Завершился 43-й международный кинофестиваль в Мангейме и Гайдельберге. Главный приз (DM30 тыс.) получила режиссер из Нидерландов Дигна Зинке за фильм "Белле ван Зойлен". Спецприз памяти Фасбиндера (DM10 тыс.) достался американцу Питеру Маккарти за картину "Спотыкаясь". Лучшим документальным фильмом признан чилийский "Ледяные сны" режиссера Игнасио Агуэро. Корреспондент Ъ АНДРЕЙ Ъ-ПЛАХОВ сообщает из Мангейма.
В течение многих лет фестиваль в Мангейме ассоциировался для всех, и особенно для российских кинематографистов, с именем его директора Фэй Вайян. Пришедший ей на смену Михаэль Кетц получил в наследство респектабельный имидж фестиваля и серьезные финансовые проблемы. В прошлом году фестиваль едва дышал, выброшенный на окраину города. Теперь он не только вернулся в центр, но и породил своего двойника в соседнем Гайдельберге.
Именно там, в заполненном студентами городке, кипели самые жаркие дискуссии. Одна из них была посвящена специальной программе "Кино на войне", построенной на кинодокументах из экс-Югославии. Главный мотив большинства фильмов, в том числе и снятых приезжими кинематографистами, — жизнь продолжается даже в условиях перманентной войны. Это было не столько радостное, сколько печальное открытие: Европа привыкает к тому, что кровь льется почти в центре континента. Другая дискуссия, проходившая в Мангейме, тоже не дышала оптимизмом: речь шла о состоянии киношкол и трудностях молодого кино. И в Европе, и в России (которую представлял "Пешаварский вальс") эти трудности очевидны. Только гость из Кубинского киноинститута утверждал, что в Гаване царят творческая атмосфера и плюрализм, а люди, одержимые жаждой духовной пищи, толпами валят в кино.
Более локальные дискуссии прошли по фильму "Русский рэгтайм" (здесь солировали наши эмигранты) и по индийской картине "Королева бандитов", запрещенной в Индии. Героине этого фильма приходится пройти через бесконечные унижения — после чего она организует банду и вырезает чуть ли не целую деревню. В основе лежат мемуары вполне реальной и легендарной Пулан Деви. Сама Деви, однако, не согласна с экранной трактовкой, считая ее слишком романтизированной и одновременно обидной для ее женского достоинства. С королевой бандитов шутки плохи: правда, теперь она отстаивает свои права легальными методами, через суд.
Феминистские споры вокруг индийской ленты оттеняли споры вокруг другой — под названием "Валенсийский романс". В ней тоже подлинный герой — тореадор Энрике Понсе, и он играет сам себя, делая фильм практически документальным. Но блюстители политкорректности обвинили его в сексизме: их насторожило, что режиссер Соня Херман Дольц, приехавшая в Испанию из Голландии, слишком откровенно любуется мужским телом и кровавыми ритуалами корриды.
Эти упреки миновали другую голландку — Дигну Зинке, ставшую в итоге победительницей конкурса. Победа вполне заслужена. "Белле ван Зойлен" — рассказ о голландской интеллектуалке XVIII века, о ее писательской карьере и романе с Бенжаменом Констаном. Чувствуются хорошо усвоенные уроки Гринуэя, давно связанного с Голландией, — но не только. Картина дышит удивительным спокойствием, пронизывающая ее ироничность утоплена в бархате костюмов и золоте париков, уравновешена мягким "вермееровским" светом. Типажи не просто потрясающе подобраны, но оказываются тонкими актерами. В отличие от "Орландо", феминистский концепт не доминирует, картина лишена даже намека на провокативность — и тем не менее ее художественная актуальность не вызывает сомнений. Как и ее тема — тихий Апокалипсис в глубоко интимном преломлении.
Эта тема, стала центральной на всем фестивале, определила лицо конкурса. Его типовые герои — маргиналы. Отвергая конформистский образ жизни, яппи, нео-хиппи непохожи тем не менее на своих предшественников прежних десятилетий. Они — звезды, сознательно примеряющие маски аутсайдеров. Их идолы — покончивший с собой певец стиля "гранж", лидер группы Nirvana Курт Кобейн и погибший от наркотиков киноактер Ривер Феникс. Они чистой волы индивидуалисты, не признающие никаких коммуналок. Они не бегут от общества, а отдаются течению повседневности, бредут, спотыкаясь, сквозь дебри утилитарной культуры — бесцельно, без ориентации, балансируя между цинизмом и летаргией. Как и первое "экзистенциальное" поколение середины 50-х годов, это очередное "потерянное" вновь окрестили поколением Х. Оно было представлено в Мангейме целым рядом картин — канадских, японских, но прежде всего американских. Разумеется, из разряда "независимых". "Риск" Дейдры Фишель — road-movie о двух любовниках в украденной машине. Она — неустроенная художница, подрабатывающая позированием. Он — мелкий гангстер с наклонностями мазохиста и трансвестита. Ничего хорошего из этого романа, разумеется, не выходит.
Удостоенный приза Фасбиндера фильм "Спотыкаясь" сделан в еще более радикальном духе. Герой, внешне похожий на Леонида Парфенова, лишен его лоска и невозмутимости и пребывает в плену своих комплексов. В течение одного дня он теряет пособие по безработице, свою девушку и едва ли не жизнь. С сардоническим видом беспокойного, но пассивного наблюдателя он движется сквозь Лос-Анджелес, город расовых стычек, улиц, по которым нельзя ходить, и непредсказуемых типов, живущих на этих улицах. Риск обнаружить подругу в чужой постели таков же, как и вероятность стать объектом вооруженной атаки. Почти документальный стиль плотно смыкается с галлюцинациями, ставя ребром вопрос: как выжить в этом мире и не свихнуться? Этот фильм называли на фестивале "политическим, но втиснутым в очень личную причудливую рамку". Вероятно, не так уж случайно, что в программу, смонтированную Михаэлем Кетцем, попал и "Русский рэгтайм". Хотя потерянность и раздрызг его героев все же далеки от всеобъемлющего холода "ледяных снов" сегодняшнего поколения Х, в котором на самом деле заключены и Y, и Z, и еще много неизвестных.