Судно из Турции дошло до Гааги
На Украину подали жалобу в МУС за атаку на турецкий сухогруз с углем
Владелец атакованного в Черном море турецкого сухогруза MV Reyhan Sar?, экипаж судна и семья погибшего моряка обратились в Международный уголовный суд (МУС). Они добиваются признания украинских военнослужащих виновными в военном преступлении и преступлении против человечности. Такое обращение — прецедент в международном праве. Рассмотрение дела осложняется тем, что Турция не ратифицировала Римский статут, а атака произошла в нейтральных водах — вне территории, на которую распространяется юрисдикция МУС. Теперь офису прокурора предстоит решить, может ли суд рассматривать удар беспилотника по гражданскому судну и можно ли привлечь за это к ответственности украинских военных.
Фото: Umit Bektas / Reuters
Фото: Umit Bektas / Reuters
О коллективной жалобе против Украины со стороны турецкой судоходной компании T&O Denizcilik, членов экипажа сухогруза MV Reyhan Sar? и семьи погибшего моряка стало известно вечером 16 сентября. Заявители требуют расследовать атаку на судно в рамках статей 7 и 8 Римского статута (преступления против человечности и военные преступления), который определяет юрисдикцию и принципы работы МУС. Это первое в истории обращение частных лиц и коммерческой компании в Гаагу из-за инцидента, произошедшего в ходе боевых действий на море.
Причиной для обращения стали события, развернувшиеся 22 июля 2026 года в Черном море. Гражданский сухогруз MV Reyhan Sari, шедший под турецким флагом с грузом угля из Тамани в Трабзон, подвергся атаке украинского БПЛА недалеко от Новороссийска.
В результате удара по машинному отделению и жилой надстройке погиб 54-летний боцман, гражданин Турции Саваш Чакар, еще несколько моряков получили ранения. Адвокаты настаивают на том, что гражданское коммерческое судно по международному праву защищено в ходе военных действий и не может рассматриваться как легитимная военная цель.
При этом они предоставили в офис прокурора МУС результаты экспертизы, согласно которым для атаки был использован кассетный боеприпас. Адвокаты также приобщили к материалам видеозаписи и публикации в официальных украинских аккаунтах в соцсетях, которые, по их мнению, доказывают, что за атакой стоял Киев. Обнародованные траектория и кадры поражения так называемой цели №188, по мнению адвокатов, полностью соответствуют повреждениям сухогруза MV Reyhan Sari.
Сейчас обращение находится на стадии предварительного изучения, которая по обычным стандартам длится около шести месяцев, а само разбирательство может растянуться на годы.
При этом МУС в своей работе не сможет опираться на прошлый опыт, так как в его практике нет ни одного прямого вердикта, касающегося целенаправленных военных ударов по гражданским коммерческим судам в нейтральных водах. Ранее подобные споры разрешались исключительно между государствами в Международном суде ООН.
Наиболее близким по сути случаем можно назвать «Дело о нефтяных платформах», когда Иран подал иск в Международный суд ООН на США после «танкерной войны» в Персидском заливе в конце 1980-х годов. Тогда неизвестные силы атаковали коммерческие суда и подорвали американский фрегат. В Вашингтоне возложили вину на Иран, и в ответ ВМС США полностью уничтожили три иранские нефтяные платформы. После этого два государства на протяжении 11 лет вели тяжбу, которая сводилась к экономическому спору вокруг нарушения торговых соглашений. В деле же об ударе по сухогрузу заявители требуют уголовной ответственности для конкретных лиц, которые, по их мнению, совершили преступление. Фактически истцы хотят через суд добиться ордера на арест конкретных военных, который будет действовать более чем в 120 странах.
Суть в том, что, в отличие от Международного суда ООН, МУС судит не государства, а людей. В данном случае речь будет идти о всей цепочке военных ВСУ: от тех, кто отдал приказ, до тех, кто его исполнил. При этом в самом деле есть осложняющие его юридические коллизии: Турция не ратифицировала Римский статут, а атака произошла вне территории Украины — в нейтральных водах. Украина ратифицировала статут в августе 2024 года и с 1 января 2025 года является полноценным участником МУС. Однако при ратификации статута Киев допустил оговорку, которая полностью исключает возможность осудить граждан Украины в случае совершения ими военных преступлений. Кроме того, юрисдикция МУС по общему правилу распространяется на преступления, совершенные на территории государств-участников, а в случае с турецким сухогрузом речь идет о нейтральных водах.
Таким образом, перед офисом прокурора стоят сразу две проблемы: сначала ему нужно решить, может ли он расследовать инцидент в нейтральных водах, а потом — имеет ли он право привлечь к ответственности военных ВСУ.
Скорее всего, статья о военных преступлениях будет сразу заблокирована, однако остается обвинение в преступлениях против человечности, на которые оговорка Киева не распространяется. Здесь защите истцов придется доказать, что атаки Киева на гражданские суда носили систематический характер, а не были разовым случаем.