«Уникальность нашего фестиваля в мультижанровом концепте»

Х фестиваль «Летний Парк Музыки» / Summer Music Park пройдет с 10 по 25 июля в Петербурге в Ботаническом саду Петра Великого. Один из создателей и музыкальный руководитель фестиваля Антон Гаккель рассказал о том, как родилась идея проекта, чем уникален мультижанровый формат, почему публика не уходит даже в ураган и куда фестиваль планирует двигаться дальше.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

— Антон, идея фестиваля под открытым небом в Ботаническом саду — как она вообще возникла?

— Я был на крупнейшем европейском музыкальном фестивале, и там один из концертов проходил в учреждении под названием Baumschule — в переводе с немецкого что-то типа «цветочная школа». Это было очень похоже на то, что мы видим сейчас в саду: нарядная публика слушает оркестр на открытом воздухе, солнечная погода, изумительный зеленый антураж, легкие ненавязчивые программы. Этот концепт настолько мне зашел, что я решил привезти его в Санкт-Петербург. На реализацию идеи ушло три года. Первый пробный шар был в 2015-м, а в штатную хорошую ежегодную программу мы зашли в 2017-м. В этом году будет десятый сезон.

— Если бы нужно было описать эволюцию фестиваля одним предложением — как бы оно звучало? И что изменилось в вашем ощущении проекта по сравнению с первым сезоном 2017 года?

— «Фестиваль, нужный нашему городу». А наша эволюция — это настоящий взлет. То, что начиналось как очень скромная программа из двух или трех концертов на свои медные, сейчас выросло в месяц концертов с первой линейкой наших российских исполнителей. У нас есть поддержка самого разного уровня: и федеральная, и городская, и частный бизнес. Сложно переоценить путь, который мы прошли за эти десять лет. В моем понимании тут края, безусловно, нет, но то, что мы находимся на правильном хорошем пути и в очень хорошей точке,— это у меня сомнений не вызывает. Главное — очень хороший отклик. И всех приглашаем посетить.

Это совершенно уникальное событие, нет ничего похожего ни в городе, ни в области — вообще нигде. Прежде всего нужно понять, что уникальность нашего фестиваля — это мультижанровый концепт. Обычно фестиваль — это некий моноконцепт: фестиваль классической музыки, как «Звезды белых ночей», или, скажем, «Нашествие» — русский рок, где несколько дней подряд звучит примерно одно и то же, просто разные исполнители. У нас все концерты разные, практически все. Наш концепт — мультижанр. Человек, который заходит на наш сайт, неминуемо должен что-то себе выбрать, потому что мы уже обратились во все имеющиеся направления и стили. У нас есть песни, у нас есть литературно-художественные программы, у нас есть танго, у нас есть джаз, у нас есть поп, у нас есть классика. В прошлом или позапрошлом году были даже фламенко — чего только у нас уже не было. Это настолько многоликая история, что любой найдет концерт на свой вкус и станет нашим гостем. Мы всех ждем и приглашаем.

— Не боитесь «размыть» лицо фестиваля?

— Абсолютно не боимся. Петербург — огромный город, здесь огромный спрос на культурные события. На каждый из жанров есть многочисленная армия поклонников, и мы надеемся, что все поймут, что им к нам надо. А размыть — нет, ни в коем случае это не размоет. Дело в том, что красота изумительного парка остается неизменной в любой из программ, и это то, на что люди тоже идут.

— Оглядываясь назад: какой момент за десять лет стал для вас острым или переломным — возможно, тем, о чем зрители даже не догадываются?

— Переломным, безусловно, стал 2021 год, год ковида. У нас были проданы целиком три события, три тысячи билетов — и было отозвано разрешение по причине того, что ситуация ухудшилась. Но мы приняли очень необычное решение, которым произвели огромное впечатление на всех. Мы провели, если я не ошибаюсь, сорок концертов по семьдесят пять разрешенных человек, не потеряв, как я думаю, практически ни одного зрителя. Мы дали понять и нашим уважаемым партнерам и друзьям в саду, и городской администрации, что будем биться за нашу идею до последнего шанса. Если хотя бы минимальный шанс есть, мы им воспользуемся. Может быть, концертов было тридцать семь, может, сорок два, я не помню. Но это растянулось на все лето. Все остались без отпуска, но при всем при этом год не был потерян, идея была спасена. А люди, которые сидели по домам столько времени — и тут получилось, что можно куда-то сходить, пусть и в таком усеченном масштабе, но это сработало. Люди приходили, и все было прекрасно.

— Это же, наверное, организационно и финансово намного тяжелее?

— Организационно, финансово — да. Мы на это пошли сознательно. В жизни любого проекта бывают времена и хорошие, и не очень. Это тоже часть работы, нужно на нее решиться. Я думаю, решение было совершенно правильное, и мы нисколько о нем не жалеем. Тем более что в конце концов, по итогу, все прекрасно сошлось.

— «Симфонический шторм» и «Голливуд» — здесь вы сами за пультом. Почему?

— Прежде всего это возможность отдать нашей публике все свое мастерство и весь драйв, который я могу предоставить,— весь личный ресурс, не только как продюсера и организатора, но и как опытного музыканта. Это для меня тоже важно. Наши программы славятся легкостью, понятностью, тем, что это именно то, что хочется услышать на свежем воздухе. Никому другому я бы это доверять не хотел.

— Программа «Симфонический шторм» заявлена с популярной классикой и Вивальди, а «Голливуд» — это кинохиты. Что для вас как дирижера сложнее и интереснее интерпретировать: академический репертуар или музыку из «Звездных войн» и «Интерстеллара»?

— Разумеется, академическая музыка мне все ближе. Но голливудские саундтреки — это проект, который я веду уже почти 15 лет. Я очень люблю его, и наш оркестр знает его наизусть. Сложно сказать, что из этого интереснее. Я думаю, что и то и другое абсолютно равнозначно интересно. Главная задача — выдать на все сто, чтобы все были довольны и услышали концерт.

— 22 июля на сцену выйдет Юрий Башмет с «Солистами Москвы». Что для вас как организатора значит присутствие музыканта такого масштаба?

— Для меня это, прежде всего, значит, что мне оказали большую честь. Глубоко уважаемый мною старший коллега уже второй раз приезжает на наш фестиваль, привозит программу сочинений Чайковского. Для нас это и честь, и радость общения с замечательным мастером. Мы много лет знакомы. Одним из решающих моих детских впечатлений: мне было лет восемь, папа взял меня в филармонию на концерт, где Юрий Абрамович Башмет и замечательный пианист Юрий Мунтян играли сонату Шуберта. Я это до сих пор помню. Это одно из самых больших впечатлений от концерта, на котором мне пришлось побывать. Мы сердечно благодарим, что в сложнейшем графике «Солистов Москвы» уже второй раз нашлось место и для нас. Замечательно, мы очень ждем и приглашаем публику на концерт камерного ансамбля экстра-класса мирового уровня 22 июля в 20:00.

— Александра Медведева из Ботанического сада упомянула, что для вас делают исключение из-за бережного отношения к пространству. В чем ваш фирменный секрет интеграции сцены и зрителей в уникальное пространство Ботанического сада, чтобы музыка и люди не вредили парку-дендрарию?

— Мы на этой площадке десять лет, мы знаем уже все входы и выходы. Умело используем дорожки, умело кладем настилы, бережно относимся ко всему. Прекрасно понимаем, что это музей, и относимся соответствующе. Все наши поставщики, которые приезжают и что-то привозят, знают так же о протоколах бережного отношения к Саду.

— Можно ли сказать, что парк — соавтор, соучастник программы? Случалось ли, что природа вмешивалась в ход концерта, добавляя драматизма?

— По-моему, в первый год, в 2017-м, был не то что дождь — а нечто очень похожее на слово «ураган». Я стоял за пультом в большой глубокой луже. На оркестрантов боялся поднять глаза — ситуация стала немножко напоминать уже критичную. Но тем не менее мы чуть-чуть подвинулись вглубь и доиграли всё до конца. Наша публика совершенно изумительная, потрясающая, истинно петербургская — бровью не повела. Достали зонтики, кто-то вышел, отошел под дерево, но никто не ушел. Мне кажется, для этого мы как раз этим и занимаемся. Это самое главное: лояльная публика, которая относится к этому с пониманием, с доверием,— это самое важное.

— Кстати, о публике. В пресс-релизе вы говорите: «Мы гордимся нашими слушателями». За десять лет сформировался уникальный клуб зрителей. Что это за люди и почему они так преданы именно вашему фестивалю?

— Мы позиционируемся как истинно петербургский досуг. Мне кажется, наша публика — это те самые люди, которые ценят прекрасное настоящего, серьезного уровня. Изумительный петербургский парк в центре города, в удобной локации, вместе с серьезными, хорошими программами и создает тот самый уникальный флер, на который люди и идут. Можно сходить в филармонию послушать «Солистов Москвы», но там не будет парка. Можно пойти в парк погулять, но там не будет концерта. А в нашем случае это очень удачный симбиоз, который подходит настоящему ценителю прекрасного.

— Ваш соорганизатор Дмитрий Ганенко говорит, что каждый зритель становится дорогим гостем. Есть ли у вас особая философия гостеприимства, какие-то внутренние правила или ритуалы?

— Наши внутренние правила: ни один звонок на наш контактный номер, ни одно письмо на нашу почту не остается без ответа. Второе правило: ни один гость не останется без внимания к своей специальной задаче. Это может быть человек в инвалидной коляске или тот, кому требуется какое-то другое внимание. Ни один из них не останется без ответа, без внимания. У нас крайне лояльная политика обмена билетов: если человек не может прийти в эту пятницу — нет проблем, он может прийти в следующую. Это тоже некий уникум, которого нет нигде. Мы все индивидуально согласуем, наша команда всем ответит, все расскажет, все пояснит.

— Какой концерт этого лета вы бы посоветовали тому, кто никогда не был на Summer Music Park?

— Тот, кто никогда не был, совершенно смело может прийти на любой из последних концертов — с 23 по 25 июля: на два концерта оркестра или на концерт Ganenko Band, это тоже очень хорошая программа. Можно проникнуться духом отцов-основателей и понять настоящий дух нашего фестиваля. Все остальное — это, безусловно, несколько более специфическая история, больше на сегментированную аудиторию. Кому-то нравится танго, кому-то не нравится, кому-то нравится одно, не нравится другое. А это, я думаю, понравится всем.

— Что будет с фестивалем, как вы полагаете, через десять лет? Есть ли сейчас какая-то мечта, идея, которую хотелось бы осуществить к двадцатилетию?

— Смотрите, наш фестиваль развивается в концепте. В этом году, в августе, пройдет фестиваль «Летний Парк Музыки Ораниенбаум». Мы будем играть два дня в парке Ораниенбаума. Это тоже грант Президентского фонда культурных инициатив, также будет поддержка города, возможно. Это наш вектор развития. Летом следующего года мы планируем открыть площадку на заливе. Есть такое знаковое место в районе Лахта-Ольгино под названием «Гром-камень». Мы хотим поставить там сцену и сыграть несколько концертов. Ну а дальше, как говорится, потихонечку будем развиваться далее в этом направлении. Нам бы хотелось охватить больше площадок, больше людей, иметь больше откликов, быть в большем присутствии на культурной карте.

Беседовала Анна Кашурина