Аномальное чтиво
Станислав Ф. Ростоцкий о втором «Веноме» — самом непритязательном фильме Marvel
В прокате — «Веном-2», рассказывающий о противостоянии журналиста Эдди Брока, в теле которого поселился инопланетный симбиот, с Карнажем — приговоренным к смертной казни маньяком, ставшим обладателем другого, еще более опасного симбиота. Это самый короткий и неамбициозный фильм вселенной Marvel, который хорошо знает свое место и умело этим знанием пользуется.
Фото: Marvel Entertainment
Фото: Marvel Entertainment
По сравнению с большинством знаковых обитателей вселенной Marvel, от вплотную приблизившихся к пенсионному возрасту Железного человека и Черной Пантеры до Капитана Америки, разменявшего в этом году аж девятый десяток, Веном относительно молод. Впервые желеобразный инопланетный симбиот, наделяющий своего носителя сверхчеловеческими способностями и недоброй волей, появился на страницах «Невероятного Человека-паука» в мае 1988 года. Первым носителем Венома стал репортер прекрасно известного читателям марвеловских комиксов «Ежедневного горниста» Эдди Брок, желающий отомстить сослуживцу Питеру Паркеру за якобы разрушенную карьеру и при этом обладающий опасным знанием, что Паркер на самом деле Человек-паук и есть. С того момента Веном, «изначально выступавший в качестве суперзлодея, но со временем приобретший статус антигероя», несколько раз менял носителей (среди прочих ненадолго сливался, например, с Дэдпулом и Карателем), попутешествовал по альтернативным марвеловским мирам и вообще занял в тамошнем универсуме место не последнее. По версии влиятельного профильного сайта IGN, Веном занимает 22-е место в сотне величайших комиксовых злодеев и 17-е — в списке 50 величайших Мстителей, а журнал Empire поставил его 33-м в полусотне лучших персонажей комиксов вообще.
На большом экране Веном должен был появиться еще в 1997-м, в фильме по сценарию Дэвида Гойера (написавшего трех «Блейдов», трех нолановских «Бэтменов» и много чего еще), но в результате стал киногероем лишь десять лет спустя. В третьей серии «Человека-паука» Сэма Рейми, «Враге в отражении» (2007), прилетевший на Землю вместе с астероидом симбиот поначалу проник в супергеройский костюм Питера Паркера, поменял его цвет на радикально черный, а в личности Питера пробудил самые темные позывы — и только потом завладел, наконец, телом и разумом Эдди Брока. А еще через десять лет симбиот удостоился наконец сольника — «Веном» Рубена Флейшера («Добро пожаловать в Zомбилэнд») с Томом Харди в роли Брока стал первым фильмом в рамках марвеловской вселенной от Sony Pictures (на очереди — Морбиус, Серебряный Соболь, Черная Кошка и все-все-все). Критикам фильм не понравился (пятая позиция в реестре худших фильмов 2018 года по мнению The Hollywood Reporter), но у пресловутой «широкой публики» порицаемые экспертами плоские хохмы, аляповатые спецэффекты и несколько шизофренический сценарий вызвали неподдельный энтузиазм: в мире «Веном» заработал 856 миллионов долларов, а в России вообще стал самым кассовым релизом года, оставив позади даже «Мстителей: Войну бесконечности». В фильме Флейшера о Человеке-пауке не было ни слова — Брок вылетел с работы исключительно по собственной дурости. И вообще, слившись с симбиотом, миновал стадию «суперзлодея» и сразу стал «антигероем».
Фото: Marvel Entertainment
Фото: Marvel Entertainment
Фото: Marvel Entertainment
Таковым, в сущности, Веном и остается. На этот раз летописцем его антиподвигов стал актер Энди Серкис (для исполнителя ролей Горлума, Кинг-Конга и шимпанзе Цезаря второй «Веном» — уже четвертый полный режиссерский метр). А главным противником Венома стал приговоренный к смертной казни серийный маньяк Клетус Кэсиди (Вуди Харрельсон явно не без удовольствия косплеит самого себя почти тридцатилетней давности в «Прирожденных убийцах»), к интервью с которым Брок готовился в «сцене после титров» в первой части. Во второй части интервью таки происходит, но в процессе общения Кэсиди кусает Брока и становится носителем симбиотических клеток. Поэтому, когда душегубу вводят смертельную инъекцию, в организме происходят необратимые реакции и Клетус превращается в Карнажа — похожего на Венома, но едва ли не более могущественного монстра. А уж коль у каждого Микки должна быть своя Мэллори, то на пару с Кэсиди выступает его возлюбленная Фрэнсис, она же Шрек (Наоми Харрис), обладающая деструктивной способностью манипулировать звуковыми волнами.
В остальном же все по-прежнему. Пикировки Эдди с Веномом упорно продолжают напоминать диалоги главного героя трэш-классики Фрэнка Хененлоттера «Повреждение мозга» (1988) с поселившимся у него в организме паразитом. Шутки все так же бесхитростны, но действенны. Куда как хороша, например, сцена, в которой наполовину вылезший из броковской спины Веном готовит завтрак — с той же грацией и тем же примерно успехом, как делал это не очень отлаженный механизм из первых кадров «Назад в будущее». Да и совсем уж проверенная классика работает безукоризненно. Сколько уже раз приходилось лицезреть сцену, где страдающий раздвоением личности герой одновременно общается и с реальным, и с воображаемым собеседником, в самый неподходящий момент путает адресатов и рявкает что-то типа: «Да заткнись уже, наконец!» в адрес милой девушки, молча идущей рядом. А все равно смешно.
Что же до спецэффектов и компьютерной графики, то они осталась на прежнем китчевом уровне, но на сей раз решение это кажется уже вполне сознательным и концептуальным. И вообще стилистика фильма отсылает не столько к классическому канону Marvel, сколько к «Спауну» Тодда Макфарлейна (этот художник, к слову, имел отношение к комиксам про Человека-паука как раз тогда, когда Веном там только-только появился) и японской анимации для взрослых — Веном и Карнаж с их острыми клыками и множеством извивающихся не то рук, не то щупалец кажутся самыми «анимешными» (а то и «хентайными») из всех марвеловских героев.
Понятно, что эпичности «Мстителей» ждать в данном случае не приходится. Но на нее никто ни в коем случае и не претендует. Самый короткий из марвеловских кинорелизов (с учетом финальных титров он идет ровно полтора часа), «Веном» номер два абсолютно четко знает свое место. Если представить, что фильм Серкиса — не фильм, а бумажный комикс, то это никак не коллекционный фолиант-delux в твердом переплете с золотым обрезом. Скорее его можно вообразить в виде очередного тоненького выпуска на скверной бумаге с кое-где расплывающимися красками, изрядно помятого и выглядывающего из заднего кармана потертых джинсов свернутым в трубочку. Но, как показывает жизненный опыт, именно такого рода «макулатура» способна порой увлечь, занять и порадовать куда сильнее, чем иное подарочное издание.