Председатель Федеральной энергетической комиссии (ФЭК) ГЕОРГИЙ КУТОВОЙ рассказал корреспонденту Ъ ИРИНЕ Ъ-РЫБАЛЬЧЕНКО о преимуществах создания единого тарифного органа (ЕТО) на базе ФЭК и о возражениях оппонентов по этому вопросу.
— Считается, что спор между вашим ведомством, Минэкономразвития и МАПом находится в политической плоскости. Ведь организация, которой поручат устанавливать тарифы для естественных монополий, получит небывалый политический вес. Как вы это прокомментируете?
— Я не вижу никакой политической подоплеки. Мы не хотим ни с кем бороться! Нам важно, чтобы был принят рациональный вариант, который действительно смог бы решить проблему тарифообразования естественных монополий.— Даже если будет принят вариант ваших оппонентов — Минэкономразвития и МАП?
— Мы готовы подчиниться любому решению правительства. Хотя считаем, что вариант Минэкономразвития и МАП менее оптимален хотя бы потому, что он дороже.
— Каковы же аргументы в пользу создания ЕТО на базе ФЭК?
— Мы предлагаем создать единый тарифный орган (его полное название — Федеральная комиссия по регулированию естественных монополий.— Ъ) на базе ФЭК по нескольким причинам. Во-первых, это быстрее. Нам лишь нужно добавить два-три департамента, и мы готовы к новой работе. Во-вторых, не потребуется никаких процедур по созданию нового правительственного органа и упразднению самой ФЭК, тем более что против этого уже выступил Минюст. В-третьих, этот вариант не предусматривает никаких бюджетных затрат на ликвидацию существующей комиссии, не возникнет проблем с увольнением сотрудников, выплатой пособий и компенсаций. И, наконец, в-четвертых, ЕТО, созданный на базе ФЭК, не будет жестко привязан к Минэкономразвития, а экспертиза заявок естественных монополий будет более независимой.
— Одним из наиболее серьезных противников преобразования ФЭК выступает РАО ЕЭС. С чем это связано?
— В конце июля РАО "ЕЭС России" направило в Генпрокуратуру письмо, в котором обвинило нас в незаконности действий по установлению размера абонентной платы для РАО со стороны "Башкирэнерго", "Татэнерго" и "Иркутскэнерго". Кроме того, РАО обвиняет ФЭК в том, что комиссия лоббирует интересы концерна "Росэнергоатом" при установлении тарифов на электроэнергию для атомных станций. Вместе с тем, по данным "Росэнергоатома", тариф для АЭС является самым низким — около 19 коп. за кВт•ч. При этом средний тариф по угольным станциям составляет 45 коп., по газо-мазутным — 35 коп. К тому же в тариф "Росэнергоатома" включена инвестиционная составляющая, а в тариф энергокомпаний РАО — нет.
— Возможно, РАО ЕЭС надеется, что новый тарифный орган будет по отношению к ней более лоялен?
— Они думают, что новый тарифный орган будет решать все вопросы заново. Если они свое счастье видят в повышении тарифов, то мы считаем, что вопрос сегодня так не стоит. Все силы нужно направить на то, чтобы свою прибыль энергетики зарабатывали не на росте тарифов, а на снижении затрат.
— Как вы относитесь к утверждениям РАО о том, что вы лоббируете интересы "Росэнергоатома", потому что пришли в ФЭК именно оттуда?
— Я удивляюсь таким высказываниям. В "Росэнергоатоме" я проработал всего четыре месяца. До того я работал в Госплане, Минэкономики, в Минэнерго, а потом был заместителем председателя ФЭК. Поэтому называть меня выходцем из "Росэнергоатома" смешно.
— Если будет принят ваш вариант, планируете ли вы централизацию тарифных органов в регионах?
— Мы в обязательном порядке будем проводить работы с региональными энергетическими комиссиями. Я считаю, что они должны строго подчиняться федеральному тарифному органу.