Арсену Маркаряну утвердили приговор
Первый апелляционный суд утвердил приговор блогеру и автору курсов по саморазвитию Арсену Маркаряну. В марте он получил 4,5 года по уголовному делу об оправдании нацизма.
Арсен Маркарян
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
Арсен Маркарян
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
По версии следствия, в период с 1 января 2022 года по 19 марта 2025 года Маркарян занимался оправданием нацизма, в том числе оскорбляя память защитников Отечества. В частности, записал видео продолжительностью 2 минуты 48 секунд под названием «Армен Маркарян про самопожертвование», которое разместил на YouTube-канале «Новомаркарония». Согласно заключению экспертов, в этом ролике содержится «пренебрежительная негативная оценка личности Александра Матросова», которая выражается, в том числе, в употреблении обесцененной лексики в его адрес.
По второму эпизоду, согласно материалам дела, Маркарян публично одобрил преступления, установленные приговором Нюрнбергского трибунала, а именно — выразил поддержку деятельности Адольфа Гитлера. Блогер опубликовал видео на эту тему в своем Telegram-канале «База». Экспертиза установила, что высказывания Маркаряна относительно Гитлера «констатируют полное отсутствие вопросов к его деятельности» и тем самым оправдывают все без исключения его деяния.
Прокуратура в апелляционном представлении просила исключить из приговора смягчающие обстоятельства, среди которых грамоты и благодарности, в том числе от организаций ветеранов СВО, а также наличие у него на попечении малолетних дочерей. Прокуратура к тому же просила добавить в приговор отягчающее обстоятельство - совершение преступления в период проведения мобилизации.
Защита настаивала, что суд первой инстанции не учел, данные о личности блогера, признание им вины, благотворительную деятельность и ненасильственный характер преступления. Адвокат также заявил, что его подзащитный раскаивается и готов нести ответственность, Он просил назначить Маркаряну наказание не связанное с лишением свободы.
Сам Маркарян заявил, что 10 месяцев проведенные в СИЗО стали для него «самым главным жизненным уроком», а также, что не хотел бы пропадать из жизни своих дочерей.