Мальчишки из алтайского поселка Токарево жутко завидуют тринадцатилетнему Максиму. Во-первых, у него есть Звездочка — настоящая гнедая лошадка, сказочно красивая. А во-вторых, у Максима шрам, как у Гарри Поттера, только не на лбу, а на груди. Мальчик родился с тяжелейшим пороком сердца — тетрадой Фалло. В два года он перенес операцию на открытом сердце, а пять лет назад ему установили кондуит — протез легочного клапана. Максим вырос, протез стал ему мал, мальчик слабеет и задыхается. Необходима операция по замене кондуита, только госквота на нее не предусмотрена.
У Максима тетрада Фалло — тяжелейший порок сердца, который включает в себя сразу четыре аномалии развития
Фото: Надежда Храмова, Коммерсантъ
Каждое утро Максим встает в шесть утра, чтобы до начала уроков напоить Звездочку. Раньше он еще чистил сарай и толок зерно для домашней скотины, но сейчас сил уже не хватает. Лошадка чует приближение хозяина издалека, начинает довольно фыркать и бить копытом. Максим несет Звездочке морковку или кусок сахара. Лошадь аккуратно берет лакомство с ладошки и облизывает Максу нос. Макс хохочет, забыв об усталости. Даже одышка проходит, а щеки розовеют.
— Звездочка, потерпи, вот поставят мне новый кондуит, и мы с тобой еще всем покажем!
Максим родился с пороком сердца. Но об этом никто не догадывался, пока его мама Лязят не принесла малыша на осмотр в районную поликлинику. Врач услышала шумы в сердце и посоветовала отвезти сына на обследование в Барнаул. В барнаульском диагностическом центре Максиму поставили диагноз "тетрада Фалло" — тяжелейший порок сердца, который включает в себя сразу четыре аномалии развития.
— Кислорода в крови не хватает,— объяснил Лязят кардиолог,— сердце может не выдержать. Ребенка надо спасать.
Но спасение Максима пришлось отложить на два года. За это время мальчик должен был подрасти и набрать вес перед сложной операцией на открытом сердце.
Рос Максим медленно, но держать голову, переворачиваться и ползать научился вовремя. Раз в полгода Лязят возила сына за двести с лишним километров в Барнаул на обследования. Первую операцию Максиму сделали в 2005 году в НИИ кардиологии в Томске. Длилась она четыре часа. После операции Максима подключили к аппарату искусственной вентиляции легких. Самостоятельно он задышал только через 18 часов.
— Максим очень тяжело отходил от наркоза, кричал так, что я боялась, что свежие швы вот-вот разойдутся,— вспоминает Лязят. А потом заметила, что, когда он кричит, лицо его становится красным, а не синим, как раньше.
Через несколько дней Максим уже носился по больничному коридору с другими ребятишками. Одышки не было.
— Теперь у меня столько сил,— хвастался Максим,— что я могу тебя на руках носить!
Но силы быстро закончились, когда Максим пошел в первый класс. На уроках он никак не мог сосредоточиться, был вялым и сонным.
Очередное обследование показало, что у мальчика началось сужение легочной артерии. Врачи предложили установить кондуит — протез клапана легочной артерии. А пока посоветовали не утомлять ребенка учебой.
Сначала Максим обрадовался, что не надо ходить в школу и делать уроки. Целыми днями смотрел мультики, играл в компьютерные игры. Но это быстро наскучило. Пропал аппетит, Максим никак не хотел вставать с кровати.
— А зачем? — говорил он маме.— Все равно я ничего не могу.
Родители старались найти способ вернуть сына к жизни.
— Смотри, кто к нам пришел! — сказал однажды папа и распахнул дверь в коридор.
Там стоял жеребенок на тоненьких ножках.
В ту же секунду мальчик сбросил одеяло и кинулся обнимать новую подружку:
— Я назову ее Звездочка! Можно она поживет в моей комнате?
Максим постелил на пол одеяло и накидал подушек, чтобы Звездочке было мягче спать. Несколько раз в день кормил ее из бутылочки и выводил гулять.
В мае 2011 года Максиму поставили кондуит, и жизнь в очередной раз наладилась. После летних каникул он пошел в школу.
— Отличник из него не получился,— говорит Лязят,— ленится слишком. Любимый урок — физкультура. У него инвалидность, а он все равно в спортзал.
За последние пять лет Максим заметно вытянулся, старый кондуит стал ему мал, кислорода не хватает, и сил становится все меньше. Прокатиться на Звездочке папа разрешит Максиму только после операции. А пока Звездочка грустит в сарае.