Безвременные трудности
Фильмы-дебюты «А как правильно?» и «Лето будет общим» на кинофестивале «Горький»
В Нижнем Новгороде близится к концу Х фестиваль нового российского кино «Горький фест», победителей которого жюри объявит вечером 9 июля, и тогда же определится зрительский фаворит. О дебютах молодых режиссеров, традиционно привечаемых фестивалем, рассказывает Юлия Шагельман.
«Лето будет общим» своей визуальной стилистикой настойчиво напоминает о черно-белом оттепельном кино
Фото: Пресс-служба фестиваля «Горький фест»
«Лето будет общим» своей визуальной стилистикой настойчиво напоминает о черно-белом оттепельном кино
Фото: Пресс-служба фестиваля «Горький фест»
Расписание «Горький феста» в этом году складывается так, что в самом начале смотра были представлены, пожалуй, две самые сильные картины, сочетающие и авторский подход, и доступность широкой публике (см. “Ъ” от 6 июля). Следом наступило время экспериментов и формальных изысков, больше, увы, прикрывающих содержательную пустоту, нежели подсвечивающих глубокие смыслы.
«А как правильно?» — первая полнометражная игровая проба пера режиссера и сценариста Артема Тумакова, участника 2-й лаборатории «Ленфильм-дебют». В проекте обращает на себя внимание участие продюсера Юлии Витязевой, работавшей с Романом Михайловым — плодовитым режиссером-философом, во многом определяющим облик российского авторского кино последних пяти лет. Его влияние чувствуется и в картине Тумакова, где снялись многие из постоянных михайловских актеров: Олег Чугунов, Иван Ивашов, Фрол Фролов. А еще здесь, как во многих дебютных работах отечественных режиссеров, витает тень Тарковского и царит до боли узнаваемая — не по реальности, а по кино — атмосфера хтонического русского провинциального безвременья.
Кадр из фильма «А как правильно?»
Фото: Пресс-служба фестиваля «Горький фест»
Кадр из фильма «А как правильно?»
Фото: Пресс-служба фестиваля «Горький фест»
Сам фильм рассказывает то ли притчу, то ли страшную сказку о деревенском чудотворце (Илья Глинников), к которому приходят на поклон, чтобы он подсобил то в рождении ребенка, то в решении житейских проблем. Одна из его «клиенток» — рыжая красавица (Марина Лебедева), которой порезал лицо изнасиловавший ее негодяй. Вытянуть эту сюжетную канву из фильма не так просто — эпизоды перемешаны в прихотливом порядке, а изображение без видимой логики становится то цветным, то черно-белым.
Понятно одно: нет пророка в своем отечестве. Чудотворца и его деревенскую «Магдалину» темные поселяне забьют камнями, а голубой автобус, символизирующий выход на свободу из их душного мирка, уедет порожним.
А как правильно — жить, веровать, любить или ненавидеть ближнего своего? Не дает ответа начинающий автор.
Еще один режиссерский и сценарный дебют в программе «Горького» — «Лето будет общим» Даниила Меркулова, снимающегося в кино с четырех лет (сейчас ему 24). Он играет и одну из трех главных ролей в фильме, а две другие — Олег Ершов и Мика Липман. Всех трех персонажей зовут настоящими именами исполнителей: Даня, Олег и Мика. С Олегом — не актером, а героем — случилась беда: он не чувствует запахов. Друзья решают ему помочь и, вычитав в энциклопедии, что способностью возвращать обоняние обладает упоминаемый в Библии редкий фрукт афарсемон, отправляются на его поиски к морю.
Забегая вперед, раскроем секрет: афарсемон — это обычная хурма, только на иврите. Но поскольку во вселенной фильма нет интернета, а до буквы «Х» друзья энциклопедию не дочитали, это открытие станет для них большим сюрпризом. Что они читали, так это мифы Древней Греции, и свое путешествие к морю они сравнивают с экспедицией аргонавтов за золотым руном и постоянно задаются вопросом, достойны ли они называться настоящими героями.
Черно-белое изображение, подчеркнуто несовременные лица актеров, их костюмы, взятая с собой в поход гитара вызывают ассоциации с советским оттепельным кино про молодежь, мечтающую о светлом будущем. Только Даня, Олег и Мика почему-то все время говорят о прошлом — и всей цивилизации (наряду с аргонавтами, в их беседах появляются царь Давид и Жанна д’Арк), и своем собственном. Постоянно вспоминают детство, что для таких молодых людей кажется несколько странным.
В отличие от открытого всему новому поколения 1960-х, они, подобно персонажам «А как правильно?», застыли в некой неназванной точке времени и пространства, из которой нет выхода ни в какую сторону.
В результате фильм похож на выступление у доски начитанного отличника, который выучил много умных слов, но за полным отсутствием жизненного опыта пока не может связать их в нечто осмысленное.