«Подписал напечатанный текст заявления»

В Ростовской области продолжается судебный процесс по делу генерального директора АО «Колхоз им. Мясникяна» Матеоса Хатламаджияна, которого обвиняют в мошенничестве. Уже допрошены 35 из 89 потерпевших. В Азовском городском суде акционеры АО заявили, что только перед началом процесса узнали о размере причиненного им ущерба. Ранее потерпевшие говорили суду, что им справки, подтверждающие размер ущерба, предоставили оперуполномоченные. Речь идет о суммах 1-3 млн руб. на человека.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Уголовное дело в отношении генерального директора АО «Колхоз им. Мясникяна» Матеоса Хатламаджияна и неустановленных лиц было возбуждено в 2023 году. Позже их обвинили в мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ) и, в частности, в том, что они завладении акциями АО на общую сумму свыше 800 млн руб. Потерпевшими по делу признаны 89 акционеров из 300.

Как пояснила адвокат подсудимого Людмила Лопаткина, сумму причиненного ущерба последние из допрошенных потерпевших узнали перед началом заседания суда от представителей потерпевших Шаульского и Лопухиной. По ее словам, потерпевшие давали показания и писали заявления со слов оперативных сотрудников. Допрашивали всех одинаково — в форме вопросов и ответов. Последний вопрос был в форме утверждения: «Незаконными действиями Хатламаджияна и других неустановленных лиц вам и колхозу причинен имущественный ущерб. Готовы ли вы написать заявления?».

«Все заявления написаны на имя заместителя начальника следственного отдела Лысенко и на них отсутствует штамп регистрации в Книге учета совершения преступлений. Это грубейшее нарушение уголовно-процессуального законодательства и Инструкции о едином учете преступлений. Фактически по заявлениям не проводилось никаких доследственных проверок в нарушение норм УПК РФ, а преступления укрыты от учета», — пояснила адвокат

Защита обвиняемого утверждает, что прокуратурой Ростовской области, которая контролировала ход дела один год и девять месяцев, эти нарушения не замечены. По мнению госпожи Лопаткиной, заседания проводятся с явным обвинительным уклоном.

«Несмотря на внесенные письменные возражения и возражения с занесением в протокол, судья постоянно отводит наши вопросы, касающиеся предмета и предела доказывания, тогда как любые вопросы представителей защиты, в том числе наводящие, не только не отводятся, но и уточняются судьей», — отметила защитник подсудимого.

Так, на последних трех заседаниях суда гособвинитель спрашивал потерпевших о том, оказывалось ли на них давление со стороны правоохранительных органов. Они единогласно отвечали, что нет. Кроме этого, допрашиваемые подтверждали, что не могли самостоятельного подсчитать сумму ущерба, не знают, как он рассчитан, но доверились информации оперуполномоченных и специалистов.

«По поводу ущерба они говорят со слов представителей потерпевших. Допросы и составления заявлений проходили в августе и ноябре 2024 года. Окончательные суммы ущерба по каждому из потерпевших были рассчитаны позднее — 2 апреля 2025 года, однако расчета в материалах дела нет», — пояснила адвокат подсудимого.

По ее словам, многие из допрошенных потерпевших отвечали, что собственноручно писали заявления о причинении им ущерба, но с образца, предоставленного оперуполномоченными. При этом третью часть бланка занимал печатный текст, в который они вносили свои данные и ставили подписи.

На вопросы адвокатов о том, как потерпевшие понимают сущность заявления о преступлении, какое право или нормативный акт нарушен подсудимым и когда, в чем же состоит причиненный ущерб, они не дают однозначного ответа. Некоторые из потерпевших полагают, что ущерб — в обесценивании их акций или в том, что у директора колхоза оказалось больше акций, чем у остальных, и в том, что потерпевшим не выплачивались дивиденды.

«Нас собрали в школе, там было много сотрудников из Ростова, нас заставили, сказали — надо писать, все писали, и я написал», — пояснил суду один из потерпевших.

На вопрос судьи: «Оказывалось ли на вас давление?», заявитель ответил: «Нет». Другой пострадавший признался: «Я прочитал и подписал, а что это значит, не понял».

В то же время потерпевшие из числа привилегированных акционеров — ранее ассоциированных членов СПК, сообщали суду, что жизнью колхоза не интересовались, на собрания не ходили, договоры и устав не читали, а заявления писали потому, что сотрудники полиции показывали им некие документы об ущербе и объеме акций руководителя в размере 75%.

В своих показаниях привилегированные акционеры пояснили, что заявления писали в школе. После этого к ним домой приезжали сотрудники полиции с документами на подпись о признании их потерпевшими. На вопрос защитника, подписывали ли они заявления об отказе от ознакомления с материалами уголовного дела с заключениями экспертиз, большая часть потерпевших пояснить ничего не могла. При предъявлении этих заявлений для обозрения, потерпевшие подтверждали свои подписи.

На заседания суда потерпевшие начали приходить с пакетом документов: копиями дарственных на земельные и имущественные паи, договоров с ассоциированными членами, копиями заявлений о преступлении и выписок из уголовного дела. Разобраться в груде печатных листов пострадавшим помогают адвокаты.

На судебном заседании 18 ноября один из потерпевших долго искал среди своих документов справку, подтверждающую размер пая. Это удалось акционеру только при помощи его юриста. Он же напомнил акционеру, когда и при каких обстоятельствах тот вступил в наследство на имущество.

Также среди пострадавших есть и бывший собственник пая, который продал его пять лет назад — в 2020-м. И, независимо от статуса и принадлежности к АО, рассчитывает на решение суда в его пользу и выплату компенсации ущерба.

На одном из последних заседаний суда состоялся допрос акционеров — действующих членов СПК, работающих в колхозе по сей день. Все они единогласно подтвердили и факт проведения собраний в Колхозе в 2019-2020 годах, и факт участия, и факт регистрации участников, и факт голосования, и факт обсуждения вопросов, и присутствия на нем 50-60 человек.

Рассмотрение этого дела в Азовском городском суде продолжается.