Коротко

Новости

Подробно

Показной инстинкт

Журнал "Коммерсантъ Деньги" от , стр. 99

125 лет назад, в сентябре 1882 года, в Москве завершилась беспрецедентная по масштабам Всероссийская художественно-промышленная выставка. Она должна была продемонстрировать стране и миру все лучшее, на что способны русская культура, промышленность и сельское хозяйство. Но в результате удалось показать жизнь России куда шире, чем хотелось бы. Установка стендов шла и после открытия экспозиции, вокруг павильонов, несмотря на сухую погоду, все утопало в грязи, а москвичи и гости столицы, пока плата за вход не была снижена, не проявляли интереса к достижениям науки и техники. Из всех искусств наиболее востребованным оказался объединенный цыганский хор, составленный из творческих коллективов, выступавших в столичных трактирах и ресторанах. Наивысшее же достижение продемонстрировали воры, похитившие с витрин ювелирных фирм драгоценностей на рекордную для того времени сумму 7 тыс. рублей.


"Средство развеяния предубеждений"

Стремление других посмотреть и себя показать теплится или пылает в каждом человеке. Есть ли реальный повод для хвастовства или хочется просто пройтись, надув для важности щеки, как правило, имеет второстепенное значение. В особенности когда речь идет об отечественных предпринимателях. Они испокон веку пытались казаться больше и богаче, чем были на самом деле. А для удовлетворения этой страстишки ничего лучше выставок человечество за всю свою историю не придумало. В России ситуация усугублялась тем, что на протяжении веков монархи и их окружение с той же страстностью пытались пустить пыль в глаза иностранцев, доказывая, что Русь не менее развита, цивилизована и богата, чем ее ближайшие и отдаленные соседи.

Однако договариваться торговым и чиновным людям удавалось далеко не просто, поскольку каждая сторона стремилась переложить на другую все расходы. Так что значительные выставки случались в стране гораздо реже, чем хотелось бы всем, и приурочивались к важным событиям или датам.

Поводом для организации выставки, задуманной в конце 1870-х годов, стало 25-летие царствования императора Александра II, которое в стране собирались широко праздновать в 1881 году. Крупнейшую в отечественной истории выставку достижений имперского хозяйства решили проводить в Москве, а руководить ее организацией доверили Министерству финансов. С чего, собственно, и начались все трудности. Ведомство, чьей основной задачей во все времена было сокращение непроизводительных расходов, со скрипом отпускало средства на проектирование выставочных сооружений и понуждало предпринимателей согласиться строить павильоны исключительно за собственный счет. Но и это было только начало.

Свободных, принадлежащих городу участков земли, за которые не пришлось бы вносить арендные платежи частным землевладельцам, в Москве не нашлось. И потому место для выставки пришлось искать за городом, благо в те годы первопрестольная едва только вышла за пределы Садового кольца. Естественно, территория под выставку должна была находиться недалеко от путей сообщения, так что приискивать место принялись вдоль отходивших от города дорог.

Самым подходящим из всех возможных вариантов комиссия по организации выставки признала Петровский парк — до него по Петербургскому шоссе от Москвы было рукой подать. А проходящая рядом железная дорога могла доставить на выставку тех, кто не имел собственного выезда и денег на извозчика. Правда, при этом никто не подумал о том, как выставка будет снабжаться, к примеру, водой, которая в выбранном месте залегала слишком глубоко, а бурильной техники в то время еще не существовало. Так что пришлось вести трубопровод, снабженный насосами, от отдаленных источников. Но, в конце концов, проект был готов, его утвердили и с прежними пробуксовками начали финансирование работ.

Беда пришла, откуда не ждали. 1 марта 1881 года народовольцы успешно покусились на священную особу государя императора, и вместо торжественного празднования четвертьвековой годовщины вступления царя-освободителя на престол страна торжественно проводила его в последний путь. А в целесообразности проведения выставки, тем более во время траура, возникли большие сомнения. Однако нашелся аргумент и в пользу ее проведения. Деньги, выделенные из казны на строительство, подрядчики вряд ли вернули бы, так что дешевле было провести выставку, чем ее отменять. Предприниматели, включенные в состав экспонентов, также настаивали на проведении мероприятия. Ведь выставку собирался посетить новый император, а высочайшее внимание к продукции предприятия, если его описание попадало в печать, было рекламой, окупавшей любые затраты на строительство павильонов и украшение стендов.

Газеты принялись подготавливать публику к невиданному доселе по масштабам событию в русской жизни, объясняя обывателям, почему они обязательно должны посетить выставку:

"По мере того, как облегчается обмен идей и сближение между народами, ход цивилизации становится быстрее и господство мира упрочивается; идеи честолюбия, племенной и религиозной ненависти, международного соперничества и самолюбивого тщеславия уступают место идеям о солидарности наций и взаимной любви. Могущественными факторами в этом совершенствовании человечества являются, кроме печати, еще улучшенные пути сообщения; удешевление почтовой пересылки, учреждение телеграфов и телефонов, международные и местные конгрессы и комиссии, и выставки.

Сравните древнюю цивилизацию с нынешней, и вы убедитесь, сколько преимуществ имеют современники пред своими прадедами. Ныне изобретения не залеживаются и если встречают неблагоприятный прием в одной стране, то радушно принимаются в другой и немедленно получают применение: ныне идеи и факты делаются быстро общим достоянием и нет надобности быть капиталистом, чтобы путешествовать и знакомиться с произведениями искусства и промышленности других стран.

В этом отношении выставки играют важную роль. Представляя лучшие образцы из области художественной и промышленной, они способствуют развитию не только технической стороны производств, но и вкуса. Здесь фабриканты и рабочие могут познакомиться с новыми изобретениями и способами работы и сравнить их с теми, которые ими употребляются; здесь обнаруживаются особенности каждой нации и черты, свойственные ее гению, и таким образом в одном месте сосредоточиваются произведения большего или меньшего числа государств или даже разных местностей одной страны, что представляет большие удобства обозревателю.

Кроме того, почти не было ни одной выставки, где не устроились бы конгрессы специалистов для обсуждения промышленных, экономических и социальных вопросов!.. Обсуждения эти имеют тем большую цену, что могут быть в некоторых своих частях проверены на месте, не говоря уже о том, что в заседаниях теоретики ученые встречаются с практиками и владельцами промышленных заведений и рабочими, что содействует всестороннему изучению вопросов и постановлению более основательных заключений. Таким образом, выставки имеют весьма обширное влияние. Они преподают, так сказать, наглядно, следовательно самым удобным способом для понимания массы и для развеяния предубеждений. Справедливость этого очевидна до такой степени, что в некоторых государствах ассигнуются особые суммы для отправления рабочих на международные и наиболее значительные местные выставки, и не с тем только, чтобы содействовать поднятию их умственного уровня, но и для развития народного богатства".

"Солонка из одной глыбы ископаемой соли"

Не менее завлекательно выглядели и описания выставки перед ее открытием:

"Выставочное здание,— говорилось в проспекте выставки,— состоит из восьми громадных корпусов, которые расположены по радиусам и начинаются не у самого центра, так что обрадуется большая площадь, среди которой для оркестра музыки построена красивая беседка.

С птичьего полета главное здание выставки состоит из двух кругов, заключающихся один в другом и соединенных в восьми местах поперечными постройками. Посредством небольших соединительных галерей слева и справа к главному зданию примыкает по одному корпусу.

Царский павильон помещается на лицевой стороне, перед правой соединительной галереей, а перед левой — павильон почтамта и телеграфа.

Казенные постройки для громоздких вещей, а также два ресторана Лопашова помещаются сзади центрального выставочного здания. В левом корпусе расположены две группы, где помещаются отделы: механики, технологии, морского и военного дела, машинный отдел, вагоны, паровозы и судостроение. В правом корпусе расположены тоже две группы (I-я и II-я), со следующими подразделениями на отделы; физика, химия, учебные пособия, оптические приборы, музыкальные инструменты, типография, литография, фотография и математические приборы.

Художественный отдел подразделен следующим образом: масляные картины, скульптура, акварель, гравюра и архитектура. В центральном здании расположены восемь групп: изделия из дерева, напитки, мануфактура, изделия из золота, серебра и бронзы, изделия из железа, чугуна и стали, минералы, финляндский отдел и отдел царства Польского.

Частных построек сзади центрального здания тридцать три, кроме которых возводится еще несколько на небольших двориках, образуемых пересечением центральных галерей большими корпусами. Из частных построек особенно обращает на себя внимание павильон И. А. Абрикосова, как по красивой планировке, так и по художественной отделке".

Газеты неустанно завлекали будущих посетителей чудесами, которые готовились продемонстрировать на выставке:

"Хотя все предметы, предназначенные для выставки по морскому отделу, и доставлены, но большая часть из них еще не распакована. Из судов выставлен лишь только паровой катер.

Между предметами, обращающими на себя внимание лиц, имеющих доступ на выставку до ее открытия, можем отметить больших размеров вазу (IV группа, горная и соляная промышленность), формы рюмки, всю составленную из клинков холодного оружия. Верхушка ее составлена из кирасирских палашей, далее идут горизонтальные клинки сабель, затем тесаки, сабли и проч. Как образец ковкости железа, выставлены три оригинальные вещи: кувшин для воды, мужская шляпа-цилиндр и мужская шляпа Анго, с бантом на боку, штампованные из цельного листа железа, без всяких спаек. Выставлена также гигантская (2 аршина вышины) солонка в русском стиле, высеченная из одной глыбы ископаемой соли.

В художественном отделе обращают на себя внимание вещи Императорского стеклянного, фарфорового и шлифовального заводов; между ними особенно замечательны лампы и громадные яшмовые вазы. Замечательна также и белая колонна из стеарина (вблизи художественного отдела), в форме обелиска, выставленная Невским стеариновым заводом".

Этим список чудес не исчерпывался. В промышленном отделе выставлялся огромный пресс Коломенского завода, а военный и морской отдел изобиловали большим количеством новейших пушек, которые очень интересовали подданных крайне милитаризированной империи. Но были представлены и мирные невидали гигантских размеров, которые желающие могли осмотреть:

"В состав выставки,— писали газеты,— войдет, между прочим, Вальцевская мельница Высочайше утвержденного товарищества близ товарной станции рязанской железной дороги. Считаем не лишним сказать несколько слов об этой мельнице. Это громадное 8-ми-этажное здание,— на постройку которого пошло более трех миллионов кирпичей,— сооружено и отделано под непосредственным заведованием архитектора академика г. Фрейденберга. Завод товарищества пущен в ход и машины установлены мельнично-строительным заводом Л. Немелька в Вене; труба мельницы, в 16 саженей, поставлена отдельно; в особой же постройке стоит и 120-ти-сильная паровая машина. В противопожарном отношении завод не оставляет желать ничего лучшего: кроме внутренних каменных лестниц, со всех четырех наружных сторон здания устроены широкие американские лестницы с площадками. Это первая и единственная мельница, вырабатывающая ежедневно до 3000 пуд. муки. Работая круглые сутки со сменными рабочими, мельница едва успевает удовлетворять требования. Отличающаяся своею добротностью, мука вошла во всеобщее употребление, так что товарищество открыло свои лабазы в некоторых местах Москвы. Продукты производства товарищества будут выставлены на выставке в III группе (сельскохозяйственный отд.)".

Воображение будущих посетителей должно было поразить и количество заводов, фабрик и иных участников выставки:

"Всех экспонентов на выставке,— говорилось в проспекте,— более 4000. Заявлений из одних великорусских губерний, о желании участвовать на выставке, подано фабрикантами и промышленниками 4100; Малороссией — около 700; из Новороссийского края — около 250; с окраин Сибири, Туркестана, Кавказа, царства Польского и Финляндии до 1000".

Нужно отметить, что оргкомитет выставки прибегал к громкой рекламе вынужденно. Расходы на проведение выставки выросли настолько, что без посетителей и солидной платы за входные билеты не то что свести концы с концами, но и перевести убытки казны из категории катастрофических в разряд огромных было невозможно. Об этих расходах в одном из отчетов говорилось:

"Выставка занимает площадь от 65-ти до 70-ти тысяч квадратных саженей, и устройство ее стоит уже теперь около двух миллионов рублей. Относительно верное распределение расхода можно сделать только по некоторым отделам; так на внутреннее устройство ассигновано 262 760 руб.; на меблировку 104 000 p. (кроме того на материал для меблировки и рабочих 8,250 р.); на содержание личного состава правления 38,200 р.; на прислугу — 53,000 (на экипировку прислуги, кроме того 4000 р.); на издание каталогов и брошюр — 26 500 р.; на непредвиденные расходы 26 000 р.; на устройство двигательной силы 26 000 р.; на постоянный оркестр 12 000 р.; на предохранение от пожара 8,000 р.".

Какая часть из этих средств была разворована, отчеты умалчивали. Известно лишь, что немалая часть павильонов даже в день открытия не была оборудована, а некоторые и вовсе поспешно достраивались в последние дни и ночи.

"Необъяснимое равнодушие публики"

Открытие выставки состоялось 20 мая 1882 года по старому стилю. Как водится, выставку открывал генерал-губернатор и один из членов императорской семьи.

"Ночью и утром шедший дождь прибил пыль на шоссе и освежил воздух,— живописали газеты всей империи, перепечатывая описания событий друг у друга.— С 10-ти часов утра множество экипажей тянулось по направлению к Триумфальной арке. На тротуарах Тверской улицы толпились массы народа, в ожидании проезда Великого Князя Владимира Александровича. Здания выставки с раннего утра расцветились флагами: у главного подъезда гигантские мачты с Императорским гербом; на прочих шпилях — национальные флаги. Фонтаны все пущены.

Его Императорское Высочество Государь Великий Князь Владимир Александрович изволил прибыть к зданию выставки около часа пополудни, в коляске, запряженной русскою тройкой. Его Высочество ехал в сопровождении князя Георгия Максимилиановича, московского генерал-губернатора князя В. А. Долгорукова и свиты; Великого Князя уже ожидали на выставке: министр финансов, Н. X. Бунге, и все почетные лица города Москвы, комиссар выставки и распорядители отделов; Великий Князь был приветствован восторженным "ура" несметной толпы, окружавшей здание выставки.

Московский митрополит, высокопреосвященный Макарий, отслужил молебствие в центральной зале художественного отдела, пред иконой Иверской Божьей Матери, находившейся в центре временного иконостаса".

Высокие гости осматривали экспозицию более трех часов, предварительно как следует подкрепившись на торжественном обеде. На следующий день приехал еще один великий князь — Алексей Александрович, что также привело к немалому ажиотажу среди посетителей. Но на этом огромный поток посетителей, по сути, иссяк.

Публику отпугивало многое. При движении множества экипажей по немощеному Петербургскому шоссе поднимались такие облака пыли, что ехать в открытых колясках было невозможно, а в закрытых — жарко. Московский фельетонист писал:

"Пылит прежде всего и пылит систематично, без зазрения совести, шоссе, и ничего вы с ним не сделаете, никаким путем не заставите хотя сколько-нибудь пощадить, если уж не добродушных граждан Белокаменной, то, по крайней мере, гостей, которые понемногу начинают прибывать. Вы, может быть, предполагаете совершенное отсутствие поливки? Нет, до такого абсурда мы еще не дошли. Часов с десяти утра, а иногда и позднее, по шоссе начинают двигаться бочки с признаками в них воды; слегка вспрыскивают они дорогу, подымая при этом пыль вряд ли не большую, чем подымает ее экипаж. "Почему,— задаете вы себе вопрос,— поливку начинают не с 7-ми часов утра, а именно в то время, когда движение по шоссе началось?"".

Зато на выставке наблюдалась прямо противоположная картина — ее территорию с раннего утра поливали. Причем делали это столь усердно, что вскоре, несмотря на теплую погоду, вся она превратилась в сплошное болото, и газеты предупреждали дам, что не стоит надевать модные высокие замшевые ботинки, поскольку есть шанс испортить их безвозвратно.

Но, главное, все продаваемое на выставке оказывалось чрезвычайно дорогим. Причем методы, которыми обирали москвичей и гостей первопрестольной, смотрятся совершенно свежо. Рестораны, принадлежавшие одному и тому же владельцу — Лопашову, ввели невиданные доселе комплексные обеды из восьми блюд. Как свидетельствовали современники, обед был отменным, и посетитель чувствовал себя отлично до той поры, пока ему не приносили счет. Такой обед стоил пять рублей на человека, что в то время для большинства подданных империи было огромными деньгами. И даже купцы, приехавшие на выставку, трапезничали привезенными с собой припасами. Жаловались посетители на странно скромный выбор напитков, чему газетчики вскоре нашли объяснение: "Любители пива больше всех выражают неудовольствие, так как в ресторане существует монополия Трехгорного завода. Затем, уже ни за какие деньги продуктов других фирм получить нельзя. Говорят, что Трехгорный завод за свою монополию уплатил 15 000 рублей. Такая же монополия существует и относительно продажи фруктовых вод, имеющихся у г. Лопашова исключительно от фирмы Ланина, за что последним, как слышно, уплачено 500 руб.".

"Грустно, читатель,— констатировала пресса,— выставка, которой, действительно, мы можем гордиться, открыта и, надо отдать справедливость, открыта против всякого ожидания без особых, в глаза бросающихся, пробелов, а желающих обозреть ее, хотя бы из простой любознательности, мало и даже очень мало.

Цифра посещающих выставку не превышает пока трех тысяч в день, исключая воскресенье 23-го мая (6678 чел.), где порядочную часть, однако, следует отнести на посетителей второго симфонического концерта. В чем же кроется ничем на первый раз не объяснимое равнодушие публики к такому делу, на которое не пожалели ни денег, ни трудов, где каждому, даже и не специалисту, интересно взглянуть и познакомиться с развитием отечественной промышленности, тем более что в периодической печати так мало попадается заметок о различных отраслях ее, а специальных книг и журналов, понятно, кроме лиц, прямо заинтересованных в деле, никто и не читает?

Где же, повторим мы, причина этому грустному факту? Ведь три тысячи человек на 700 000 населения, кроме приезжающих, которых, положим, видно пока мало,— это капля в море, насмешка над теми усилиями, благодаря которым мы можем фактично, а не голословно, явиться конкурентами Западу и заморским землям, доказать, что если не кричим о нашем неустанном шествии вперед, то из этого не следует еще, что мы стоим на точке замерзания и не совершенствуемся".

Причина была простой. Установленная администрацией входная плата — один рубль — была непосильной для большинства подданных империи. Посетители в свою очередь попытались хитрить и купленный сезонный именной билет передавали из рук в руки десятки раз. Служители ловили их, отводили в полицию, но тем самым лишь уменьшали поток посетителей. В итоге администрация выставки была вынуждена сдаться. С первого июня плата за посещение во все дни, кроме понедельника, который стал днем для самых состоятельных господ, была снижена до 15 копеек.

"28 191! — констатировалось в очередном газетном фельетоне о выставке.— Цифра внушительная... Этой цифрой москвичи заявили о своей любознательности и своем внимании к отечественному производству... Заявление это поступило в первый день, как только плата была уменьшена до 15 коп. с физиономии. Боже мой, каких только физиономий не пришлось нам увидать в этот день на выставке... Попадались странные физиономии — испуганные, удивленные, беспокойные и, наконец, вовсе ничего не выражающие".

Но все эти физиономии имели почти совпадающее вкусы. Из проходивших почти ежедневно концертов самыми посещаемыми были выступления объединенного цыганского хора, собранного из всех московских трактиров и ресторанов. На их фоне выступления оркестра под управлением Рубинштейна и хоров с русским репертуаром пользовались куда меньшим успехом.

"Химической промышленности у нас нет"

А у приехавших на выставку специалистов ее осмотр вызывал главным образом разочарование. Профессор химии Киевского университета П. П. Алексеев, осмотрев экспозицию, в своих заметках о ней констатировал: "Химической промышленности у нас, можно сказать, почти совершенно нет". Он по косточкам разобрал каждый из видов производств и писал о том, насколько смешно выглядит на выставке стенд, где сообщается о намерениях открыть химический завод, но нет ни малейших признаков того, что это намерение действительно будет осуществлено. Не ушло от внимания ученого и то, что практически все представленные фирмы в проспектах и брошюрах серьезно завышали производственные показатели и преувеличивали свои обороты и прибыли. К примеру, самые крупные русские парфюмерные компании, производившие товаров на 750-780 тыс. рублей в год каждая, указали в каталогах миллионные суммы.

Отдельных критических замечаний профессора удостоились нефтехимические производства, которые он разносил за низкое качество масел и других продуктов переработки нефти, хотя и отмечал, что добыча самой нефти в России стабильно растет. Язвительно отзывался Алексеев и о системе награждения экспонентов. К примеру, парфюмерные фирмы получали благодарности за использование отечественных душистых экстрактов, хотя на самом деле использовали исключительно привозное сырье.

Профессор отмечал, что кроме химии, он может квалифицированно оценить раздел учебных пособий. Но, как оказалось, там отставание от требований времени было еще более катастрофическим, чем в химических производствах. То же или примерно то же констатировали и другие собравшиеся в Москве специалисты. Каждый подчеркивал, что все плохо только в его отрасли, в остальных же картина отрадна. А в целом получалось, что, кроме гигантских солонок, циклопических самоваров, пушек и государственного герба из колющего и режущего оружия, похвастаться, собственно, нечем. Официальные издания выставки сообщали, что установлен отрадный факт — бухарские ремесленники подделывают продукцию некоторых русских фабрик. Но в общем-то только самые стойкие патриоты могли этим гордиться.

Самым же крупным достижением выставки стало то, что с витрин ювелиров было унесено ворами изделий на 7 тыс. рублей. Судя по печати, ни время кражи, ни преступников установить так и не удалось. Доходы от выставки также не порадовали Министерство финансов. Для поддержания потока посетителей входную плату пришлось уменьшить до 10 копеек "с физиономии", так что расходы на организацию выставки возместить не удалось.

Единственными, кто остался доволен, были производители предметов обихода. Им удалось поднести новой императорской чете образцы своей продукции, за что во время визита Александра III и императрицы Марии Федоровны они получили высочайшую благодарность.

Однако самым главным итогом выставки стало то, что миру в очередной раз продемонстрировали, что в России умеют мастерски надувать щеки, даже тогда, когда никаких оснований для этого нет.

ТЕКСТ ЕВГЕНИЙ ЖИРНОВ

ФОТО РГАКФД/РОСИНФОРМ

подписи

План выставки, как водится, был гладок только на бумаге

Выставка в дни открытия "выглядела на миллион", хотя стоила в два раза больше

Предтечей Церетели стал гончарных дел мастер Гусарев

Всероссийский спрос на малиновый звон рождал колокольное предложение

Каждая отрасль с разной степенью достоверности имитировала свое развитие

Больших высот в русском обществе можно было достичь, начав со свечного бизнеса

Поскольку цены на обеды на выставке кусались, посетители закусывали домашними припасами

Семейство Сименс проложило на выставке узкоколейную дорогу на русский рынок

Мебельные фирмы имели возможности для удовлетворения самых замысловатых потребностей

Обширные оружейные отделы успешно подрывали веру в исконное миролюбие России

Комментарии
Профиль пользователя