Коротко

Новости

Подробно

Интервью

"СРП -- та же особая зона"

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 20
Сергей Гапликов
заместитель начальника департамента налогов Минэкономразвития
       — Чем отличается особая зона от свободной?
       — В свободной зоне есть определенный элемент свободы, как в офшорной зоне. Ты ни к чему не привязан, только к конкретному месту регистрации. Здесь можно вообще не вести никакой деятельности — просто уплачиваешь минимальные платежи, которые необходимо уплатить за право пользования всеми предоставляемыми льготами. Особая зона вводит особые механизмы, которые как раз по ходу предоставления соответствующих преференций оговорены определенными требованиями. При обязательном ведении соответствующего вида деятельности и выполнении этих требований можно получить льготы. Условия могут быть различными: например, реинвестирование в определенных объемах, как, допустим, в других странах, которые не боятся на сегодняшний день открыто говорить о своей свободной политике, или, например, соглашение с производителем об определенном объеме экспорта. Все зависит от того, какие цели задаются при создании той или иной зоны.
       — Значит, производство продукции вы обязательно закрепляете за определенной территорией?
       — Конечно, представительские функции можно расширять по всему миру, но вести непосредственную хозяйственную деятельность необходимо на той территории, которая отведена под особую зону, и мы выставляем условие, что территория должна быть ограничена в пределах конкретных размеров.
       — Каких?
       — В мировой практике есть соответствующие расчеты целесообразности — от 5 кв. км до 10. Есть, конечно, зоны, которые дают возможность свободного развития предпринимательства, но они, как правило, не ограничены столь малыми территориями. Они существуют в пределах административных территориальных образований. Но у нас, в России, такой негативный опыт уже был. На самом деле любая зона требует обустройства. По мировым оценкам, в зависимости от специфики зоны 1 кв. км обустройства оценивается от $15 млн до $45 млн. То есть если мы берем какой-то субъект федерации и хотим, чтобы он соответствовал мировым стандартам инфраструктуры, то получается, что примерно 15 тыс. кв. км надо умножить в среднем на $30 млн. Бюджет ни одной страны, ни любого инвестора такие расходы не потянет. Поэтому территория и ограничивается.
       — А, согласно проекту закона об особых зонах, какой территорией предложено довольствоваться инвестору?
       — 10 кв. км — это промышленно-производственная зона и 1 кв. км для технико-внедренческих зон.
       — Каким отраслям промышленности будет разрешено работать в ОСЗ?
       — Я могу сказать, каким будет запрещено. Нефтяным, газовым компаниям, оборонным предприятиям, производителям подакцизных товаров. На самом деле особые зоны должны создаваться для той промышленности или вида деятельности, которые в перспективе будут давать наиболее высокую добавленную стоимость. Такой товар обеспечит и соответствующие платежи, и ценовую конкуренцию при экспорте. Например, в Мексике американцы открывают свои предприятия, полностью оснащают их технологией, комплектующими с американского предприятия-компаньона. От мексиканцев требуется только трудовые ресурсы, электроэнергия, земельный участок, охрана и таможня. Американцы завозят все, перерабатывают и тут же вывозят. А мексиканцам не нужно искать рынки сбыта, все это решается через сеть американского генерального поставщика. Если предприятие осуществляет какую-то диверсификацию, то американцы освобождают его от тотальной зависимости и дают возможность пользоваться своими же сетями для сбыта. Мы пытаемся сделать то же самое. Но учитывая, что мы вступаем в ВТО, многие начинают говорить: как можно давать такие преференции и впрямую прописывать в условиях объемы экспорта. Получается, мы как бы дотируем экспортные поставки соответствующими льготами. Но никого же не возмущает, что Китай через свободные зоны в основном дает преференции именно тем предприятиям, которые занимаются экспортными поставками. Я думаю, это никого не пугает, так как в китайских свободных экономических зонах в основном капитал американцев. И в ВТО все прекрасно знают об этом.
       На практике в России уже существуют примеры ОЭЗ. Соглашение о разделе продукции — это та же самая особая экономическая зона: особые отношения, подписанные между генеральным инвестором и правительством. Законом утверждаются участки, которые передают на условиях СРП: лицензионный участок — это та же, что и ОСЗ, ограниченная территория, та же система преференций. На сегодняшний день мы говорим, что в ресурсной сфере это нормально. Почему? Потому что у нас нет таких громадных вложений, чтобы извлечь эти ресурсы.
       — Почему Минфин так долго согласовывает ваш закон? Вас даже обвиняют в создании налоговых дыр.
       — Я не согласен с тем, что наш закон нарушает налоговое и таможенное законодательство. В статье 18 Налогового кодекса уже записаны специальные режимы, в том числе и свободные экономические зоны, и соглашение о разделе продукции. У нас со всеми заинтересованными федеральными министерствами были согласованы соответствующие поправки к Налоговому кодексу еще летом. Особенностей в таможенном режиме никаких нет, единственное — мы создаем в зонах собственные таможенные территории.
       — По вашему закону товары освобождаются от таможенных пошлин?
       — Да, освобождаются. Это обязательно касается и основных фондов — зданий, оборудования. Потому что на это тратятся огромные средства. И потом не остается соответствующих оборотных средств, чтобы вкладывать в развитие производства. Ведь самое важное для инвестора — иметь национальный режим. Но есть одна особенность — если общероссийская система таможенных пошлин будет меняться, то для предприятий в особых экономических зонах в течение 20 лет условия не будут ухудшаться. В результате через 20 лет надстройка особой зоны уйдет, предприятие становится национальным на общих основаниях. Но за 20 лет у него была возможность закупать более качественное оборудование по более низким ценам и создавать более качественный товар по сниженным ценам, конкурировать на внутреннем рынке, заниматься вопросами импортозамещения. А также поставлять продукцию на экспорт и занимать свои ниши, потому что качество такое же, а цена ниже. Если Россия вступит в ВТО — вообще никаких ограничений не будет. Наоборот, инвесторам будет выгодно сюда идти. В Тайване, когда развивалась экономика, зарплата была $5! Очевидно, что новые индустриальные страны так развивались, потому что человеческие ресурсы ничего не стоили.
       — А когда товар, произведенный в особых зонах, окажется на внутренних рынках, производитель будет платить за него все российские налоги?
       — Естественно.
       — Летом Минэкономразвития уже вносило законопроект об особых зонах в правительство, но на совещании у Михаила Касьянова было решено разрабатывать концепцию. Теперь предстоит изменить и законопроект?
       — Нет, он останется и находится в правительстве. Сейчас идет аппаратная работа для вынесения законопроекта на заседание правительства. Мы изначально понимали, что, когда идет такая жесткая притирка мнений, быстрого эффекта не получится. Поэтому было решено перенести обсуждение закона на декабрь. Сейчас стоит вопрос о скорейшем рассмотрении законопроекта на заседании правительства.
Интервью взял ПЕТР Ъ-НЕТРЕБА
       
Комментарии
Профиль пользователя