Сто пять галерей под одной крышей
Антиквары собрались на Fine Arts Paris в парижском Гран-Пале
В Париже под стеклянной крышей Гран-Пале рядом с римским Аполлоном выставлена скульптура Генри Мура, средневековые японские доспехи соперничают с современными украшениями, а мебель Людовика XIV — с дизайном XX века. Ярмарка Fine Arts Paris собрала в одних стенах более ста галерей из разных стран и даже один будущий музей. Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.
Ярмарка Fine Arts Paris в Гран-Пале
Фото: Алексей Тарханов / Коммерсантъ
Ярмарка Fine Arts Paris в Гран-Пале
Фото: Алексей Тарханов / Коммерсантъ
Большой неф парижского Гран-Пале — это 45 метров высоты и 380 тыс. кубических метров объема. Здесь проходят главные художественные и культурные события Парижа, любую художественную ярмарку это наполненное солнцем пространство под стеклянным сводом превращает в сказочное зрелище. С 19 по 23 сентября Гран-Пале стал местом встреч коллекционеров, галеристов, музейщиков. Fine Arts Paris вернулась в Париж уже в новом качестве — как ежегодная международная ярмарка, объединившая под одной крышей произведения искусства самых разных эпох: от античности до модернизма.
История Fine Arts Paris началась в 2017 году. Ее создали организаторы знаменитого «Салона рисунка» — Salon du dessin. За несколько лет она успела сменить несколько форматов и площадок. В 2020-м пандемия заставила провести ярмарку онлайн. В 2021-м она состоялась в Carrousel du Louvre, а в 2022-м объединилась со знаменитой Биеннале антикваров. Это связало молодую ярмарку с традицией французского рынка искусства.
Сценографию выставки разработал архитектор и дизайнер Шарль Зана. Он придумал «эфемерный город»: три художественных квартала, соединенных улицами и небольшими площадями.
Не нужно бежать от одного стенда к другому. Предлагается вольный маршрут, во время которого произведения искусства должны появляться почти случайно, как это происходит с памятниками во время прогулки по старому городу.
Ярмарка превращается в архитектурную декорацию для истории искусства. Можно начать с римского мраморного торса Аполлона I–II века нашей эры, затем перейти к французской скульптуре эпохи Людовика XIV, увидеть рисунок XVIII века, модернистскую живопись, ювелирные украшения 1960-х годов. У Landau Fine Art лежит на боку черный мрамор Генри Мура. У Applicat-Prazan выставлена живопись Сергея Полякова. У галереи Beres — маленький Морис Дени 1898 года.
В парижской галерее Traits Noirs & Co. можно увидеть необыкновенную работу 1973 года Жоана Миро, сочетающую живопись и скульптуру из мотков шерсти. Миро работал вместе с мастером гобелена.
Эта сделанная с невероятной свободой работа показывает неожиданного Миро, который пытался выйти за пределы своего всеми обожаемого и востребованного стиля так же, как цвета картины выходят за пределы рамы. Галерея Kevorkian, специализирующаяся на искусстве средневекового исламского мира, показывает керамику X–XIII веков, вышедшую из мастерских Кашана в Иране и Ракки в Сирии. На одной из ваз с лавандово-синей глазурью изображена музыкантша с «лунным лицом», играющая на лютне, многие считают, что это прекраснейшая скульптура ярмарки.
Важной новостью стала презентация Музея «Великого века» — Musee du Grand Siecle. Возникший благодаря дару Пьера Розенберга, почетного президента Лувра и его бывшего директора, он должен открыться весной 2028 года в бывших королевских казармах Сен-Клу. Это будет не только музей искусства, но и музей цивилизации XVII века — от искусства и науки до придворных обычаев и повседневной жизни. Речь идет не только о парадном искусстве двора.
В коллекции оказывается вся культура эпохи — то, как выглядели интерьеры, какие предметы окружали человека, каким был визуальный язык французского классицизма. Среди представленных произведений — живопись, скульптура, мебель и предметы декоративного искусства XVII века, в том числе великолепный мраморный рельефный портрет Людовика XIV, приписываемый Франсуа Фонтеллю.
«Великий век» от Генриха IV к Людовику XIII и Людовику XIV — не только один из важнейших периодов в истории страны. Это стиль, завоевавший мир еще при жизни французских королей и до сих пор продолжающий привлекать коллекционеров и публику. «Влияние французской эстетики на всю Европу не имело аналогов,— говорит об этом Габриэла Сисман, владелица галереи Sismann,— это был язык не только искусства, но и политики».
В самой идее Fine Arts Paris есть нечто особенное, парижское. Париж всегда был городом галерей, антикваров, коллекционеров и художников. Здесь привыкли жить одновременно в нескольких временах: средневековый предмет может оказаться в интерьере современной квартиры, кресло Людовика XIV — рядом с модернистской картиной, а старинное украшение стоять на мебели сверхсовременного дизайна. Fine Arts Paris надеется стать международной арт-ярмаркой, способной соперничать с европейскими и британскими конкурентами, но пока соединяет разные стороны парижского художественного рынка в приятной и познавательной прогулке под одной крышей.