Опера на троих

Трио Muse из Девона (Англия) выпустило альбом «The Wow! Signal», сосредоточившись в этот раз на поиске внеземных цивилизаций. На протяжении 45 минут Игорь Гаврилов пытался не рассмеяться и одновременно всерьез сопереживал фронтмену Мэтту Беллами и его личным проблемам.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Во второй половине 2000-х, оттолкнувшись от новаторских достижений альбома Radiohead «OK Computer» (1997) и самых помпезных аранжировок Queen, добавив в эту смесь благоговение перед Рахманиновым, Шопеном и Сен-Сансом, группа Muse пришла к форме, внутри которой можно было бесконечно тасовать скоростные гитарные пассажи, оперный масштаб и «серебряную тоску» Radiohead.

Все это пришлось по душе российской публике, с которой Muse познакомились в 2001 году, приехав еще в ранге молодой группы для выступления на презентации первого русскоязычного номера журнала NME. Впоследствии концертные площадки для Muse становились все больше, и в последний раз они появились здесь в 2019-м — концерт в поддержку альбома «Simulation Theory» прошел на 80-тысячной БСА «Лужники». Мегаломания, виртуозные гитары и серьезное выражение лица — то, что исторически уважают российские меломаны, вскормленные Deep Purple и Pink Floyd.

Стиль Muse окончательно сформировался, когда в альбоме «Black Holes and Revelations» (2006) они использовали мотивы синтипопа и танцевальной музыки.

Впоследствии каждый следующий альбом Muse представлял собой все более натужное надувание щек и все более надуманные мотивы антиутопии, апокалипсиса и теорий заговора в текстах.

На обложке альбома «Drones» (2015) изображена рука на джойстике, управляющем другими джойстиками, управляющими строем безликих людей на мониторе. Близкая к пошлости метафора тоталитаризма. Но если в 2010-е все это еще работало, то каждый следующий альбом был признаком спада.

Название альбома «The Wow! Signal» отсылает к инциденту 1977 года, когда земные радиотелескопы зафиксировали загадочный сигнал из созвездия Стрельца. То есть фокус Muse сместился с иррациональных антиутопических теорий в сторону инопланетного разума. Однако отправной точкой для создания альбома был не он.

В 2025 году от Мэтта Беллами ушла жена — модель Элль Эванс. Лидер Muse отменил тур группы. Вместо концертов он сочинял новые песни, которые, несмотря на «инопланетную» тематику, называет самыми личными за много лет. И много занимался детьми.

Трансформирующих персональных переживаний было так много, что новые песни появлялись легко, они, по словам Беллами, просто лились из него. Но ничего, что изменило бы представления публики о Muse, не вылилось.

Хор с текстом на латыни появляется уже на третьей минуте альбома. Это песня «The Dark Forest», напоминающая саундтрек к неснятому голливудскому пеплуму про древний Египет, но при этом цитирующая «Love To Hate You» Erasure. В одной песне — все, что Muse будут мусолить на протяжении последующих 40 минут. Опера, барокко, гитарные арпеджио, прог-роковые барабаны, экзистенциальное нытье и обязательная щепотка массовой поп-музыки.

Несмотря на максимально возможный спектр музыкальных интеграций, следующая же песня, «Nightshift Superstar», вызывает ощущение номера для «Евровидения», предназначенного, например, для шведской певицы Лорин, снабжающей свои неизменно выигрышные танцевальные композиции китчевыми «оперными» аранжировками. Аналогия, может быть, не самая очевидная, но ощущение конкурса «Чья помпа помпезнее?» не оставляет на протяжении всего альбома Muse.

Возможно, это именно тот случай, когда «акустическая» версия альбома или собрание демоверсий, сыгранных исходным пауэр-трио, без хора и прочих украшательств, были бы уместны и интересны как бонус. Но и среди нынешних альбомных версий есть проблески песенного совершенства. Мурашки по спине бегут на песне «The Sickness In You & I» даже у самого прожженного Muse-хейтера. А песня «Hush» с голосом Элли Голдинг явно написана для нового поколения меломанов, которых, возможно, не задевают скоростные гитары и оперный драматизм, но точно трогает та пара печальных аккордов, которые Мэтт Беллами пронес через всю жизнь.