Алюминий в осаде
Дефицит алюминия на мировом рынке металла достигнет в 2026 году 2,1 млн тонн
В первом квартале текущего года стоимость фьючерсов на алюминий на Лондонской бирже металлов (LME) впервые с 2022 года превысила $3,4 тыс. за тонну, а на пике роста в апреле 2026 года достигла $3,67 тыс. за тонну. На этом фоне аналитики JP Morgan прогнозируют дальнейший рост до $4 тыс. за тонну в ближайшие месяцы.
Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ
Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ
Причиной столь резкой динамики стали военные действия США и Израиля в Иране, начавшиеся 28 февраля 2026 года. По данным аналитической компании CRU Group, в странах Персидского залива сосредоточено около 9% мировых мощностей по производству алюминия, причем на долю региона приходился 21% импорта необработанного алюминия в США в 2025 году — это критически важная доля для американского рынка, и удары по заводам напрямую бьют по цепочке поставок США.
Дефицит сырья
Ответные иранские беспилотники и ракеты поразили заводы крупнейших региональных производителей — Aluminium Bahrain BSC (Alba) и Emirates Global Aluminium PJSC (EGA). Совокупные мощности этих предприятий составляют около 4% мирового производства алюминия и глинозема (сырья для выплавки алюминия). До этого о снижении объемов выпуска уже объявили катарская Qatalum и та же Alba, суммарно сократившие производство на 500–600 тыс. тонн. Как отмечает старший аналитик инвесткомпании «Риком-Траст» Валерия Попова, заводы в Бахрейне и Катаре остановили 19% и 40% своих мощностей соответственно — из-за нехватки сырья и повреждений от ударов.
Усугубляется ситуация на рынке алюминия и логистическими проблемами. Так, Alba объявила форс-мажор по контрактам, поскольку не может осуществлять отгрузку продукции из-за ситуации в Ормузском проливе. Корпус стражей исламской революции пригрозил, что Иран будет атаковать все суда, которые попытаются пройти через пролив. По словам управляющего директора рейтингового агентства НКР Дмитрия Орехова, удары по инфраструктуре Персидского залива и ограничения в Ормузском проливе уже подняли региональные премии, страховые тарифы и цены на алюминий до максимумов последних лет. «Алюминий выглядит более уязвимым для ценовых шоков из-за региональной значимости первичного производства здесь»,— цитирует CRU Group главу алюминиевого подразделения Пола Уильямса.
На этом фоне JP Morgan пересмотрел прогноз по рынку алюминия. Банк ожидает дефицита первичного алюминия в 2026 году на уровне 1,9 млн тонн, вызванного сокращением ближневосточного предложения на 2,4 млн тонн.
В JP Morgan подчеркивают, что это может стать крупнейшим дефицитом с 2000 года с учетом размеров рынка.
Средняя цена алюминия во втором полугодии 2026 года, по прогнозам банка, составит около $3,5–3,8 тыс. за тонну. Старший аналитик по металлургическому и горнодобывающему секторам в «Эйлер» Никанор Халин дает «Ъ-Review» близкую оценку: глобальный дефицит алюминия в 2026 году составит около 2,1 млн тонн. Господин Халин консервативно ожидает, что средние котировки алюминия на LME в 2026 году составят около $3,5–3,8 тыс. за тонну. Однако чем дольше продолжается конфликт, тем выше повышательные риски.
«Потенциал повышения цен ограничен: если Ормузский пролив откроют для прохода судов, обеспокоенность поставками снизится»,— говорит аналитик Commerzbank Тху Лан Нгуен. Эксперт также указывает на серьезную вероятность того, что китайские алюминиевые заводы использовали повышение мировых цен для наращивания производства. По оценкам Goldman Sachs, во втором квартале дефицит мирового рынка алюминия составит 1,2 млн тонн — на этот период придется основная часть общегодового дефицита в 570 тыс. тонн. Ожидается, что во втором полугодии дисбаланс между спросом и предложением немного сгладится, а по мере ввода в строй новых мощностей в Индонезии рынок алюминия начнет стабилизироваться — страна активно наращивает переработку бокситов в глинозем и алюминий, постепенно снижая зависимость от ближневосточных поставок.
Окно возможностей
Можно ли в этих условиях компенсировать возникающий дефицит металла? Сделать это быстро сегодня не под силу никому. Китай (более 60% мирового производства) уже близок к своему экологическому лимиту в 45 млн тонн в год, поэтому он не может бесконечно наращивать выпуск без нарушения норм. В США и Европе значительные резервные мощности отсутствуют. По оценкам отраслевых аналитиков, суммарные потери ближневосточного производства могут достигать около 3 млн тонн годового выпуска. Теоретически «Русал» мог бы закрыть эту нишу, но его сдерживают санкции.
Алюминиевые заводы либо работают на полную мощность, либо законсервированы — потенциала для ощутимого расширения у «Русала» с текущих уровней не видно, указывает Никанор Халин. Валерия Попова напоминает: в 2025 году компания произвела 3,9 млн тонн, модернизирует заводы в Сибири, но полностью заместить потери Ближнего Востока вряд ли возможно. Аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов добавляет: в 2025 году «Русал» снижал выпуск почти на 2% в рамках оптимизации мощностей, поэтому он может выиграть от высоких цен, но быстро заместить выпавшие объемы без роста затрат будет сложно. При этом российский экспорт алюминия приобретает новое конкурентное преимущество — физическую доступность и надежность на фоне развала ближневосточных цепочек, хотя санкционный дисконт сохраняется.
На этом фоне в апреле 2026 года Россия резко нарастила экспорт алюминия в ряд стран. Южная Корея увеличила закупки российского необработанного алюминия до рекордных $136,5, что на 21,5% больше марта. Россия вышла на первое место среди поставщиков в Корею, обойдя Австралию и Индию. Ещё один рекорд был установлен в Китае: Россия поставила алюминия на $742,6, также обновив максимум. Китай остаётся крупнейшим покупателем российского алюминия, далеко опережая Малайзию и Индонезию.
При этом в Бразилии импорт российского алюминия вырос в годовом выражении в 25 раз — до $3,5 млн. Однако по сравнению с мартом поставки сократились почти вдвое. Всего за четыре месяца 2026 года Бразилия закупила у России алюминия на $22,6 млн, что в 3,8 раза больше, чем годом ранее. По итогам апреля Россия заняла пятое место среди поставщиков алюминия в Бразилию.
Разрушение логистики
В первую очередь Иран важен не как производитель алюминия, а как транзитная территория между Азией, Каспием, Россией и Ближним Востоком, говорит Владимир Чернов. Поэтому, когда растут военные риски, грузы идут более длинными и дорогими маршрутами. Если из-за конфликта станет невозможным использование альтернативных маршрутов через Иран в обход Суэцкого канала, логистика для поставок российского алюминия подорожает за счет удлинения маршрутов, военных страховых надбавок и задержек на перевалке. По данным International Aluminium Institute, мировой выпуск первичного алюминия в марте 2026 года составил 6,302 млн тонн, что на 1% выше уровня прошлого года. Рынок не выглядит физически пустым, но запас прочности стал ниже — любой сбой в логистике быстро отражается в премии к цене.
По оценке Дмитрия Орехова, если обходные маршруты через Иран окажутся закрыты, российскому алюминию придется идти более длинными и дорогими путями, что увеличит транспортные и страховые расходы на десятки процентов. Владимир Чернов уточняет: прибавка к издержкам может составить десятки долларов на тонну в зависимости от маршрута, порта и страховщика.
Изменение страновых риск-премий (надбавок к биржевой цене за риск поставки из конкретного региона) на LME создает парадоксальную ситуацию. Как отмечает Валерия Попова, из-за дефицита и военных рисков региональные премии на физический металл резко выросли: в Японии премия за поставку во втором квартале 2026 года подскочила на 79% (квартал к кварталу), до $350–353 за тонну; в Европе премия достигла в начале апреля $350–353 за тонну; в Европе премия достигла в начале апреля $587 за тонну.
На этом фоне ближневосточный металл торгуется с надбавкой за военный риск и логистику, а российский — с санкционным дисконтом.
По мнению Дмитрия Орехова, спред между алюминием «Русала» и ближневосточным может сокращаться или даже разворачиваться, но в абсолютном выражении оба ценника смещаются вверх. Владимир Чернов добавляет, что дисконт «Русала» к LME может частично сохраняться, но если военный риск окажется сильнее санкционного для конкретного покупателя, часть спроса может перейти на российский металл, особенно в Азии. Никанор Халин обращает внимание, что еще до конфликта средние цены реализации «Русала» были выше котировок LME. Тем не менее, как резюмирует Валерия Попова, дисконт на российский алюминий может сократиться, но вряд ли исчезнет полностью из-за сохраняющихся санкционных рисков.