«Уже в течение первых недель выявились острые, а порой неразрешимые противоречия»

Во всем мире продолжают обсуждать итоги конференции по рассмотрению действия Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), прошедшей в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке. Главный вопрос: почему 191 государству—участнику договора вновь, уже в третий раз, не удалось согласовать совместный итоговый документ. 4 июня на эту тему в рамках семинара в МГИМО, организованного ПИР-Центром, выступит посол по особым поручениям МИД РФ, глава российской делегации на конференции по ДНЯО Андрей Белоусов. Накануне мероприятия он ответил на вопросы спецкорреспондента “Ъ” Елены Черненко о том, что на сей раз пошло не так в Нью-Йорке.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

— Почему не удалось принять заключительный документ на 11-й конференции по рассмотрению действия ДНЯО?

— Для такого закономерного итога есть ряд причин. Во-первых, это стало отражением объективной реальности — продолжающейся деградации в области региональной и глобальной безопасности. Конференция в очередной раз проходила в крайне сложных военно-политических обстоятельствах, отмеченных повышением роли силового фактора в международных отношениях, ростом глобальной турбулентности и кризисных явлений.

Уже в течение первых недель работы форума выявились острые, а порой неразрешимые противоречия между государствами—участниками договора. Наиболее знаковое из них, перечеркнувшее возможность выхода в рамках конференции на практичные результаты,— ситуация вокруг Ирана. Неспровоцированные, неоправданные и противоправные действия Израиля и США так и не смогли получить должную справедливую и согласованную оценку.

Во-вторых, достичь согласия не удалось в силу ряда субъективных факторов — ставки некоторых делегаций на противоправное использование ДНЯО для сведения политических счетов и попытки оправдать применение силы против «неугодных» стран. Кроме того, несмотря на многочисленные призывы председателя (конференции, постпреда Вьетнама при ООН До Хунг Вьета.— “Ъ”) сфокусироваться на задачах, непосредственно связанных с предметом ДНЯО, государства коллективного Запада не смогли проявить достаточную гибкость и отойти от своих общеполитических заявлений, посвященных в основном критике России, Китая, Ирана и КНДР. При этом парадоксальным образом продолжали оправдывать свое участие в схемах, предусматривающих отработку использования ядерного оружия, тем, что такие действия якобы способствуют укреплению режима ядерного нераспространения.

В-третьих, препятствием на пути к диалогу, не послужившим однако непосредственной причиной непринятия итогового документа, стало нежелание государств—участников договора признать объективную зависимость положения дел на разоруженческом треке от обстановки в области безопасности, а также проявить достаточную политическую волю к совместной работе по устранению первопричин кризисов и фундаментальных межгосударственных противоречий на основе взаимного уважения и учета принципиальных озабоченностей сторон. Прежде всего это касается сторонников скорейшего и безусловного ядерного разоружения.

В заключение, на фоне крайне сложных переплетений причин и обстоятельств нельзя не отметить упорную работу председателя конференции, постоянного представителя Вьетнама при ООН, посла До Хунг Вьета, который смог добиться ряда непростых компромиссов и приблизиться к приемлемым развязкам. Как известно, ввиду жестких установок США и их союзников До Хунг Вьет решил не представлять свой проект на утверждение конференции. Таким образом, на мой взгляд, удалось избежать потенциального всплеска ненужной политической конфронтации на столь важном международном форуме, что имело бы крайне негативные последствия для последующего обзорного цикла.

— А насколько болезненны для режима ДНЯО итоги прошедшей конференции с учетом третьего подряд исхода форума без принятия совместного заявления?

— Сначала позвольте подчеркнуть нашу принципиальную позицию: за годы своего существования договор доказал, что он жизнеспособен, а главное, нужен мировому сообществу. Документ уникален и ценен благодаря заложенному в него балансу трех равнозначных и взаимодополняемых фундаментальных составляющих: нераспространения ядерного оружия, разоружения и мирного использования атомной энергии.

Что касается заключительных документов обзорных конференций, то они представляют собой значимые, но необязательные элементы обзорного процесса ДНЯО. Убеждены, что отсутствие документа ни в коей мере не ставит под сомнение востребованность самого договора, который был и остается краеугольным камнем международной безопасности и режима нераспространения ядерного оружия. Он продолжает полноформатно функционировать, играя важную стабилизирующую роль.

Более того, на прошедшей конференции обзор договора состоялся, подавляющее большинство государств подтвердили, что сохранение и упрочение режима ДНЯО отвечают их фундаментальным интересам, была продемонстрирована приверженность выполнению всех положений договора.

Вместе с тем готов согласиться, что неспособность сообщества ДНЯО в течение более 15 лет прийти к консенсусу не может не вызывать беспокойство. Такая ситуация свидетельствует о том, что в рамках обзорного процесса накопились серьезные негативные тенденции, которые потребуют дополнительной работы с целью их преодоления. Среди них можно отметить стремление использовать ДНЯО в сугубо политических целях, нарастающую радикализацию позиций, выдвижение чрезмерно амбициозных требований в сфере ядерного разоружения, а также навязывание заведомо непроходных инициатив, нарушающих баланс трех составляющих договора.

В данном контексте считаем правильным продвигать подход, в соответствии с которым все современные вызовы режиму нераспространения могут и должны быть устранены в первую очередь на основе договора, при опоре на незыблемость его положений, в строгом соответствии с нормами международного права и с учетом законных интересов безопасности и развития всех государств.

Завершившийся обзорный цикл вместе с его итоговым мероприятием является важным этапом создания условий для дальнейших усилий государств-участников по повышению эффективности реализации ключевых положений ДНЯО и выработки консенсусных мер и рекомендаций по укреплению его режима.

— Верно ли считать, что с точки зрения России лучше никакого документа по итогам «обзорки», чем плохой?

— Хотелось бы предложить уйти от оценочных суждений в категории хороший/плохой и порассуждать о приемлемости/неприемлемости. Напомню, что любой заключительный документ конференции, будь то 1995, 2000 или 2010 года — это всегда пакетное решение на основе выверенных компромиссов. Подчеркну, что все формулировки в таких докладах отражают совокупность взаимоприемлемых развязок для всех государств-участников и должны рассматриваться в комплексе.

Как известно, в первые недели работы конференции делегации в своих выступлениях акцентируют, какие формулировки они хотели бы видеть в итоговом документе. Эту работу часто сравнивают с тем, как вешают игрушки на новогоднюю елку. Мы всегда активно участвуем в этом процессе, внося свои предложения, добиваясь их учета. Как и другие государства-участники, проводим многочисленные контакты для разъяснения нашей позиции.

То есть, возвращаясь к вашему вопросу, мы принимали все меры, чтобы работа над заключительным документом проходила в конструктивном ключе, прикладываем максимум усилий, чтобы получить приемлемый для нас текст и избежать, как вы выразились, «плохого» проекта.

У каждой делегации, и наша не исключение, есть свои пределы гибкости.

До Хунг Вьет в этот раз обозначил свой подход к согласованию текста, пусть и с долей юмора, по принципу «неприемлемости для всех». На наш взгляд, его методология по оставлению за скобками неразрешимых противоречий в нынешних условиях во многих случаях доказала свою обоснованность. При этом проделанная значительная переговорная работа по достижению сложнейших компромиссов приблизила нас к выходу на одобрение проекта итогового документа.

Таким образом, текст председателя мог стать для нас допустимой «неприемлемостью». Также немаловажным было то, что подход председателя соответствовал нашей последовательной позиции о контрпродуктивности попыток достижения консенсуса ради консенсуса и согласования во что бы то ни стало объемного документа. В перспективе такой путь может вести лишь к ослаблению работы по достижению целей и выполнению задач договора.