Ключ от всех дверей

В 2026 год рынок труда вошел с рекордно низким показателем уровня безработицы, что, как отмечают аналитики только подчеркивает дисбаланс между спросом и предложением. Ответом на кадровый голод становится переход к системной политике государства, где определяющую роль играет связка «школа-вуз-предприятие». О роли университетов в подготовке кадров и насыщении ими рынка труда, о вызовах, с которыми сталкиваются вузы в эпоху турбулентности и о формировании «Индустрии 4.0» в ходе круглого стола «Вузы в эпоху турбулентности», организованного ИД «Коммерсантъ Северо-Запад», поговорили первые лица петербургских университетов.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

В феврале прошлого года Министерство науки и высшего образования РФ объявило о перезапуске программы «Приоритет 2030», ключевой целью которой является достижение технологического лидерства России. Для этого, уверены, специалисты, требуется новый формат сотрудничества между государством, бизнесом и университетами. Стороны должны объединиться и разработать единый подход к запуску, финансированию и развитию совместных проектов.

В 2026 году финансирование в рамках программы поддержки университетов «Приоритет 2030» получили 106 вузов. Среди участников программы в СЗФО — Санкт-Петербургский государственный университет телекоммуникаций им. проф. М. А. Бонч-Бруевича (СПбГУТ), ИТМО, Санкт-Петербургский государственный университет аэрокосмического приборостроения (ГУАП).

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Как отметил ректор СПбГУТ Руслан Киричек, оператор «Приоритета 2030» — ФГАНУ «Социоцентр» — задает тренд, который за последние полтора года сместился в сторону технологического лидерства, что повлияло на идеологию работы университетов.

«Если раньше первоочередной задачей было обучение, потом научные исследования, потом воспитание, то сейчас на первое место выходят наука и инновации, образование смещается на второе место, а воспитание — на третье»,— рассказал господин Киричек. По его словам, после упадка в стране НИИ наука мигрировала в университетскую среду.

«Фактически есть бизнес, который сосредоточен на масштабировании готовых решений, и есть университетская среда, которая создает новые, передовые решения, способные превзойти западные аналоги,— продолжил ректор СПбГУТ.— Сейчас на базе университетов организовывают технологические корпорации, где идея нового решения превращается в конкретный продукт, который затем продается и внедряется в реальные системы. Но очень важно на всех этапах этого процесса считать финансово-экономическое обоснование (ФЭО), и здесь как раз важны научные школы, созданные при университетах. Сейчас как никогда важно опираться на компетенции, в которых вуз действительно силен, и создавать конкретные решения, чтобы опережать конкурентов».

По его словам, программа «Приоритет» подстегивает количественное и качественное изменение продуктовых линеек по разным отраслям: медицина, биотехнологии, кибербезопасность — все, что критически важно для устойчивости страны. Программа во многом определяет, чем занимается университет: она дает хорошую методологическую поддержку и PR-составляющую. Но главное — это выстраивание технологических цепочек, которые выводят на рынок конкретные продукты, которые нужны стране, уверен господин Киричек.

Как отметил проректор по научно-техническому развитию ГУАП Николай Майоров, в ядре программы «Приоритет» заложено, что каждый университет представляет свои стратегические проекты для взаимодействия с индустриальными компаниями и промышленными предприятиями, опираясь на сформированную годами уникальную научную школу. Таким образом, благодаря «Приоритету» формируется набор уникальных решений на ландшафте России — от Калининграда до Владивостока — успешных проектов, выполненных исследований, где в одних случаях речь идет о мелкосерийном производстве на базе университета, которое затем можно передать заводу-изготовителю, а в других — о готовых решениях, которые могут быть реализованы на производствах.

«Университет способен готовить команды под конкретные задачи индустриальных компаний с возможностью последующего перехода исполнителей на предприятие. За счет короткого плеча взаимодействия университета и компании появляются инженерные кадры, которые затем — уже на базе предприятия — могут предложить новые идеи и решения. В том числе на базе вуза можно создать малое инновационное предприятие, выполняющее разработки или небольшое мелкосерийное производство. Университет оформляет права, риды, патенты с последующей передачей на индустриальное предприятие для выпуска серийной продукции,— прокомментировал проректор ГУАП.— Это один из инструментов, который связывает науку и образование и позволяет представить набор новых уникальных решений для обеспечения национальных задач технологического лидерства».

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

По словам советника ректора Европейского университета в Санкт-Петербурге (ЕУСПб) по академическому найму, научного сотрудника Центра институционального анализа науки и образования ЕУСПб Алексея Железнова, оценить результаты программы «Приоритет 2030» пока сложно. «Мы находимся в эпоху турбулентности, когда новая модель высшего образования еще не сформировалась. Ранее существовали различные программы поддержки вузов, такие как "5–100", сосредоточенные на международном сотрудничестве и рейтингах. Сейчас акцент смещается на технологическую повестку, хотя изначально "Приоритет" задумывался как сочетание исследовательского, регионального и культурного треков. Количество участников программы увеличилось с 21 до почти 150 университетов, однако малые вузы остаются вне ее из-за формального барьера по минимальному числу студентов. Такие университеты — вне программы, как Европейский, зато наращивают экспертизу для городских сообществ, что важно для абитуриентов и бизнеса»,— прокомментировал господин Железнов.

Кадры для предприятий

Период турбулентности проходит и система инженерного образования. Как отмечают представители вузов, это связано с двумя факторами. С одной стороны, политическая повестка влияет на актуальность различных специальностей, включая применение искусственного интеллекта и машинного обучения для решения практических задач. С другой стороны — это изменение самой системы высшего образования, в частности в вопросах подготовки инженерных кадров. Вузы постепенно готовятся к переходу на шестилетнюю модель их подготовки.

«Сейчас у нас действует система "бакалавриат — магистратура — аспирантура". А с учетом текущих тенденций нас ждет переход на шестилетнее образование, из которых 52 недели будет отведено на практику,— поделился Руслан Киричек.— В ходе обучения студенты будут получать две рабочие профессии, а основной упор будет делаться на то, чтобы выпускался инженер, полностью готовый работать на предприятии,— чтобы не требовалось отдельного этапа доучивания. То есть то дообучение, которое сейчас происходит на предприятии, будет фактически перенесено в эти 52 недели практики».

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Удачным опытом сотрудничества с индустриальными партнерами по образовательной деятельности делится проректор Санкт-Петербургского государственного морского технического университета (СПбГМТУ) Ольга Сайченко. «Партнеры все активнее включаются в образовательный процесс, и все реализуемые образовательные программы — в том числе в рамках пилотного проекта, участниками которого мы стали,— практикоцентричны, то есть содержат большой процент практической подготовки, которую студенты проходят на высокотехнологичных производствах университета и производствах индустриальных партнеров, принимающих участие в проектировании образовательных программ. Благодаря этому у нас очень высокий уровень трудоустройства выпускников — более 90%, и мы входим в число вузов-лидеров по этому показателю».

По ее словам, в последние годы СПбГМТУ превратился в научно-производственную корпорацию: помимо науки и образования на территории университета работает довольно много производств. «Те научные разработки, которые университет создает в рамках "Приоритета 2030", являются инновационными, и таким образом университет формирует повестку технологических задач перед индустрией — основным потребителем университетских разработок»,— добавила спикер.

В качестве примера она привела интегрированную информационную систему цифрового производства «Цифровая верфь», которая разработана университетом для модернизации Онежского судостроительно-судоремонтного завода, которая ушла в промышленную эксплуатацию, а ее цифровой двойник остался в университете для обучения студентов.

С целью коммерциализации научных исследований и разработок в университете выстраивается полноценная экосистема, которая превращает научную идею в готовый бизнес-продукт. Она состоит из центра трансфера технологий, который занимается коммерциализацией интеллектуальной собственности университета; из бизнес-инкубатора «Инкубис», который выводит студенческие проекты на орбиту большого будущего.

«Корабелка», пройдя путь от отраслевого вуза до научно-технологической корпорации, перешла от подготовки «классических» инженеров к формированию непрерывной образовательной траектории «школа — колледж — базовое высшее — специализированное высшее — аспирантура — ДПО». Ключевым элементом этой трансформации стало создание научно-производственных институтов в тесной связке с профильными кафедрами. Это обеспечивает постоянную циркуляцию актуальных знаний, технологий и инженерного опыта между образованием, наукой и промышленностью. Яркие примеры: Институт лазерных и сварочных технологий (ИЛИСТ) совместно с кафедрой цифровых лазерных технологий; Институт робототехники и интеллектуальных систем (ИРИС) совместно с кафедрой киберфизических систем.

«Университет создал систему подготовки абитуриентов под задачи отрасли. Сейчас в нашем проекте "Всероссийская сеть инженерных классов" участвуют 83 школы из 14 регионов, 13 вузов и 28 индустриальных партнеров. Школьники углубленно изучают физику и математику, занимаются проектной деятельностью под задачи судостроения, а преподаватели и студенты СПбГМТУ выступают их наставниками,— заключила Ольга Сайченко.— Мы не просто выполняем показатели — мы создаем новые отрасли с нуля. Так, участие в программе "Приоритет 2030" позволило заложить основы для технологического лидерства в судо- и авиастроении, ракетно-космической технике, атомной промышленности, в отрасли крупногабаритного аддитивного производства».

Модель «школа — университет — предприятие» позволяет университету выстраивать разные форматы взаимодействия с партнерами и отвечать на вопрос, как встроиться в технологические цепочки, добавляет Николай Майоров. «Индустриальные компании, занятые решением своих текущих задач, часто не успевают заниматься передовыми разработками. И именно университетская среда способна их предоставить. В этом смысле университет служит источником новых передовых моделей, которые помогают решать актуальные задачи технологического лидерства»,— добавил эксперт.

Сократить ресинхронизацию

Технологические долины при технических университетах — то место, где можно развивать конвергенцию науки, образования, бизнеса и технологий, уверен советник по работе с инвесторами и резидентами Федерального проекта «ИТМО Хайпарк» Михаил Мастин.

«Переход к новому технологическому укладу — это поэтапная полная роботизация и автономизация производств. И тут возникает большая проблема: куда трудоустроить огромное количество людей, которые будут высвобождаться. Возможно, именно поэтому этот уклад пока не стартовал активно в мире, однако в подобные технологии идут огромные инвестиции в технологически развитых странах, но главный барьер — что делать с высвобождающейся рабочей силой?»,— отметил Михаил Мастин.

Вопрос актуальности кадров и их возможностей трудоустройства заставляет вузы задумываться о перспективах на десять лет вперед. Как отметила кандидат социологических наук, первый проректор Европейского университета в Санкт-Петербурге Ксения Тенишева, существует опасность, что образование будет разворачиваться в сторону конкретной индустрии и под конкретного заказчика. Это может привести к подготовке специалистов с очень узким профилем, который устаревает всего за несколько лет и перестает быть востребованным.

«Вузы должны ориентироваться не столько на конкретные профессии, потому что профессии сейчас меняются очень быстро. Хороший пример — профессия "промт-инженер": она появилась и практически исчезла, пока мы моргнули. Сначала казалось, что нужно срочно всех этому обучать, а потом выяснилось, что это уже не нужно,— отметила госпожа Тенишева.— Вуз должен давать фундаментальные знания и готовить специалистов, применимых в широком спектре научных и практических задач. Я не говорю, что узкой специализации не должно быть вовсе — но за ней должна стоять база, которая позволяет быстро переориентироваться внутри своей широкой специальности на что-то новое».

Как отметила эксперт, особенно актуально это звучит в эпоху цифровизации и стремительно захватывающего все сферы экономики ИИ. «Мы посмотрели вакансии в Петербурге за последние три месяца на всех основных площадках, в том числе, по инженерным специальностям,— и увидели, чего хочет рынок труда. На первом месте — soft skills, затем — базовые навыки, и далее — работа с документацией. А ведь, по всем прогнозам, именно работу с документацией в первую очередь возьмет на себя искусственный интеллект. Получается, что, если готовить специалистов строго под текущие запросы рынка труда, мы как раз подготовим людей с навыками, которые быстрее всего автоматизируются. Поэтому нужно думать о модели, которая, конечно, дает прикладные навыки, востребованные рынком труда,— своего рода "ключик", открывающий двери,— но за этим ключиком должно стоять фундаментальное ядро»,— резюмировала Ксения Тенишева.

Как отметила директор Института дополнительного профессионального образования — «Высшая экономическая школа» Санкт-Петербургского государственного экономического университета (ИДПО — «ВЭШ» СПбГЭУ) Яна Клементовичус, ДПО — тот уникальный механизм, который позволяет реагировать быстро и закрывать текущие потребности рынка труда.

«ДПО позволяет решать сегодняшние задачи максимально эффективно еще и потому, что оно само меняется: есть программы, которые учат, а есть программы обучения через действие — то есть максимальное воплощение практикоориентированности, когда в одной аудитории собираются те, кто хочет изменить свое видение ситуации, поделиться экспертизой, обсудить экономико-управленческие проблемы и найти пути их решения»,— рассказала госпожа Клементовичус.

По ее словам, более 60% обучающихся на программах ИДПО — «ВЭШ» СПбГЭУ — это выпускники инженерно-технических, естественно-научных или военных специальностей. Кто-то из них хочет получить дополнительные знания по своему профилю, расширяя компетенции или осваивая новый вид деятельности, кто-то — развить управленческие компетенции и вырасти до руководителя высшего звена или стать собственником бизнеса.

При этом процент тех, кто приходит в бизнес-образование с экономическим образованием, до недавнего времени был ничтожным, но стал расти. «То есть даже выпускникам экономических вузов сегодня есть чему поучиться в текущих условиях: быстро меняется нормативная база, бизнес-среда требует новых подходов, в ходе обучения можно найти единомышленников и собрать эффективные способы "выживания" в кризисных ситуациях»,— заметила Яна Клементовичус.

Профессии будущего

В будущем, уверены эксперты, будет спрос на специалистов на стыке направлений и на тех, кто свяжет свои компетенции с ИИ. Как отметил проректор по научно-техническому развитию ГУАП Николай Майоров, фундаментальные подходы при этом сохранятся. «Университетская среда во взаимодействии с бизнесом может вносить изменения в учебные планы под запросы индустрии. Это обеспечивает динамичное развитие программ, позволяя гибко ориентироваться на актуальные запросы. В рамках учебных планов у студентов есть выбор дисциплин для усиления своих компетенций»,— прокомментировал Николай Майоров.

Будут востребованы инженеры, которые могут грамотно использовать возможности ИИ в своей профессии, полагает Руслан Киричек. «Если брать конкретно нашу отрасль — телекоммуникации,— за последний год у нас появилось решение, позволяющее эффективно передавать данные по сетям связи: кодек, который сжимает данные в 250 раз лучше любых существующих в мире аналогов. Сейчас Министерство обороны активно масштабирует его во все средства видеоконференцсвязи,— рассказал ректор СПбГУТ.— Здесь важно, что именно на стыке науки и образования рождается новая продуктовая сфера, которая может быть быстро масштабирована в текущих условиях. Если есть решение, удовлетворяющее реальную потребность рынка прямо сейчас,— под него находятся деньги, фонды, федеральные проекты».

Ольга Сайченко привела примеры профессий, которые касаются подводной техники: инженер-проектировщик или инженер-технолог подводных беспилотных аппаратов. «Если же говорить о будущем в более широком смысле, мы предполагаем, что ключевые компетенции будущего лежат на стыке искусственного интеллекта и машиностроения»,— заключила проректор по образовательной деятельности СПбГМТУ.

«Я всегда говорю: если речь не о гуманитарных направлениях, лучше идти в технологический вуз и параллельно самостоятельно осваивать IT-инструменты, сейчас для этого есть множество платных и бесплатных инструментов онлайн,— уверен Михаил Мастин.— А если уж это IT-вуз, то ему обязательно нужно открывать смежные кафедры — материаловедения, биофармацевтики и так далее,— потому что в чистом виде IT-специалисты, конечно, будут нужны — как руководители, как постановщики задач и разработчики наивысшего уровня,— но все, кто на уровне операционных задач, кодирования и прочего, на мой взгляд, очень быстро могут быть заменены алгоритмами».

При подготовке нового поколения нужно понимать, что оно должно получить навыки, которые помогут быстро встроиться в реальную промышленную систему,— это отдельная задача вузов, уверена Яна Клементовичус.

Ксения Ахметжанова, Полина Смыслова