Коротко

Новости

Подробно

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 2
 "Я подаю порядочным людям сигнал, что они не одиноки"
       Академия свободной прессы назвала нашего специального корреспондента Игоря Свинаренко лучшим репортером 1998 года. Премия вручена за специальные репортажи из Магадана, Милана, Давоса, Кузбасса, Македонии и Чувашии. Накануне церемонии награждения ИГОРЬ Ъ-СВИНАРЕНКО дал интервью ЕЛЕНЕ Ъ-РУЗАКОВОЙ.

— Какая это по счету твоя журналистская награда?
       — По сути — первая. Если не считать наград областных журналистских организаций. Оправданием мне служит тот факт, что лучшие журналисты мира — самые знаменитые и популярные — до сих пор не имеют никаких профессиональных наград вообще.
       — Это ты кого имеешь в виду?
       — Я говорю о Марке, Матфее, Луке и Иоанне.
       — То есть им не повезло. А тебе вот наконец-то...
       — Да. Повезло. Не скрою, приятно. Но, как было принято говорить в таких случаях, эту премию я считаю авансом на будущее. В том числе и денежную ее часть я тоже хотел бы считать авансом, а не полной расплатой за мои 25 лет работы.
       — И что ты сделаешь с этими двумя тысячами долларов?
       — Самое лучшее, что можно сделать с деньгами,— я их инвестирую в себя.
       — Пропьешь с друзьями?
       — Нет. Пропить — это накладные расходы. Я инвестирую эти деньги в издание очередного тома своего полного собрания сочинений. Первый том выйдет недели через две — это книжка про то, как я работал собкором издательского дома "Коммерсантъ" в Америке.
       — То есть в следующем году ты уже будешь претендовать на литературную премию?
       — Да. Запросто. К следующему году у меня выйдет еще пара-тройка томов. Это мои путешествия по России, в которые меня посылал "Коммерсантъ", мои зарубежные командировки, а отдельным томом — вся история издательского дома, в котором я уже работаю девять лет. Как ветеран "Коммерсанта", я готов рассказать юным пионерам всю правду про наше героическое прошлое.
       — А ты еще помнишь, как устраивался на работу?
       — Конечно. Летом 90-го года мы встретились как-то с Андреем Васильевым, в то время видным пропагандистом и организатором независимой прессы, и выпили у него дома ящик портвейна. Проспавшись, вместе поехали в "Коммерсантъ". В полосе была дыра. Васильев попросил меня об услуге, и я написал заметку про палаточный лагерь разных несчастных, которые у гостиницы "Россия" ловили депутатов и требовали избрать Ельцина президентом страны. Номер сдавался трое суток, спали на полу, подстелив газетку, специальный шофер с рацией "Алтай" объезжал винные магазины и оттуда спрашивал, кому что брать. Зарплату платили сразу и много. Привлекли мое внимание и кадры, которые решали все. Мне понравилось, и я остался тут жить.
       — Ты считаешь, что именно сейчас это будет кому-то интересно?
       — Во-первых, я готовлю эту книгу к десятилетнему юбилею. А во-вторых, я занимаюсь этим ремеслом, чтобы мне было интересно, а не кому-то другому.
       — Ты и заметки пишешь, исходя из этого принципа?
       — Да. Еще когда я был стройным юношей, я все про свою газетную работу придумал. С тех пор я в рабочее время решаю две задачи: развлекаюсь сам и подаю сигнал порядочным людям, что они не одиноки. Это все.
       — То есть зарплаты и премии для тебя не главное?
       — Наверное, нет. Деньги как-то всегда сами зарабатывались. Бывало, в шабашках нам закрывали наряды по 40 рублей в день, когда курс доллара был 62 копейки. В "самиздате" платили поменьше — всего 25 рублей в день, но там было интересней. Работа имела настолько высокую общественную значимость, что наших начальников во главе с Сашей Сидоровым посадил КГБ. Мой напарник Владимир Добровольский по кличке Костя, избежав посадки, стал крупным бизнесменом и до сих пор развивает свободную печать. Пользуясь случаем, хочу через газету передать ему свои извинения за то, что в прошлую субботу на его дне рождения я ударил его стулом по голове.
       — Если ты уже стал передавать приветы, как на "Поле чудес", то я не могу лишить тебя этой возможности.
       — Хочу передать привет двоюродному брату Лене — макеевскому шахтеру. Он страшными словами ругал меня за намерение идти на журфак, убеждая, что светлое будущее — за угольной промышленностью Донбасса.
       — Игорь, премия, которую ты получил, практически единственная в нашей стране награда, присуждаемая главными редакторами и генеральными директорами газет и журналов. То есть это премия профессионалов. Это имеет для тебя значение?
       — Я сам был главным редактором и уж знаю, каково это — давать оценку коллегам. Даром наш брат не похвалит.
       Да и компания награжденных располагает к снятию шляпы — Тамара Замятина не боится сидеть на войне и диктовать оттуда правду. Лариса Юдина — видите, насколько серьезно отнеслась к работе. Если кто скажет, что у Алексея Меринова нет стиля — то у кого ж он тогда?
       Помню, как 20 лет назад страна плакала над судьбой собачки, которую хозяин бросил в аэропорту. Плакала она со слов Юрия Роста, мастерски подавшего эту историю. То, что я попал в список награжденных вместе с ним, вызывает у меня сильные и сложные чувства. Я ведь чувствую себя начинающим репортером приблизительно 23-летнего возраста, несмотря на то что я такой взрослый и толстый.
Комментарии
Профиль пользователя