Полисом в небо

Подрастающее возмещение

В 2026 году выплаты в сегменте страхования рисков террористических актов и диверсий продолжили расти, следует из опроса “Ъ” участников рынка. За последние два-три года страхование рисков терроризма, диверсии, атаки БПЛА превратилось в отдельный сегмент рынка с высокой убыточностью, отмечает главный специалист отдела страхования имущества брокера Remind Вардан Хачатрян. В частности, СОГАЗ за 2025–2026 годы выплатил бизнесу около 10 млрд руб. из-за повреждения промышленных и инфраструктурных объектов после терактов и атак БПЛА. В «Росгосстрахе» отмечают, что в первом полугодии рост выплат в имуществе превысил на 15% прошлогодний результат. В МАКСе убыточность по рискам терроризма и диверсий выросла примерно в полтора раза.

По оценке заместителя гендиректора страхового брокера Mains Евгения Боровикова, выплаты страховщиков за последний год выросли на порядок. Рост происходит из-за увеличения количества атакующих БПЛА и их дальности. Кроме того, это связано с использованием не только БПЛА, но и боевых ракет, отмечает руководитель департамента перестрахования МАКСа Андрей Семенюк. В «Росгосстрахе» подчеркивают, что урегулирование страховых случаев, связанных с имуществом юрлиц, в целом более растянутый по времени процесс, поэтому «объем выплат может быть больше». По итогам 2025 года убыточность (отношение выплат к собранным премиям) в сегменте значительно выросла. В «Согласии» оценили рост в 10 раз, в «Росгосстрахе» заявили о многократном росте убыточности, в «АльфаCтраховании» — об удвоении. В одной из крупных компаний заявили об увеличении не менее чем на 200% по портфелю.

Собеседник “Ъ” на рынке страхования, ссылаясь на данные Российской национальной перестраховочной компании (РНПК, 100% принадлежит Банку России), указывает, что чаще всего с крупными убытками от применения БПЛА и иного вооружения сталкиваются предприятия топливно-энергетического комплекса, химической промышленности, производства удобрений. Андрей Семенюк также отмечает, что наиболее часто подвержены атакам «объекты критической инфраструктуры». В «Росгосстрахе» также указывают, что чаще всего страховые случаи связаны с заводами, в том числе с нефте- и газоперерабатывающими предприятиями.

Новые правила

В связи с этим процесс размещения данных рисков усложняется и становится менее предсказуемым для страхователя. В частности, страховщики запрашивают «более детальную информацию, требования к риск-защищенности объектов растут, а сроки согласования условий приходится тщательнее контролировать», поясняет господин Хачатрян. Директор департамента страхования промышленных рисков «Росгосстраха» Кирилл Попов отмечает, что при рассмотрении и оценке рисков учитывается «весь массив информации по каждому объекту страхования, включая имеющуюся там систему безопасности, в том числе и антидроновую защиту».

Многое зависит от специфики конкретного объекта и страховых рисков, от которых планируется защитить предприятие.

В СОГАЗе уделяют большое внимание совершенствованию уровня физической защиты объектов и минимизации ущерба в результате подобных происшествий, предоставляя соответствующие консультации клиентам. Это касается, в том числе, и способов обеспечения пожарной, промышленной безопасности, непрерывности производства и управления другими основными рисками предприятий. «Матрица коэффициентов к базовому страховому тарифу сильно зависит от специфики каждого конкретного объекта и страховых рисков, от которых планируется защитить предприятие. Наиболее распространенные — это общий уровень риск-менеджмента на объекте, наличие автоматической системы пожаротушения, выполнение рекомендаций надзорных органов, полноценная охрана»,— уточняет господин Попов. Андрей Семенюк признает, что одним из способов снизить убыточность стал отказ в приеме на страхование объектов, не отвечающих техническим требованиям с повышенным уровнем возникновения страхового случая.

Помимо этого, ужесточаются условия страхования. Речь идет об увеличении тарифа по объектам критической инфраструктуры, а также по объектам, которые находятся вблизи с ними и на приграничных территориях. В этих случаях базовый тариф увеличен на 70%, говорит господин Семенюк. За последние четыре года рыночные тарифы выросли в десять раз, оценивают в «Энергогаранте». Страховщики также увеличивают безусловные франшизы, в рамках которых доля ответственности передающей стороны увеличивается, снижая тем самым долю ответственности принимающей стороны. По оценке Андрея Семенюка, компании увеличили франшизы с 30–40 млн руб. до 250–500 млн руб. Участники рынка если и берут объекты на страхование, «то с франшизами, измеряемыми сотнями миллионов рублей, с небольшим лимитом ответственности и тарифом 5–20%», подтверждает и господин Боровиков.

Вместе с тем для некоторых объектов, в том числе компаний нефтеперерабатывающей или химической отраслей, страхование осложнено повышенной степенью риска.

«Более того, при имеющихся инцидентах предприятие уже не может получить покрытие на достаточную сумму, а уровень франшиз при этом растет. Там же, где страхование возможно приобрести в обычном порядке, компании сталкиваются с неопределенностью — точно ли договор страхования сработает»,— отмечает господин Хачатрян.

Впрочем, по словам Кирилла Попова, более риск-защищенные объекты получают дополнительные понижающие коэффициенты к тарифу. Тем не менее на таких условиях страхователи и сами неохотно заключают договоры страхования. «Прилет БПЛА может еще и не произойти, или убыток будет ниже франшизы, а немалые деньги надо заплатить страховщику уже сегодня»,— поясняет господин Боровиков.

Личное страхование

В сегменте страхования рисков террористических актов и диверсий для физических лиц страховщики также фиксируют рост выплат и обращений. По итогам первого полугодия можно говорить о том, что количество обращений по рискам терроризма, диверсий и военным рискам оказалось выше, чем за аналогичный период прошлого года, отмечает руководитель управления урегулирования убытков по имуществу физических лиц «АльфаСтрахования» Павел Мешков. В «Росгосстрахе» отмечают рост количества страховых выплат после падения обломков БПЛА в первом полугодии 2026 года на 5–10% относительно первого и второго полугодия 2025 года. «Также расширилась география заявленных страховых случаев по прилетам»,— указывают в компании.

По страхованию жилья в первом полугодии 2026 года предварительный объем выплат по рискам терроризма и диверсии увеличился в 2,4 раза по сравнению со вторым полугодием 2025 года и в 3,6 раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, рассказывает вице-президент по маркетингу, рекламе и PR «РЕСО-Гарантии» Игорь Иванов. При этом, по его словам, количество обращений за выплатами выросло в 2,4 раза по сравнению со вторым полугодием 2025 года и в 5 раз по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. По каско в первом полугодии 2026 года число заявленных страховых случаев по этим рискам увеличилось в 1,6 раза по сравнению со вторым полугодием 2025 года.

В основном по рискам терроризма и диверсий проводятся выплаты из-за повреждений квартир, поскольку они являются самым массовым застрахованным с опцией «теракт, диверсия» объектом недвижимости, учитывая ипотечные программы, отмечает управляющий директор «Ренессанс страхования» Артем Искра. Президент ВСС Евгений Уфимцев заявил, что банки требуют включать в ипотечное страхование риск ударов БПЛА.

Страховка от последствий террористического акта может покрываться как в базовом полисе страхования имущества, так и в рамках дополнительной опции.

В частности, это касается воздействия пилотируемых и беспилотных летательных аппаратов, включая падение обломков, а также действия систем ПВО и ударную волну. Доплата за расширение покрытия составляет в среднем 25% к стоимости базового договора.

В частности, «РЕСО-Гарантия» больше года включает риски терроризма и диверсии в полисы страхования имущества физлиц. Игорь Иванов уточняет, что военные риски по каско не покрываются, при этом повреждения автомобилей в результате атак БПЛА относятся к рискам терроризма и диверсии. В «Т-Страховании» отмечают, что риски терроризма и диверсий автоматических входят в покрытие по страхованию жилья и каско. При этом в страховании жилья «падение дрона считается страховым случаем, даже если оно связано с военными действиями, СВО, режимом КТО или террористическим актом», указывают в компании. В страховании автотранспорта базовое покрытие включает риски повреждений автомобиля от БПЛА.

Вместе с тем страховщики запустили отдельное страхование имущества физлиц, покрывающее риски военных действий.

Под страховыми случаями здесь понимается повреждение или утрата застрахованного имущества в результате «военных действий, маневров, учений или операций военного характера любого рода», «использования любого вида вооружений — ракет, снарядов, мин, бомб и других боеприпасов, а также действий систем противовоздушной обороны, воздействия ударной волны». В число страховых случаев также может включаться гражданская война, всякого рода народные волнения или забастовки. Лимиты по таким полисам составляют десятки миллионов рублей, однако сам полис становится дороже на 10–12%. По словам страховщиков, чтобы доказать страховой случай, необходимо предоставить в первую очередь справку от компетентных органов.

Круговорот перестрахования

Значительную роль в этом сегменте играют перестраховочные компании, и прежде всего РНПК. По оценке самой компании, в сегменте страхования террористических актов и диверсий ее доля составляет от 50% до 85%. По информации источника “Ъ”, в конце мая РНПК представила участникам рынка новые подходы к перестрахованию рисков терактов и диверсий. В частности, она раскрыла данные по суммарным выплатам за 2025 — начало 2026 года, которые составили 75 млрд руб. При этом ее совокупная ответственность по этим рискам достигла 8 трлн руб.

Большая часть этих рисков попадает в РНПК через облигаторное перестрахование (перестрахование группы объектов на общих условиях), и компания последовательно увеличивает стоимость такой защиты, увеличивая собственное удержание страховщика, отмечает Евгений Боровиков. По словам господина Семенюка, среди ключевых моментов, которые госкомпания хочет внедрить на рынке,— срок перестрахования не более трех месяцев, прием риска по системе 1 к 3 (то есть 1/3 лимита в качестве франшизы для страхователя, 2/3 на пропорции между страховщиком и РНПК). Кроме того, предлагается применение более высоких франшиз, отдельное согласование по специальному акцепту объектов критической инфраструктуры, многократное увеличение тарифа перестрахования. В РНПК и ЦБ не ответили на запрос “Ъ”.

Кроме того, по словам господина Боровикова, страховщики перестраховывают риски через Российский антитеррористический страховой пул (РАТСП). В него входит 18 страховых компаний, емкость на один риск составляет около 17,9 млрд руб. Страховщики—члены пула работают в строгом соответствии с условиями по тарифам и франшизам — у пула есть разработанное тарифное руководство и система спецакцептов, отмечают в «Энергогаранте». Причем, по данным страховой компании, за последние полгода частота пересмотра пулом условий резко увеличилась, в том числе отмечается рост как тарифов, так и уровня франшиз. В РАТСП содержательно не ответили на запрос “Ъ”.

В связи со сложившейся ситуацией правительство обсуждает различные меры поддержки участников рынка и страхователей, пока в сегменте международных перевозок грузов морским и речным транспортом.

Для покрытия ущерба, вызванного актами агрессии, включая военные риски, ряд министерств (Минтранс и Минэнерго), а также ЦБ выступают за расширение действующего механизма страхования военных рисков с господдержкой, применяемого на воссоединенных территориях РФ. Вместе с тем в Минфине указывают в том числе на ограниченность бюджетных средств, поэтому предлагают создавать общества взаимного страхования (ОВС) из заинтересованных судовладельцев и грузовладельцев. Кроме того, в министерстве рассматривают и создание фонда компенсационных выплат, формируемого за счет страхователей и страховых компаний, для возмещения ущерба в случае утраты и гибели судна или груза или наступления ответственности страхователя. Эксперты сходятся во мнении, что создание ОВС выглядит более выигрышным, однако реализация механизма господдержки выигрывает в оперативности.

Будущее сегмента

По словам экспертов, новый подход РНПК, который заработает с 1 октября 2026 года, говорит о том, что в ближайшие годы ключевым фактором станет скорее доступность, а не стоимость страховой емкости. Как считает Вардан Хачатрян, для страхователей это означает рост франшиз, более жесткий андеррайтинг и усиление требований к управлению рисками. Страхование терактов и диверсий будет крайне востребовано на рынке страхования, соответственно, объем премии будет расти за счет кардинальных изменений по данному сегменту, включая нововведения со стороны РНПК, а также ужесточение условий приема риска, значительное удорожание стоимости страхования и перестрахования, считает и Андрей Семенюк.

Вместе с тем судебная практика последних лет показывает, что даже при отсутствии идеальной конструкции страхового покрытия сохраняется возможность получить страховое возмещение, хотя судебное разбирательство остается долгим и дорогостоящим процессом с неопределенным результатом, указывает господин Хачатрян. Поэтому, по его словам, основной задачей страхователя становится не столько поиск самого дешевого решения, сколько формирование такой страховой защиты, «которая позволит получить возмещение в досудебном порядке и минимизировать зависимость от квалификации события государственными органами».