«Большинство клубов стремятся к Кубку Гагарина»

В субботу, 5 сентября, стартует очередной сезон Континентальной хоккейной лиги (КХЛ). В интервью “Ъ” президент КХЛ Алексей Морозов рассказал, почему считает его особенно интригующим, в чем смысл внесенных в регламент лиги в последнее время корректировок и в каком направлении она будет развиваться.

— После окончания прошлого чемпионата в КХЛ произошло много любопытных событий — переходы известных игроков, тренерские назначения. Чего вы ждете от сезона стартующего? Что вам кажется самым интригующим?

— Прежде всего мы ждем, что он пройдет по намеченному нами плану. А межсезонье, как вы правильно заметили, было интересным: много новых лиц, изменений — и в заявках команд, и в тренерских штабах. Например, очень интригует появление на посту главного тренера минского «Динамо» Сергея Брылина, долго работавшего в НХЛ: как адаптируется, какую тактику поставит команде, как наладит отношения с игроками? Дмитрий Квартальнов, в свою очередь, перебрался из Минска в «Локомотив», выигравший два предыдущих чемпионата. Это же не меньше интригует. Квартальнов, можно сказать, флагман нашего тренерского корпуса — более тысячи матчей в статусе наставника провел. Умеет и знает, как работать с молодежью. А в «Локомотиве» перспективных ребят много. Его молодежная команда в минувшем сезоне взяла Кубок Харламова в своем первенстве. Кто-то из нее наверняка вольется в основу. Знаменитых игроков, сменивших клуб, тоже немало: Вадим Шипачев, Евгений Кузнецов, Джош Ливо, Дмитрий Яшкин. Наверняка они что-то принесут своим командам. Тот же Шипачев — настоящая легенда, хоккеист с колоссальным опытом,— на мой взгляд, должен помочь «Салавату Юлаеву», в котором много молодых. Рядом с ним они быстрее раскроются.

— Еще же это год 80-летия отечественного хоккея…

— Да. И мы запланировали в честь юбилея мини-турнир с участием шести команд — команд-первопроходцев, тех, кто участвовал в первых чемпионатах СССР: ЦСКА, московского «Динамо», «Спартака», СКА, «Торпедо» и «Автомобилиста»… Вообще, интересного, важного масса. Вот уже 14 сентября открытие новой арены в Нижнем Новгороде. Мне кажется, болельщики «Торпедо» ждут его с нетерпением. Отличный для них подарок. А перед окончанием регулярного сезона будет Матч звезд в Минске. Вы же знаете, как там любят хоккей? Всегда аншлаги.

— У меня еще есть ощущение, что в этом сезоне необычно много клубов, которым надо что-то доказывать, реабилитироваться за выступления, не соответствующие элитному статусу,— ЦСКА, московское «Динамо», СКА. Это так?

— У нас сейчас чуть ли не всем надо что-то доказывать. Лига выровнялась. Разрыв в размере общих расходов клубов на оплату труда хоккеистов без учета призовых командных премий — 2–2,5 раза, до введения жесткого потолка заработных плат он был семикратным. Раньше были такие клубы, которые перед сезоном ставили скромные задачи: нам бы хоть один раунд play-off пройти. Теперь большинство стремятся к Кубку Гагарина. Вот вы ЦСКА и СКА упомянули. Их же давно даже в полуфинале не было. Так что да, интереснее стало. Но мы к этому и стремились.

— Большинство? Вы не преувеличиваете? Сколько, если откровенно, в лиге, по вашим оценкам, клубов, ставящих перед собой именно самую высокую цель — бороться за Кубок Гагарина?

— 10–12 клубов, примерно половина от общего количества. И целая группа тех, которые, понимая, что, может быть, на Кубок Гагарина нацеливаться прямо сейчас рано, хотят подтянуться, чтобы претендовать на него в ближайшем будущем. Я, например, очень жду, как проявит себя новое руководство «Шанхая», его президент Илья Ковальчук. В прошлом сезоне эта команда пошумела на старте, но не попала в play-off. В этом есть потенциал выступить лучше.

— Вы хотите сказать, что довольных статусом середняков или аутсайдеров практически нет?

— Нет. Честно. Помните, что происходило в предыдущем чемпионате с «Сибирью»? Три смены тренера за сезон! Все — чтобы попасть, несмотря на плохой старт, в play-off. И попала же, с молодым тренером Ярославом Люзенковым. А «Ак Барс»? Какое у него было начало сезона. Да все уже отправляли наставника Анвара Гатиятулина в отставку. А что в итоге? Финал Кубка Гагарина.

— «Шанхай» когда из Санкт-Петербурга переедет в Китай, который представляет?

— Новому руководству нужно время, чтобы понять, как развивать клуб. Поэтому этот сезон клуб начинает в Санкт-Петербурге. А мы вместе с клубным менеджментом будем вести переговоры с китайской стороной о перебазировании.

— Вам бы хотелось, чтобы «Шанхай» играл в Китае?

— Да. Потому что это большой рынок, который нужен КХЛ.

— Вы довольны составом лиги? 22 клуба — это не мало?

— Что значит «доволен»? Это 22 клуба, обладающие всем необходимым, чтобы выступать в лиге,— финансовыми возможностями, инфраструктурой, продуманными концепциями развития. Мы не гонимся за расширением. Не хотим, чтобы в лиге появились статисты. Нам нужны только сильные клубы.

— Летом в КХЛ вернулись несколько игроков, выступавших в НХЛ,— Захар Бардаков, Данил Гущин, Егор Афанасьев, Даниил Мироманов, Иван Федотов. Как вы думаете, насколько велика у них мотивация?

— Думаю, очень велика. Они захотят показать, что способны играть на высоком уровне, что не растеряли того, чему научились в России… Вообще, по-моему, если и уезжать в Америку, то лучше дозрев в КХЛ, добившись результатов здесь. Так поступали, например, Кирилл Капризов, Александр Никишин, многие другие. Некоторые ребята стремятся уехать пораньше. И карьера в НХЛ у них складывается, как правило, не так, как им хотелось бы.

— Кое-что еще бросилось в глаза летом. В КХЛ приехала не такая уж маленькая группа легионеров, причем среди них, допустим, прекрасно проявивший себя на чемпионате мира вратарь сборной Норвегии Хенрик Хёукеланн, оказавшийся в «Тракторе», очень неплохие хоккеисты из США и Канады. Между тем принято считать, что сегодня спортсмены из этих стран на Россию поглядывают косо.

— Так это же здорово, что приехала! Мы всегда считали, что хоккей, спорт в целом должны быть вне политики. И лимит на легионеров, кстати, в свое время расширили — с трех иностранцев в команде до пяти, чтобы как раз пошире открыть для них двери. Вы знаете, что Хёукеланн ради перехода в КХЛ отказался от выступлений за свою сборную? Человек понимает, что только в таком сильном чемпионате может развиваться. Повторю, мы открыты для иностранных игроков.

— А легионерам, по вашим ощущениям, нравится работать в России?

— Я в курсе, как они отзываются о КХЛ, о жизни в России в принципе. Многие, в том числе приехавшие с семьями, говорят, что увидели совсем не то, о чем у них на родине рассказывали средства массовой информации. Говорят о поддержке со стороны клубов, об обожающих хоккей болельщиках… Закрываться мы, поверьте, не собираемся.

— Как бы вы охарактеризовали положение КХЛ в данный момент? Я имею в виду, что были времена, когда стопроцентно устойчивым оно не выглядело. Клубы то и дело сталкивались с финансовыми сложностями, покидали из-за них время от времени лигу.

— Задолженностей перед игроками в преддверии сезона ни у кого нет. Положение — точно устойчивое. Посещаемость, рейтинги — телевизионные, востребованности соцсетей — постоянно растут. По посещаемости — а она близка к 8 тыс. зрителей в среднем на игре — мы уже первые в Европе… Это же еще в предыдущей стратегии развития КХЛ закладывалось: надо, чтобы хоккей становился семейным досугом. Люди должны приходить с детьми и друзьями, проводить время весело и с пользой — посмотреть и хоккей, и предматчевое шоу, и иногда концертную программу, поучаствовать в интерактивах, предложенных лигой или клубом.

— Дополнительные доходы эти мероприятия приносят?

— Конечно. У нас в течение трех лет был бурный рост коммерческих доходов. Долю госфинансирования мы тоже сокращаем. Такую задачу поставил президент страны. За последние шесть сезонов доля собственных коммерческих доходов клубов выросла с 8% до практически 22%. Стратегически клубы КХЛ приближаются к 25%, ряд из них уже преодолел это значение и продолжает дальнейший рост. Расширяем базу болельщиков, обеспечивая их интересным контентом и матчами, в которых напряжение держится с первой до последней минуты. Это же имеет огромное значение для новой аудитории.

— Если не ошибаюсь, скоро вступит в силу следующая «Стратегия»?

— Мы представим ее на совете директоров КХЛ 10 сентября. Надеюсь, документ примут. Будем двигаться дальше.

— Вдруг у вас есть какие-то конкретные ориентиры? Ну, например, сейчас посещаемость КХЛ — 8 тыс. Реально ли достичь рубежа в 10 тысяч?

— Все зависит от дворцов. В Нижнем Новгороде старый вмещал 5 тыс. зрителей, новый — 12 тыс. Значит, и посещаемость матчей «Торпедо» должна скакнуть вверх. Мы ставим цель добиться 80-процентной коммерческой заполняемости арен по сезону. Если добьемся ее, то и абсолютные цифры будут еще выше. Но и сейчас общая посещаемость, как вы сказали, рекордная: общая за прошлый сезон составила 6 569 164 зрителя, 7972 в среднем на игре.

— Есть клубы, задающие в плане привлечения болельщиков тон?

— Безусловно. Про минское «Динамо» я уже сказал. Еще «Авангард», «Трактор», то же «Торпедо», «Ак Барс». Много городов, в которых налажена работа с болельщиками, сервисы для них. Там хоккей — один из главных видов досуга.

— Геополитическая ситуация так или иначе влияет сейчас на многие виды спорта и спортивные лиги, осложняя логистику. Для КХЛ эта проблема актуальна?

— Мы сталкивались с ней в прошлом сезоне. Были переносы, остановки матчей. Никто от такого не застрахован. Перед нынешним сезоном мы провели встречу с клубными руководителями, пообщались на эту тему. Кроме того, лига организовала в Екатеринбурге семинар для сотрудников служб безопасности клубов, на котором мы обговорили все нюансы, включая взаимодействие с силовыми структурами. Мы готовы оперативно реагировать на любую ситуацию.

У нас есть оперативный штаб, который на связи с клубами в режиме 24 на 7. Если что-то происходит на арене, в дороге, клубы тут же могут проинформировать нас.

Алгоритм такой: дежурный назначает ответственного за проблему в зависимости от того, в чем она заключается. Мы совместно с клубами вырабатываем меры по ее решению. Будем стараться делать все, чтобы матчи не срывались, чтобы календарь был выдержан. В конце концов, опыт мы уже накопили. Например, вместо воздушного транспорта можно использовать наземный. На чем перемещались участники предыдущего финала Кубка Гагарина, «Локомотив» и «Ак Барс»? Правильно, на поезде. Мы проработали вопросы сотрудничества и с автобусными компаниями, чтобы клубы в случае необходимости могли с ними оперативно связаться.

— Всех в этой связи особенно волнует будущее «Сочи».

— Конечно. Именно с ним связаны переносы и отмены матчей в прошлом сезоне… На данный момент ситуация такая: «Сочи» начинает регулярный чемпионат в своем дворце.

— За те пять лет, что вы руководите Континентальной хоккейной лигой, в регламент было имплементировано несколько заметных новшеств. Я имею в виду прежде всего жесткий потолок зарплат и «перекрестный» play-off, когда команды из разных конференций пересекаются еще до финала. Как бы вы оценили эффект от них?

— Помните, для чего вводились потолок и пол зарплат? Для выравнивания возможностей команд, перераспределения игроков. Для того, чтобы условия для всех были более или менее равными, чтобы каждый клуб имел шанс победить. Удалось ли этого добиться? Безусловно. Вы же не будете спорить насчет непредсказуемости раскладов в сегодняшней КХЛ? А рост аудитории показывает, что ей это нравится. Это подтверждает и тот факт, что 70% болельщиков продолжают следить за play-off после вылета любимой команды. Дмитрий Николаевич Чернышенко (до назначения вице-премьером РФ занимал пост президента КХЛ.— “Ъ”) — а потолок и пол были его инициативой — понимал, что они нужны.

Теперь — перекрестный play-off. Обратите внимание, что за те два сезона, что он действует, родились новые исключительно принципиальные соперничества клубов из разных конференций. «Локомотив»—«Авангард», например. Они даже на предсезонке, все видели, играли так, словно на кону ценный приз. Всем надоело вечно смотреть, как в play-off постоянно сталкиваются ЦСКА и СКА.

— Но были же у идеи перекрестного play-off и оппоненты. Чего они боялись? Логистических трудностей?

— Боялись попробовать новое. Оказалось, что ничего страшного: и в этом формате время для качественной подготовки к матчам остается.

— Давайте вернемся к потолку. Любой, кто изучает, смотрит хоккейные медиаресурсы, знает, как они любят рассказывать об активно применяемых клубами способах обхода потолка — с помощью бонусов, фиктивных расторжений контрактов, хитро оформленных переходов. Вообще-то иногда создается впечатление, что это какая-то беда.

— У нас в КХЛ есть профильный комитет, занимающийся контролем за соблюдением потолка и чистоты сделок. Если мы видим, что контракт или сделка фиктивные, сразу их блокируем. Стараемся разобраться во всех деталях. Хотя не зря же говорят: какие правила ни придумай, будут изобретать пути уклониться от их выполнения.

— То есть все же за всем не уследишь?

— Повторю: мы чрезвычайно тщательно проверяем каждый контракт, общаемся, проверяя соглашения, с агентами, игроками. Работа ведется… А что касается упомянутых вами Telegram-каналов, то в хоккее, как и в любом виде спорта, есть стороны, заинтересованные в подаче информации под определенным, скажем так, углом. И учтите, что никто, кроме клубов, представителей КХЛ и самой лиги, не в курсе деталей договоров — размеров бонусов, скажем. Не всем данным, иными словами, можно доверять. Впрочем, это не означает, будто мы не прислушиваемся к критике. Прислушиваемся.

— Но не зарегистрированные лигой из-за нарушений регламента контракты были?

— Были. Мы разговаривали с клубами. Нас всегда слышали и меняли условия.

— В чем смысл введения перед этим сезоном коммерческих, или, как их еще называют, рекламных, контрактов хоккеистов, не учитывающихся в 950-миллионном потолке? Получается, 50 млн руб. «выводятся» из-под него.

— Давайте объясню. Мы же активно работали и будем работать над повышением медийности, узнаваемости игроков, над интеграцией их в различные проекты. Аудитории интересны кумиры, правильные кумиры. Игроки приходили к нам и говорили: у нас есть предложение от рекламодателя, но мы не можем принять его, потому что у клуба нет места под потолком. При этом и все права на использование имени и образа хоккеиста у клуба. Коммерческий контракт — идеальный выход.

— Его может подписать только один игрок в клубе?

— Сколько угодно. Но на общую сумму не больше 50 млн руб. Подписывая такие соглашения, игроки будут чаще участвовать в различных мероприятиях наших партнеров по продвижению продукта.

— Уточню: это целевые контракты? Игрок обязан выполнить определенные условия?

— Конечно. В конце года мы соберем от клубов отчеты, как игроки отрабатывали контракты, обозначенные как коммерческие.

— Сколько клубов этой возможностью воспользовались?

— 12 клубов. И 25 игроков.

— И это все действительно самые медийные лица КХЛ?

— Есть, может быть, и более медийные. Но у них все впереди. Такой контракт можно заключить и в середине сезона.

— Но в любом случае узнаваемые игроки?

— Узнаваемые. Или на региональном, или на глобальном уровне — как Никита Нестеров, Джошуа Ливо, Данил Аймурзин, Тимур Билялов, Артем Галимов, Игорь Ожиганов. Партнеры, спонсоры вправе ориентироваться на того, на кого считают нужным.

— По итогам позапрошлого сезона КХЛ выплатила клубам премиальные на общую сумму 2 млрд руб. Получается, почти по 100 млн руб. на команду в среднем, около 10% от платежной ведомости. Цифра смотрится…

— Знаете, с какой суммы мы в 2015 году начинали? Со 100 млн руб. с небольшим. Выросли в 18 раз. Это как раз плоды работы лиги по наращиванию коммерческих доходов. Мы, разумеется, будем стараться увеличить сумму. В прошлом сезоне, к примеру, наибольшую сумму получил чемпион «Локомотив» — 188 781 929 руб. с НДС. Сумму этого объявим после совета директоров, но будет больше.

— Распределение средств же осуществляется по рейтингу КХЛ, принимающему во внимание и спортивные результаты, и маркетинговые, так?

— Да. На ближайшем совете директоров в него будут, видимо, внесены некоторые корректировки. Но в любом случае положение в рейтинге будет по-прежнему зависеть от клубов, от их эффективности.

— Деньги можно тратить на что угодно? На премии можно?

— Нет, только на развитие. На matchday, работу со зрителями, инфраструктуру, детско-юношеские школы. Клубы отчитываются об использовании этих средств.

— КХЛ создала образовательную платформу для игроков — БАЗА. Она так необходима?

— Я сам был игроком и понимаю специфику жизни хоккеистов. А они — наш главный актив. Они в первую очередь привлекают зрителей. Так вот, у нас было такое направление и до этого. Мы ездили с семинарами, специально собирали на них игроков. На этих семинарах выступали специалисты по финансам, психологии, развитию личного бренда, юридической грамотности. Они рассказывали, как правильно выстроить отношения с клубом, агентами. Случается ведь, что спортсменов, зная, что они не «умеют» читать контракты, обманывают.

— Почему одних семинаров мало?

— Потому что игроков трудно собрать. У всех разные графики, у всех семьи, свои заботы. Мы проехали по клубам и поняли, что онлайн-платформа — более удобный формат. Можно в поездках подключаться. Так и появилась БАЗА, информационная и коммуникационная платформа из нескольких модулей. Недавно в нее добавился еще один — антидопинговый. Все тесты игроков сразу попадают в единую информационную базу. Также у нас в стратегии было заложено улучшение бытовых условий игроков. Они же влияют на качество игры. Мы внесли в регламент требования к стороне, принимающей игру, соблюдать определенные стандарты комфорта для гостей. Раньше они, допустим, были вынуждены возить с собой много оборудования. Теперь зал для разминки, тренажеры предоставляют хозяева… И хорошо, конечно, что постоянно открываются новые современные дворцы. В них проще соблюдать жесткие стандарты. Там все продумано.

— КХЛ ввела рейтинг детских школ и детских тренеров. Какая реакция на него в хоккейном сообществе?

— Мне кажется, формирование такого рейтинга было неизбежным. Мы задумались над тем, что надо искать эффективные способы стимулировать школы и тренеров того звена, где, собственно говоря, и созревает будущее КХЛ, всего нашего хоккея. А эти почти десять лет тяжелого труда по воспитанию игроков оплачиваются, как вы наверняка догадываетесь, достаточно скромно. Нам же хотелось, чтобы тренеры чувствовали благодарность за тех, кого вырастили, кто радует болельщиков.

— Расскажите о рейтингах. Сколько в них позиций?

— 50 школ по всей России и 100 тренеров. Учитывается прежде всего количество воспитанников, в данный момент выступающих в КХЛ. Знаете, что самое забавное из того, с чем мы столкнулись, введя их?

— Не представляю.

— Мы подвели итоги. Начали обзванивать тренеров, чтобы сообщить: вам полагается выплата от Континентальной хоккейной лиги. А как у нас сейчас реагируют на звонки с незнакомых номеров? Тренеры просто бросали трубки… Некоторые потом, поняв, что подвоха нет, сами перезванивали. С другими мы связывались повторно.

— Так какая премия полагается за первое место в рейтинге?

— Тренеру за первое место — 1 млн руб., за десятое — 300 тыс., с 51-го по 100-е — 100 тыс. Рейтинг пересчитываем ежегодно и выплачиваем ежегодно. Конечно, многим, особенно тем, кто уже на пенсии, было приятно получить такую премию. И для специалистов помоложе, на мой взгляд, это неплохой стимул.

— Неожиданная тема прошедшего межсезонья — рост цен на клубные абонементы. Почему-то часто за него критикуют КХЛ. Это обоснованно?

— Ценовая политика — сфера ответственности клубов. Но мы действительно в рамках новой стратегии провели масштабный анализ стоимости цен на билеты и представили информацию клубам.

— То есть рекомендовали повышение?

— Поймите, мы смотрим на то, что даем людям. И видим, что люди приходят на классную развлекательную программу из множества элементов. Мы сравнили стоимость билетов на хоккей со стоимостью билетов на концерты, в театр, в кино. У нас она оказалась значительно ниже. Поэтому мы предложили держать баланс: учитывать и платежеспособность публики, и привлекательность продукта.

В последние годы аудитория лиги в среднем стала более платежеспособной: 71% аудитории — это семьи с детьми, причем 58% — с детьми в возрасте 6–12 лет. В этом мы видим позитивные результаты работы по привлечению молодой аудитории.

Мы на связи с клубами, готовим аналитику, чтобы они, формируя ценовую политику, учитывали все факторы, включая статусность матчей. Есть же несколько особенно принципиальных дерби — уральское, сибирское, «зеленое», «Локомотив»—«Авангард».

— Вы довольны партнерским пулом КХЛ?

— Это очень мощный пул. Кто-то с нами много лет. Есть новые идеи по сотрудничеству. Скажем, в 2028 году будет 20-летний юбилей лиги. Мы вместе с партнерами уже набросали лонг-лист мероприятий, которые хотели бы провести в связи с ним. Мы дорожим каждым партнером.

— «Фонбет», титульный партнер, уже десять лет с КХЛ, если не ошибаюсь?

— Да, за это время мы прошли длинный путь. Наше первое соглашение было подписано в 2017 году и сразу сроком на пять лет. Этот контракт стал рекордным для России по продолжительности между букмекером и спортивной организацией. Стало понятно, что нам предстоит большая и интересная работа. А с 2022 года компания «Фонбет» получила статус титульного партнера лиги. В этом чемпионате мы отметим десятилетний юбилей.

Наши команды плотно взаимодействуют: у нас масса благотворительных проектов на десятки миллионов рублей. Программа «ДоброFON» помогает развивать адаптивный хоккей, выполняет большую социальную работу в рамках матчей лиги, креативные концепции для болельщиков. Есть проект FONBET OVERTIME, где болельщики сами выбирают лучших героев месяца из числа хоккеистов. У нас с «Фонбетом» много чего еще задумано для популяризации игры.

— Вы упомянули социальные инициативы от «ДоброFON». Расскажите подробнее.

— «ДоброFON» полностью соответствует принципам КХЛ, которая тоже ориентирована и на социальную, благотворительную деятельность. За эти годы в рамках многочисленных акций и благотворительных матчей направили помощь более чем на 130 млн руб. Это серьезная поддержка, мы постоянно придумываем что-то новое. И главное, что эти деньги направляются адресно. Например, в рамках проекта «Доброматчи» клуб, который проводит мероприятие, сам выбирает фонд или организацию, которые нуждаются в поддержке. На наш взгляд, это логично, так как именно хоккейный клуб в своем регионе лучше знает и понимает, куда направить помощь. Помимо денежной поддержки строится инфраструктура, хоккейные коробки, закупается оборудование. Это важная работа нашего партнера, которой мы — лига — гордимся и всегда открыты к предложениям.

— В «Кинопоиске», вашем медиапартнере, всегда подчеркивают, что довольны сотрудничеством с КХЛ. Между тем летом все удивились: три — половину — из предсезонных турниров транслировал Okko. Это означает, что в 2028 году, когда истекает договор с «Кинопоиском», будет серьезная борьба за права?

— Так это же хорошо. Значит, Okko почувствовал, насколько КХЛ привлекательна. Но вообще-то для меня его интерес неожиданным не был. Okko выходил на нас и раньше… А с «Кинопоиском» мы совершили существенный скачок. Суммарная аудитория трансляций КХЛ на «Кинопоиске» по итогам прошлого сезона составила 3,1 млн уникальных зрителей. И резервы для роста еще есть.

— КХЛ третий раз подряд выпустила большой документальный фильм о финале Кубка Гагарина. Очень подробный, очень глубокий, трогательный, с массой личных историй. НХЛ такого не делает. Зачем вам этот контент?

— Трудоемкий к тому же. Подготовка такого фильма занимает несколько месяцев. Зачем это нужно? Потому что болельщики хотят видеть не только хоккей, победы, но и через какие трудности игроки проходят к ним. Они хотят погружаться в атмосферу в раздевалках. Спасибо клубам, тренерам, руководителям за то, что с пониманием относятся к камерам, снимающим их в том числе в сложные моменты. Это флагманский проект. Мы будем продолжать его, так как спрос у аудитории на такой контент огромный.

— Пять лет на посту президента КХЛ. Что бы вы назвали вашим главным достижением за этот период?

— Наверное, рост популярности. Пять лет назад наша база болельщиков составляла 8 млн регулярно посещающих матчи или смотрящих трансляции человек, сейчас их 12 млн. Скачок 50-процентный. Это колоссальная работа всего коллектива КХЛ и клубов. Но добиться хочется еще большего. Чтобы хоккеисты были кумирами, чтобы на них равнялись дети. В общем, в любом случае оценка нашей работы — интерес аудитории.

Интервью взял Алексей Доспехов