Коротко

Новости

Подробно

Музыкантов спас Шуберт

Изначально этот концерт задумывался как продолжение цикла "Осенние вечера музы

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 10


В Малом зале консерватории состоялся концерт пианиста Михаила Лидского и группы его музыкальных единомышленников. Раритеты и шлягеры послушала ВАРВАРА Ъ-ТУРОВА.
       Изначально этот концерт задумывался как продолжение цикла "Осенние вечера музыки", затеянного Михаилом Лидским в прошлом году. В рамках цикла исполнялось внушительное количество малоизвестной музыки, включая новые опусы современных российских композиторов. В новом сезоне планировалось продолжить серию концертов, но по техническим и организационным причинам эти планы не удалось осуществить.
       Тем не менее на концерте в консерватории господин Лидский продолжил образовательную функцию своего фестиваля, представив публике две редкоисполняемые пьесы: "Септет для трубы, двух скрипок, виолончели, контрабаса и фортепиано" Камиля Сен-Санса и "Три пьесы для пяти инструментов" Пауля Хиндемита. Обратная сторона благородной и интересной задачи — разыскивать и реанимировать редкую музыку — понятна. Как правило, пьеса не входит в репертуар по вполне объективным причинам, и лишь единицам удается доказать, что невнимание к ним незаслуженно. Септет Сен-Санса к таким явно не относится. Слушая эту музыку, можно играть в игру "на каких композиторов это похоже". То и дело в музыке автора знаменитого "Лебедя" угадываются Мендельсон, Брамс, а то и вовсе Гайдн. Единственная приятная музыка звучит в третьей части, хотя, возможно, она просто кажется таковой по сравнению с невразумительными болтаниями пассажей всех остальных частей. Добавила не слишком приятных эмоций мысль, что первую и вторую скрипки (Алексей Лундин и Ирина Павлихина) хорошо бы поменять местами: уж слишком вяло и незаинтересованно звучал инструмент концертмейстера спиваковских "виртуозов".
       Что касается Хиндемита, одного из самых интересных и важных композиторов XX века, то его пьесы оказались как раз из числа вполне репертуарных. Остается только удивляться, почему на московских афишах это название увидеть практически невозможно. Яркая, странная, интересная и остроумная музыка была к тому же неплохо сыграна. Хотя состав, которым исполнялась пьеса, лишь добавлял трудностей исполнителям: скрипка (Алексей Лундин), рояль (Михаил Лидский) и контрабас (Павел Саблин) всегда могут найти общий язык, но вместе с трубой (Андрей Иков) и кларнетом (Евгений Петров) играть чисто куда сложнее.
       Самое интересное началось во втором отделении. Шубертовский "Forellenquintett", несмотря на всю его известность, играть гораздо сложнее любой современной музыки. Может показаться, что разнообразные стили и правила, сложившиеся за столетия, облегчают задачу. На самом деле все ровно наоборот. Очень трудно, с одной стороны, удержаться в рамках определенного подхода к определенной эпохе, стилю и жанру, а с другой — быть искренним, привносить в музыку что-то свое, личное, делающее исполнительство таким же важным искусством, как и композиция.
       Михаил Лидский, Алексей Лундин, альтист Антон Кулапов и Вячеслав Маринюк на виолончели сыграли квинтет так, будто это не известный, изученный сотнями музыковедов и исполнителей шедевр, а просто блестящая импровизация. Алексей Лундин улыбался во время игры и сверкал горящими от удовольствия глазами на коллег по сцене. И хотя интонация часто была небезупречной (особенно когда струнники играли тему), это вовсе не раздражало. Остроумие, тонкость и шик, с которым музыканты разделывали Шуберта, к финалу заставили расплыться в улыбке почти весь зал. А безупречная игра Михаила Лидского сделала это исполнение действительно запоминающимся. Количество тембров, которое он выжал из рояля, казалось почти фантастическим. Вот звук странный и пустой, а вот уже вдруг мощный, объемный; не прошло и секунды — чисто, высоко и воздушно, но только это заметишь, а рояль уже наполняется романтическим теплым ароматом, а потом неожиданно выдохнет, отбросит всю значительность и зазвучит просто, радостно и весело. Яркая и радостная энергетика не просто исходила от музыкантов, а прямо-таки расплескивалась в зал, заражая публику чудным настроением. Настроением, с которым, видимо, плещется в прозрачной воде та самая форель, в честь которой Франц Шуберт назвал свой квинтет.

Комментарии
Профиль пользователя