Ни кнут, ни пряник

Указ о введении тарифов на поставки в США из десятков стран, подписанный накануне Дональдом Трампом, сейчас не воспринимается аналитиками как документ, определяющий реальные перспективы мировой торговли. Уже достигнутые договоренности с отдельными партнерами не свидетельствуют о снятии взаимных претензий, а высокие пошлины, напротив,— о том, что заключение сделки с Вашингтоном невозможно. Общая адаптация к неопределенности при этом позволяет предполагать, что первая реакция бизнеса (как в США, так и за их пределами) на новые угрозы будет сдержанной. Долгосрочные же последствия экономической политики господина Трампа труднопрогнозируемы. Делать выводы о том, станут ли ограничения катализатором дальнейшей фрагментации мировой экономики, можно будет только после того, как хоть какой-то из анонсируемых Штатами тарифных режимов установит правила игры на среднесрочную перспективу.

Президент США Дональд Трамп в ночь на 1 августа подписал указ о введении тарифов на поставки из десятков стран. Пошлины вступят в силу 7 августа, их ставка будет составлять от 10% до 41%, следует из документа. Тарифы названы господином Трампом «уточненными»: напомним, вводить ограничения Штаты планировали еще в апреле (см. “Ъ” от 4 апреля), но отложили их ради заключения сделок с ключевыми партнерами.

Список пошлин, содержащийся в новом указе, впрочем, не воспринимается аналитиками как окончательный. Сделки, отмечают аналитики ING, Trading Economics и KPMG, продолжат заключаться и после 7 августа. Официальный документ при этом нужен американской стороне как доказательство серьезности намерений и инструмент давления на переговорщиков других стран. Напомним, именно угрозы США уже стали катализатором заключения «несбалансированных» сделок с некоторыми торговыми партнерами.

На такое соглашение в связи с риском 30-процентных тарифов пошел, например, Европейский союз. В обмен на 15-процентные пошлины ЕС откроет для США свои рынки, нарастит закупки американских энергоносителей и инвестиции в страну (см. “Ъ” от 29 июля). Уступки обеспечили сделку с Вашингтоном и Южной Корее: Сеул (новая ставка пошлины — также 15%) согласился вложить в американскую экономику дополнительные $350 млрд и гарантировать спрос на ее СПГ. Сделка Японии со Штатами заключена на несколько более выгодных для Токио условиях: 15-процентные тарифы будут взаимными, а не односторонними. Однако и это соглашение предполагает заметное — на $550 млрд — наращивание инвестиций в США.

Достигнутые договоренности, поясним, не гарантируют странам комфортные условия торговли со Штатами. С учетом того, как быстро меняются решения господина Трампа, сделки могут быть легко аннулированы или пересмотрены, тем более что сама возможность выполнения части их условий вызывает у экспертов серьезные сомнения. Не вполне ясно, например, как страны смогут стимулировать частные вложения в экономику США, а также за счет чего сами Штаты рассчитывают кратно увеличить экспорт энергоносителей (нынешние объемы добычи реализовать план без серьезного повышения цен на нефть, которое ко всему прочему еще и стимулирует запуск новых скважин, не позволяют).

Отдельный сюжет развивается вокруг торгового «перемирия» Вашингтона с Пекином. Китайские пошлины на поставки из США сейчас составляют 10%, встречные — 30%, переговоры стран об условиях их сохранения на таком уровне продолжаются. КНР остается одним из немногих государств, которые могут рассчитывать на относительно выгодную сделку со Штатами: зависимость последних от китайских поставок серьезна и месяц «тарифной гонки» (см. “Ъ” от 13 мая), когда торговля стран сократилась до рекордных минимумов, это лишь подтвердила. Кроме того, Китай благодаря опыту торговой войны в первый президентский срок Дональда Трампа быстрее реагирует на угрозы и активнее других диверсифицирует поставки.

В отличие от апрельских заявлений, за которыми последовали эмоциональные ответы представителей многих стран, новая порция угроз лишь подкрепила уверенность бизнеса в том, что в состоянии неопределенности участники мировой торговли будут находиться еще долго. Данные о состоянии деловой активности в развитых странах свидетельствуют о том, что в первой половине года бизнес наращивал закупки ради пополнения запасов — в том числе поэтому в краткосрочной перспективе серьезных последствий для большинства компаний не ожидается. Чувствительнее всего ограничения, вероятно, окажутся для тех, кто попадает под действие секторальных пошлин: убытки, следует из данных мониторинга Reuters, уже терпят поставщики автомобилей, стали, алюминия и меди — ставки для них новым указом не меняются.

Одним из наиболее вероятных «общих» последствий торговой войны пока выглядит дальнейшая фрагментация мировой экономики — такие опасения содержатся в последних докладах МВФ и Всемирного банка. В целом же дискуссии о долгосрочных эффектах тарифов себя на какое-то время, вероятно, исчерпали: их оценки в последние месяцы меняются так же часто, как и сами правила игры.