В школу влетали огненные шары

Бесланские дети рассказали, как их обстреливали из огнеметов

дело Кулаева

В Верховном суде Северной Осетии вчера состоялось очередное судебное заседание по делу бесланского террориста Нурпаши Кулаева. Один из несовершеннолетних свидетелей, вызванных на допрос, рассказал, что видел, как в спортзал, где находились заложники, снаружи влетали "огненные шары". Таким образом он подтвердил версию потерпевших о том, что силовики обстреливали школу из огнеметов, когда там были живые люди.

На заседание суда были вызваны повестками 30 потерпевших, однако явились всего 15, 12 из которых были несовершеннолетними. Первой выступила 15-летняя Надежда Бедоева. Она пришла в суд на костылях и показания давала сидя. Когда девушка начала говорить о том, что происходило на третий день захвата в столовой, куда боевики сгоняли заложников и где, по словам Нурпаши Кулаева, находился и он, свидетель заявила, что подсудимого там не видела:

— В столовой никого не было, кроме одного из боевиков — Ибрагима. Не было Кулаева там точно!

— Террористы в первый день собирались просто отпустить маленьких детей или обменять их на кого-нибудь? — поинтересовался у свидетеля адвокат потерпевших Таймураз Чеджемов.

— Да никого они отпускать не собирались,— почти выкрикнула девочка.— Если бы хотели отпустить, отпустили бы!

13-летнего Виталия Макиева гособвинитель Мария Семисынова спросила, видел ли он в школе подсудимого Кулаева.

— Этого дядю, который в клетке? Нет, не видел,— твердо заявил Виталий.
Зато, как выяснилось, мальчик видел в школе другое, например начало штурма.

— Мне показалось, как будто выстрелили с улицы,— рассказывал Виталий Макиев.— Потому что влетел какой-то огонь в спортзал. После этого прибежал террорист и сказал, чтобы мы шли в тренажерный зал. И мы побежали по трупам. Там я своего одноклассника заметил — он на полу лежал... Без головы. Потом сказали, чтобы мы шли в столовую. А там я видел, как в окно влетел красный шар. Он ударился о потолок и взорвался. Потом со стороны частных домов прилетел еще один такой же шар. Он ударился об решетку, и она сломалась. Один мальчик хотел выпрыгнуть в это окно, но сзади его из пулемета расстреляли боевики.

14-летняя Алана Тигиева спросила у одного из террористов Владимира Ходова, когда их отпустят.

— Он сказал, что пока Путин их приказ не исполнит, из школы никто не выйдет,— вспоминала девочка.— Я спросила, что за приказ, а он засмеялся и сказал, что они хотят, чтобы войска вывели из Чечни.

Рассказывая о третьем дне захвата, Алана сказала, что "они (боевики.— Ъ) начали еще какие-то провода подсоединять", а "потом раздался взрыв".

13-летняя Белла Губиева рассказала, что слышала диалог своего одноклассника и одного из боевиков:

— Мальчик подошел и попросил одного из них дать ему воду,— тихо говорила девочка.— А боевик улыбнулся и спросил, сколько ему лет, а когда тот ответил ему, что 13, боевик сказал, что "я в твоем возрасте уже с автоматом бегал и людей убивал". После этого я спросила у него, когда нас отпустят. Он ответил, что, подождите, сейчас придет наш главарь, и тогда мы все решим. Пришел Аушев (бывший президент Ингушетии Руслан Аушев.— Ъ).

Потерпевшая Светлана Кантемирова, у которой в школе погибла четырехлетняя дочь, спросила у Нурпаши Кулаева, в чем перед чеченцами и ингушами провинились дети и за что их убили.

— Кто вас родил? — кричала женщина.— Что за гуманоиды такие? Ничего святого у вас нет! Ни у вас, ни у ингушей!

На удивление, она получила ответ подсудимого.

— Не надо всех обвинять,— тихо сказал Нурпаша Кулаев.— Только 30 человек в школе было... Чеченцы не все такие. У нас уже десять лет война идет, и мы тоже от нее страдаем. Все говорят: "Чеченцы такие, чеченцы сякие". Чеченцы ни в чем не виноваты. А кто во всем этом виноват — в правительстве сидит.

— Ты говоришь, виновато правительство? — обратилась к подсудимому Рита Тибилова, тоже потерявшая в первой школе дочь.— Воюйте с правительством! Разве кто-то против? А я вам всем желаю, всей вашей нации и ингушам, чтобы вы сгнили вместе с вашим Аллахом!

— Аллаху акбар,— сказал тогда Нурпаша Кулаев, и зал просто взорвался.

— Что? Аллаху акбар?! — женщины были готовы броситься на клетку с подсудимым.— Чтобы вы сгнили все!

Когда страсти немного улеглись, судья Тамерлан Агузаров вызвал бывшего милиционера Сослана Зангиева, который принимал участие в штурме школы.

— У меня с собой был карабин со снайперским прицелом,— вспоминал он.— Перед тем как войти в школу, я два раза стрелял в снайпера, которого прикрывали два автоматчика. Он стрелял в спецназовцев, пытавшихся прорваться в школу. Со второго выстрела я попал ему в голову. После этого мы зашли вслед за спецназом. При мне убили двоих из них, еще нескольких ранили. В школе стреляли только они, мы же с местными занимались тем, что вытаскивали раненых из спортзала.

Сослан Зангиев рассказал, что заметил в самый разгар штурма среди трупов в спортзале "руку маленькой девочки".

— Я попытался прорваться к ней, но тут раздался третий взрыв, один из спецназовцев крикнул: "Все, финиш!" Днем стало темно, как ночью,— сказал господин Зангиев.— Не успел. Семерых вынес, а ее — не успел.

Следующее заседание пройдет 27 сентября. Ъ продолжит следить за процессом.

ЗАУР Ъ-ФАРНИЕВ, Владикавказ

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...