Глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев заявил, что влияние санкций на российскую экономику приближается к нулю — она к ним адаптировалась. Но, признал министр, снижение спроса на основные экспортные товары России влияние оказывает.
Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ / купить фото
Иван Саввиди, председатель совета директоров холдинга "Группа Агроком":
— Однозначного ответа нет. Санкции ограничили импорт и способствовали производству замещающей продукции. Но стало сложнее завозить из-за рубежа сырье, которого нет в России. Пришлось искать поставщиков из других, "несанкционных" стран, ввозить сырье чуть менее качественное, но при этом более дорогое. Между тем подорожало и имеющееся в стране сырье, поскольку наши производители стали ориентироваться на мировые цены. Поэтому санкции — палка о двух концах. С одной стороны, мы понимаем их влияние на подъем национальной экономики в долгосрочной перспективе, с другой — не можем испытывать удовольствия от роста цен на сырье, роста себестоимости производимых продуктов и цен на них.
Сергей Габестро, председатель совета директоров группы компаний "Фабрикант.ру":
— Негативно, как и на всех: произошла серьезная декапитализация нашей экономики. Все мои бизнесы стали стоить в десять раз дешевле, причем на разницу курсов валют приходится только пятая-шестая часть этого удешевления. Остальное — риски российской политики и экономики, стоимость нефти, социальная напряженность и т. п. Но есть и позитивная сторона — мы учимся выживать, с точки зрения управления получаем новые компетенции, стали работать более эффективно. Это очень важно.
Александр Ивлев, управляющий партнер EY по России:
— Текущая макроэкономическая ситуация оказывает на нас влияние, как и на любую другую российскую компанию. Тем не менее мы развиваем бизнес, занимаем лидирующую позицию на российском рынке аудиторских и консультационных услуг и продолжаем успешно обслуживать как российских, так и зарубежных клиентов. Мы растем по объему продаваемых услуг, по рублевой выручке. Я рассчитываю, что эта тенденция продолжится и в следующем году. Мы — идеальный пример с точки зрения импортозамещения: владельцы компании — россияне, руководители и персонал — также россияне, 85% выручки приходится на российских клиентов. А производим мы экспортно ориентированный продукт, который принимается всеми международными финансовыми институтами, биржами и другими участниками рынками.
Ирина Эльдарханова, председатель совета директоров компании "Конфаэль", вице-президент Российской гильдии пекарей и кондитеров:
— Мы раньше орехи получали из Италии и США. После введения санкций пришлось искать других поставщиков. А у них цены выше, что плохо отразилось на цене продукции: она выросла больше, чем курс доллара. Из Турции мы получали сухофрукты, кто их заменит, неясно. Не надо забывать и про образующийся дефицит продукции — нельзя сразу найти новых хороших поставщиков. Ну и качество. Когда мы заменили свежие и свежезамороженные ягоды из Польши на наши и китайские, то сразу почувствовали разницу. Государство мало помогает предприятиям выжить в этих условиях. Думаю, что к лету следующего года 20% компаний нашей отрасли перестанут существовать, наверное, то же произойдет и в других отраслях.
Жак фон Полье, управляющий и креативный директор Петродворцового часового завода "Ракета":
— Санкции повлияли скорее психологически, поскольку мне — французу, работающему в России,— искренне неприятно нынешнее напряжение в отношениях с Европой и с моей страной. Надеюсь, после терактов в Париже ситуация изменится к лучшему. А на работе завода санкции не сказались, поскольку наше производство полностью российское. Более того, мы были первыми, кто сам ответил на европейские санкции: мы объявили о прекращении поставок наших часов на Запад еще до официального объявления ответных санкций российским правительством.
Дмитрий Потапенко, управляющий партнер компании Management Development Group:
— Если под словом "бизнес" подразумевать продажу нефтепродуктов, то у нас действительно все отлично. А во всем остальном — кирдык. Все видят — ценники выросли в три раза. Запретили поставки из Польши, сейчас покупается все то же самое, но втридорога. Рынок перераспределен, рынок мяса — под компанию "Мираторг", рынок рыбы — под "Русское море". И они цены подняли. Санкции на бизнес, может, не влияют, только у потребителя денег ни на что не хватает. Розничные продажи падают уже в товарном выражении, такого не было даже в девяностых годах.