Банкир поспешил с выводом
Дебиторку экс-владельца Рускобанка продают за 270 млн рублей
Финансовый управляющий экс-владельца обанкротившегося Русского торгово-промышленного банка (Рускобанка) Хачатура Мурадова выставил на торги права требования по дебиторской задолженности на сумму свыше 270 млн руб. Три долга на общую сумму более 251,5 млн руб. подтверждены определением Арбитражного суда Ставропольского края. Права требования возникли в результате оспаривания операций с московской недвижимостью, которые банкир провел незадолго до начала процедуры банкротства. Лицензия у банка была отозвана в 2016 году. Через семь лет Мурадов стал фигурантом уголовного дела по обвинению в растрате 600 млн руб. Эксперты оценивают перспективы фактического взыскания задолженности по выставленным на торги требованиям для потенциальных покупателей как минимальные.
Фото: Игорь Елисеев, Коммерсантъ
Фото: Игорь Елисеев, Коммерсантъ
Финансовый управляющий Олег Гришкин выставил на торги права требования по дебиторской задолженности бывшего бенефициара разорившегося Рускобанка (создан в Ленинграде в 1989 году) Хачатура Мурадова на общую сумму свыше 270 млн руб. На продажу выставлены четыре лота к трем физическим лицам и одной компании.
Арбитражный суд Ставропольского края признал банкира Хачатура Мурадова несостоятельным в 2016 году. Дело о банкротстве рассматривалось в региональном арбитражном суде из-за того, что Мурадов был зарегистрирован в Невинномысске.
Три долга на сумму более 251,5 млн руб. подтверждены решением Арбитражного суда Ставропольского края в 2018 году. Требования включают задолженность Сергея Зорина на 112,1 млн руб., Константина Зуева на 126,1 млн руб. и Михаила Филиппова на 13,4 млн руб.
Четвертый лот составляют претензии к компании «Олекс» на 19,1 млн руб. по решению Измайловского районного суда Москвы 2022 года. Торги проводятся в формате публичного предложения.
Заявки на участие в аукционе по долгам Сергея Зорина принимают до 23 апреля. В финальную неделю торгов задолженность будет реализована за 31 млн руб. Дебиторка Михаила Филиппова может быть продана за 1,3 млн руб., если до 30 апреля не поступит ни одной заявки на участие в аукционе. Торги по долгам Константина Зуева пройдут до 7 мая. Шаг аукциона составляет 9%. В заключительную неделю с 30 апреля по 7 мая дебиторская задолженность будет выставлена с максимальной скидкой — за 12,6 млн руб.
Согласно материалам дела, права требования сформировались после оспаривания сделок с московской недвижимостью, которые банкир совершил незадолго до банкротства. Арбитражный суд признал операции притворными, однако вернуть квартиры и офисы в конкурсную массу не получилось из-за их последующей перепродажи третьим лицам.
Константин Зуев по договору купли-продажи, заключенному за девять месяцев до банкротства Хачатура Мурадова, приобрел 11 объектов столичной недвижимости — шесть нежилых помещений и пять квартир. Суд установил отсутствие реальной оплаты в сделке, а покупатель быстро перепродал объекты, которые были внесены в капиталы компаний из окружения банкира.
Похожие схемы выявлены в операциях с Сергеем Зориным, который купил недвижимость втрое дешевле рыночной стоимости, и Михаилом Филипповым. В обоих случаях суд признал сделки формальными, но фактический возврат имущества оказался невозможен.
Банк России отозвал лицензию у Рускобанка в 2016 году в связи с неисполнением федеральных законов и актов ЦБ и вывод активов через невозвратные займы. В том же году Арбитражный суд Ставропольского края признал банкира несостоятельным по заявлению ООО «Руно-Инвест». Общая сумма требований кредиторов банка составила свыше 7 млрд руб. Через семь лет сам Хачатур Мурадов стал фигурантом уголовного дела по обвинению в растрате 600 млн руб. Арестованное у него имущество оценено в 298 млн руб. Рассмотрение дела банкира продолжается в Кунцевском суде Москвы.
Конкурсный управляющий банкрота Олег Гришкин отказался предоставить корреспонденту «Ъ-Кавказ» комментарии о ходе процедуры банкротства банкира.
Оспаривание первой сделки или части цепочки операций с недвижимостью не гарантирует возврат имущества первоначальному владельцу, считает партнер компании «Рустам Курмаев и партнеры» Олег Пермяков. По его мнению, судебная практика пытается найти компромисс между интересами кредиторов и защитой добросовестных лиц, однако единого подхода к решению таких споров не существует. В каждой ситуации судья самостоятельно устанавливает, проявил ли конечный приобретатель необходимую степень осмотрительности.
«Продажа имущества в форме дебиторской задолженности обычно свидетельствует о том, что вероятность его взыскания либо минимальна, либо полностью отсутствует. Шансы покупателей получить компенсацию с номиналов практически равны нулю»,— резюмирует он.