляды. Может быть, в этом состоит главный фокус любой талантливой музыки — заставить публику перестать смотреть на сцену и обратить наконец внимание на того, кто рядом.