'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M14.3017%2018.2207H15.3723L14.8352%2016.9716L14.3017%2018.2207ZM14.0381%2018.8502L13.7205%2019.5769H12.9973L14.5351%2016.0881H15.1601L16.6917%2019.5769H15.9493L15.6357%2018.8502H14.0381ZM25.6746%2019.5744H26.3736V16.0879H25.6746V19.5744ZM22.8929%2018.0766H24.1812V17.4409H22.8929V16.7264H24.7631V16.0905H22.1942V19.5767H24.8304V18.9408H22.8929V18.0766ZM20.1158%2018.4886L19.3234%2016.0879H18.7452L17.9528%2018.4886L17.1817%2016.0898H16.4277L17.6446%2019.5789H18.2308L19.0245%2017.2871L19.8181%2019.5789H20.4094L21.6232%2016.0898H20.8887L20.1158%2018.4886ZM11.9304%2018.0863C11.9304%2018.6538%2011.6486%2018.9571%2011.1368%2018.9571C10.6222%2018.9571%2010.3388%2018.645%2010.3388%2018.0621V16.0902H9.63046V18.0863C9.63046%2019.0681%2010.1761%2019.6312%2011.1271%2019.6312C12.0875%2019.6312%2012.6381%2019.0574%2012.6381%2018.0571V16.0881H11.9304V18.0863ZM7.94048%2016.0881H8.64841V19.5791H7.94048V18.1613H6.34117V19.5791H5.63281V16.0881H6.34117V17.4962H7.94048V16.0881Z'%20fill='white'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M16.0069%2011.6456C13.556%2011.6456%2011.5625%209.65187%2011.5625%207.20117H12.1903C12.1903%209.30551%2013.9026%2011.0176%2016.0069%2011.0176C18.1113%2011.0176%2019.8236%209.30551%2019.8236%207.20117H20.4514C20.4514%209.65187%2018.4576%2011.6456%2016.0069%2011.6456Z'%20fill='white'/%3e%3cdefs%3e%3clinearGradient%20id='paint0_linear_17199_5762'%20x1='1336'%20y1='2.75586'%20x2='1336'%20y2='2669.42'%20gradientUnits='userSpaceOnUse'%3e%3cstop%20stop-color='%23FB6361'/%3e%3cstop%20offset='1'%20stop-color='%23ED3E45'/%3e%3c/linearGradient%3e%3c/defs%3e%3c/svg%3e)
Ненагражденцы
 |
ФОТО: ПАВЕЛ СМЕРТИН  Из всех выдвиженцев российского ПЕН-центра наилучшие шансы были у поэта-новатора Геннадия Айги |
Дождаться очереди
Распределение Нобелевских премий подозрительно напоминает наш российский квартирный вопрос. Сотни соискателей здесь превращены в заурядных очередников. Ждут годами. Обижаться бесполезно. Например, Альбер Камю был впервые выдвинут в 1949-м, а лауреатом стал в 1957-м. В конце 1940-х на премию были выдвинуты Борис Пастернак и Михаил Шолохов. Очередь автора "Доктора Живаго" пришла в 1958-м, а "Тихий Дон" оценили только в 1965-м. Однако не однажды успела смениться и нобелевская конъюнктура. За вековую историю нобелевское жюри прошло путь от консерватизма (тогда как раз обошли Льва Толстого и Ибсена) — к утонченной политкорректности. Избегая упреков в европоцентричности и награждая писателей из стран третьего мира, академики активно зарабатывали упреки в том, что их лауреаты малоизвестны.
Надо сказать, что и дожидаются не все: французский поэт Поль Валери, например, был номинирован 12 раз и так и не дожил до Нобелевки. Теперь в премиальной хронике говорится, что его как раз собирались наградить. Может не хватить терпения и у номинаторов. Председатель российского ПЕН-центра Александр Ткаченко сообщил корреспонденту "Власти", что в этом году ПЕН-центр сошел с нобелевской дистанции.
Поэтический фронт
 |
ФОТО: ВАСИЛИЙ ШАПОШНИКОВ Андрею Вознесенскому (на фото внизу) могла помешать советская Госпремия, Белле Ахмадулиной (слева) — традиционализм, а Фазилю Искандеру (справа) — московская прописка |
Зато тут все карты в руки поэту авангардного толка Геннадию Айги. Поэзия Айги космополитична: его музыкальный стих прекрасно звучит и по-французски, и по-шведски, и даже по-японски. Имя Айги не вызовет недоумения у поклонников поэзии по всему миру: это поэт с хорошей европейской репутацией. Такой же, как, скажем, у другого кандидата, шведа Томаса Транстремера.
По рекомендации
 |
ФОТО: ЮРИЙ МАРТЬЯНОВ |
По пятому пункту
 |
ФОТО: ДМИТРИЙ ЛЕКАЙ Хотя за Андрея Битова поручался армянский ПЕН-центр как за автора "Уроков Армении", его вклад в литературу могли счесть слишком пушкинским |
Жюри международных премий последнее время вплотную занялись изучением географии. И Россия по-прежнему остается привлекательным пространством для премиальной охоты. Французы, например, выдвинули на премию Медичи хантыйского писателя Еремея Айпина. Не будет сюрпризом, если поиски пойдут и южнее. Нобелевской конъюнктуре вполне соответствовал бы, например, чеченский сочинитель. Правда, в соответствии с той же конъюнктурой обитать ему лучше где-нибудь в Париже.
Жить можно и в Париже, и в Москве, но вот литературную верность своей родине желательно хранить. Ведь как подходит для Нобеля другой выдвиженец того же ПЕН-центра — классик современной литературы Фазиль Искандер. Мир, созданный в его произведениях, сравним с фолкнеровской Йокнапатофой. Однако писатель оставил свой Чегем — а мог бы вывести его на мировой уровень.
За политику
По национальной линии выдвигался и другой классик нашей словесности, Андрей Битов: за автора "Уроков Армении" поручался армянский ПЕН-центр. Но писатель слишком прочно поселился в Пушкинском доме. А пушкинское ручательство ценится все же поменьше, чем словечко, замолвленное Достоевским. Тот наверняка поручился бы за двух совершенно разных авторов — метафизического реалиста Юрия Мамлеева и исследователя нынешнего духовного "подполья" Владимира Маканина.
Однако ни Битову, ни Мамлееву, ни Маканину по евростандартам, пожалуй, не хватает открытой публицистичности. Тут досадное несоответствие: у кого хорошо с публицистичностью — большие проблемы с художественностью, и наоборот. А ведь именно злободневность очень ценится нобелевскими академиками. Правда, в последние годы у них все получается по русской поговорке "и хочется, и колется". Из-за "политических" кандидатов начинаются непримиримые споры. Так, причиной раздора в 1989 году стал Салман Рушди. Автор "Сатанинских стихов" Нобелевку так и не получил, зато был награжден постом председателя американского ПЕН-клуба. Теперь перессорились из-за "левачки" Эльфриды Елинек. Скорее всего, в ближайшее время академики перестанут обращать внимание на писателей-бунтарей. Так что сочинители вроде Мишеля Уэльбека или Владимира Сорокина смогут спокойно продолжать свои эстетические эксперименты, не рискуя стать канонизированными мэтрами.
Нобелевский английский
Гарольд Пинтер — многожанровый автор. Его обширная библиография включает и романы, и сценарии — как для кино (в том числе "Женщина французского лейтенанта" по роману Фаулза), так и для телевидения. Не раз он пробовал себя и в качестве актера — снимался в культовом фильме "Слуга" и не отказал себе в удовольствии поучаствовать в экранизации "Мэнсфилд-парка" по Джейн Остин. Начинал же Гарольд Пинтер как поэт, стихи публиковал с 1950 года — правда, подписывался тогда "Гарольд Пинта". Кажется, заявив об отказе от драматургии, Пинтер решил сосредоточиться именно на поэзии. Причем его вдохновляет политика. В 2003 году он выпустил стихотворный сборник "Война", куда вошли стихи, написанные незадолго до вторжения США в Ирак. Пинтер уже завоевал звание одного из самых последовательных критиков американской внешней политики. |
Журнал "Коммерсантъ Власть" №41
от 17.10.2005, стр. 58