Пусть все идет по плану

Илья Гуня живет в Омске с родителями и старшей сестрой. У мальчика анапластическая крупноклеточная лимфома — злокачественное заболевание лимфатической системы, коварное и агрессивное. Единственное, что может спасти Илью,— трансплантация костного мозга. Родители и сестра как доноры мальчику не подошли, не нашлось подходящих доноров и в российских регистрах, зато они есть за рубежом. Но подбор, активацию неродственного донора, а также доставку трансплантата из-за границы государство не оплачивает, а у родителей Ильи таких денег — почти 2,5 млн руб.— нет.

Письма с просьбой о помощи в Русфонд обычно пишут мамы. Папы иногда тоже пишут, но редко.

«Мы из Сибири, на нашу семью свалилось тяжелое испытание»,— написал папа Ильи Артем на листке в линеечку твердым четким почерком. А дальше — о том, какой Илья отличный парень. Мамы часто хвалят сыновей. Папы тоже хвалят, но реже. Артем написал, как сумел: твердо, четко и очень честно.

— Тут такое дело: когда наши девочки — жена и старшая дочка Арина — узнали о диагнозе, они совсем расклеились. А слезами делу не поможешь — надо бороться, для этого силы нужны,— поясняет Артем.— Я тогда сказал: «Давайте без паники, мужчины не плачут — слушаем врачей и выполняем предписания по плану, беру все на себя».

Лимфома — такая коварная болезнь, которая может долго прятаться, а потом неожиданно атаковать. Илья рос здоровым, активным, был сильным, выносливым, занимался в секции бокса. А прошлым летом у него внезапно возникли уплотнения на шее. Врач в поликлинике предположил воспаление лимфоузлов, назначил антибиотики, но они не помогали. Мальчика лихорадило все сильнее, температура поднималась до 40 градусов, и сбить ее никак не удавалось. Илью забрали в областную больницу, поместили в реанимацию: состояние мальчика стремительно ухудшалось, непонятная пока болезнь затронула сердце, печень и селезенку. Омские врачи с трудом, но все-таки смогли стабилизировать состояние Ильи. Образцы ткани лимфоузлов отправили на исследование в Москву — там выяснилось, что у мальчика анапластическая Т-клеточная лимфома.

Т-лимфоциты — самые главные защитники организма, но у Ильи из-за болезни они перестали правильно развиваться — созревать, а у незрелых Т-клеток не хватает сил, чтобы поддерживать иммунитет.

Получается, защитников у Ильи не осталось. Кроме папы. А папа был твердо уверен: надо ехать лечиться в Москву — там помогут. Илью согласились принять на лечение в Национальном медицинском исследовательском центре онкологии имени Н. Н. Блохина.

— Что Илья думает о своей болезни? А мы о ней стараемся вообще не думать. А думаем и говорим о том, что надо сделать, чтобы выздороветь. Иногда бывает тяжело. Сыну назначили восемь блоков химиотерапии,— рассказывает Артем.— Последние четыре, высокодозные — переносит особенно тяжело. У Ильи много друзей осталось в Омске, они часто общаются по интернету. Вот только говорить по видеосвязи или отправлять свои фото сын не хочет. Стесняется, что выглядит сейчас не очень. После химии выпадают волосы, началась экзема. Но я всегда ему говорю, что для настоящей дружбы это вообще не главное, главное — выздороветь, а друзья дождутся и радостно встретят дома.

Илья по дому и друзьям очень скучает. По словам Артема, одно из самых ценных качеств сына — это умение дружить. Вот только сейчас в больнице дружить Илье особенно не с кем. Детей тут много, но из-за требований стерильности контакты ограничены, и общаться сложно. Выходить гулять на улицу тоже нельзя. В палате у мальчика большое окно, но из него видны только больничные корпуса.

— Но сын не такой человек, чтобы унывать,— весь в меня! — с улыбкой говорит Артем.— Для Ильи окном в мир сейчас стал планшет. В другое время я бы, может, и возражал, а сейчас нет. На уроках в интернете сын научился делать бумажные фигурки — оригами. И у него получается отлично: птицы, животные, маски фантастических героев. Илья так увлекается, что даже забывает, что после капельницы обычно тошнит и голова кружится.

Химиотерапия помогает сдерживать болезнь, но полностью вылечить Илью не сможет. Для этого необходима трансплантация костного мозга. Подходящий донор для мальчика нашелся только в зарубежном регистре. Но его подбор и активация, а также доставка трансплантата из-за границы стоят без малого 2,5 млн руб., а государство эти расходы не покрывает.

Поэтому папа Ильи написал письмо в Русфонд. Вся семья просит нас о помощи. И план спасения уже есть. В наших силах сделать так, чтобы все прошло по плану.