Коротко

Новости

Подробно

6

Фото: youtube.com / TVERNEWS Тверь

«Откровенное глумление над памятью убитых»

“Ъ” разобрался, как Тверская область оказалась в центре скандала в канун Дня Победы

от

Прямо накануне празднования Дня Победы в Тверской области произошел скандал международного уровня, связанный с фальсификацией истории Второй мировой войны. По требованию местной прокуратуры и при одобрении городской думы были демонтированы мемориальные таблички, установленные 30 лет назад в память о репрессированных советских гражданах и расстрелянных польских военнопленных. После этого СМИ, принадлежащие областному правительству, напечатали одинаковые материалы о том, что демонтаж табличек «стал одним из шагов по восстановлению исторической правды». В этих текстах «Катынское дело» названо «фальсификацией Третьего рейха», а вина за расстрел польских военнопленных возлагается на Германию. Ситуацию уже прокомментировал посол Польши.


Вчера утром к одному из корпусов Тверского медицинского университета подошли двое молодых мужчин в синих плащах-дождевиках, лица, как теперь положено, скрывали белые медицинские маски. Они приставили к стене лестницы, поднялись по ним и начали вдвоем отдирать от здания гранитную мемориальную табличку. На ней были изображены обвитые колючей проволокой руки и выбита надпись: «В память о замученных. Здесь в 1930–50-е гг. находилось Управление НКВД-МГБ по Калининской области и его внутренняя тюрьма».

Чтобы дело шло лучше, один из мужчин просунул под табличку отвертку, но последний угол никак не поддавался. Тогда его товарищ взял тяжелый лом: действуя им, как рычагом, он все-таки оторвал табличку. Мужчины переставили лестницы и начали отдирать соседнюю мемориальную доску — сложенные руки, крест и надпись на двух языках: «Памяти поляков из лагеря Осташков убитых НКВД в Калинине ради предостережения мира».

Когда они закончили и унесли обе таблички, на белой стене университета остались свидетельства происшедшего: два бурых прямоугольника содранной штукатурки и дырки от крепежных винтов, похожие на следы от пуль.

Рядом представитель университета давал объяснения перед камерами. «Мы просто исполнили представление прокуратуры,— говорил он, чуть смущаясь.— Данные доски были размещены в 1991 году без соответствующих оснований. Как не соответствующие документальным данным». Внимание журналистов переключилось на более колоритную фигуру. Довольный мужчина в солдатской пилотке с красной звездой охотно согласился высказаться. «Фактически здесь сегодня произошло историческое событие, накануне 75-летия Победы…» — улыбаясь, начал он свою речь.

«Специальное помещение, в котором производились расстрелы»


Обе мемориальные доски установили в Твери в начале 1990-х. Первой была табличка «В память о замученных». «В конце 1988 года в Твери появилась инициативная группа общества "Мемориал", и мы начали собирать сведения о политических репрессиях,— рассказал вчера “Ъ” член "Мемориала" кандидат филологических наук Сергей Глушков.— К нам приходили и родственники погибших, и люди, которые сами были репрессированы. Они заполняли анкеты, мы записывали их рассказы». Среди них были люди, которые в 1937–1939 годах оказались в тюрьме НКВД на Советской улице (уже после войны это здание было передано Тверскому государственному медицинскому университету).

Главный корпус Тверского государственного медицинского университета

Фото: Официальный сайт ТГМУ

«Они рассказывали, как их там содержали, что там с ними происходило. Некоторые даже вспоминали, что слышали выстрелы по ночам»,— сказал Сергей Глушков. По его словам, в 1988 году на первом в Твери митинге памяти жертв политических репрессий выступила как раз бывшая узница этой тюрьмы Сарра Эпштейн.

Сарра Эпштейн

Фото: school.tver.ru

«И мы, общество "Мемориал", подняли перед властями вопрос о том, что необходимо увековечить эту память,— говорит господин Глушков.— Городская комиссия по делам репрессированных направила официальное предложение администрации Твери, и та согласилась. Текст таблички — "В память о замученных…" — составил я, эскиз разработал главный архитектор города. В ноябре 1991 года ее установили на здании».

В те же годы исследователи пытались выяснить судьбу нескольких тысяч польских военнопленных, которые оказались в этой тюрьме в марте 1940 года. Сергей Глушков впервые услышал о том, что они могли быть расстреляны, как раз на митинге 1988 года: «И тогда, честно скажу, у меня тоже были сомнения». «Но я начал разбираться, нашел необходимые документы. Достоверно известно, что поляков убивали у нас в Твери. Если быть точным — в Калинине, как тогда называли город»,— говорит он.

В 1991 году Сергей Глушков сам присутствовал на первой эксгумации в лесу у поселка Медное в 30 км от Твери. В тот раз из земли на его глазах достали останки 243 человек.

Напомним, «Катынское дело» касается расстрела в апреле—мае 1940 года почти 22 тыс. польских граждан, содержавшихся с 1939 года (после раздела Польши между Германией и СССР) в лагерях и тюрьмах НКВД. В их числе 14,5 тыс. военнопленных Козельского (расстреляны в Катынском лесу под Смоленском), Старобельского (расстреляны в Харькове) и Осташковского лагерей, а также 7,3 тыс. заключенных тюрем в западных областях Украинской и Белорусской ССР. Советская сторона скрывала правду о преступлении почти полвека, настаивая, что пленных поляков расстреляли немцы. Лишь в 1990 году было опубликовано официальное заявление ТАСС о «непосредственной ответственности за злодеяния в Катынском лесу Берии, Меркулова и их подручных». А два года спустя были обнародованы документы, подтверждающие ответственность властей СССР за преступление: докладная записка наркома внутренних дел Лаврентия Берии Иосифу Сталину и решение Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 года.

«В полуподвальном этаже здания было оборудовано специальное помещение, в котором производились расстрелы»,— рассказал “Ъ” историк Александр Гурьянов, глава польской программы международного общества "Мемориал". В прошлом году под его руководством вышла книга памяти «Убиты в Калинине, захоронены в Медном», где собраны почти 6,3 тыс. биографических справок о поляках, чьи судьбы оборвались в тверской тюрьме. По решению Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 года узников Осташковского лагеря расстреляли в Твери, а потом захоронили вблизи села Медное, где сейчас находится мемориальный комплекс.

В сентябре 1990 года Главная военная прокуратура СССР возбудила уголовное дело по факту расстрелов. «Детальная информация содержалась в показаниях тогдашнего руководителя УНКВД Дмитрия Токарева,— говорит Александр Гурьянов.— Он описывал помещения, рассказывал, как проходила краткая процедура, предваряющая расстрел польских военнопленных. Как их выводили из камеры, проводили в помещение, где сверялись их личные данные. И как их вели в расстрельное помещение. Трупы польских военнопленных вытаскивали во внутренний двор здания, грузили на машины и увозили в Медное. Наших соотечественников, которых там расстреливали в 1930-е годы, по-видимому, увозили в другие места».

Кресты на польском военном кладбище в «Медном»

Фото: Кристина Кормилицына, Коммерсантъ

88-летний генерал-майор КГБ в отставке Дмитрий Токарев, который в 1940 году руководил Калининским УНКВД, дал показания в марте 1991 года, видео его рассказа доступно на YouTube. Это был официальный допрос в рамках все того же расследования, которое велось Главной военной прокуратурой СССР, а затем РФ с 1990 по 2004 год. Он же указал место захоронения расстрелянных под Медным. «Эти показания оформлены в виде процессуального документа и входят в материалы уголовного дела. Протокол допроса Токарева находится в 21-м томе»,— говорит Александр Гурьянов.

После эксгумации тел областная администрация признала необходимость увековечить память о расстрелянных военнопленных поляках, говорит Сергей Глушков. Польская общественная организация «Семья Катынская» привезла мемориальную табличку из Варшавы и согласовала ее установку. «1 июня 1992 года я был вместе с поляками на церемонии установки этой доски,— вспоминает господин Глушков.— И дальше почти 30 лет обе таблички не вызывали ни у кого вопросов. То, что на них написано, полностью соответствует действительности».

«Создает дополнительную угрозу безопасности обучающихся»


В июне 2019 года областная ячейка партии «Коммунисты России» направила очередное обращение в администрацию Твери с требованием демонтировать обе таблички. В откровенно косноязычном документе, изобилующем грамматическими ошибками, сообщалось о «фальсификациях и очернительстве истории нашей страны».

Информация на памятных знаках, по мнению авторов, «имеет отрицательное-антипатриотическое влияние на подрастающее поколение».

Партийцы утверждали, что информация «о массовом расстреле польских жандармов» не соответствует действительности, и ссылались при этом на авторитет «профессора Гровера Ферра».

Гровер Ферр (родился в 1944 году) — американский ученый, доктор наук в области сравнительного литературоведения. С 1970 года преподает средневековую британскую литературу в Университете Монтклер, штат Нью-Джерси. Более известен как автор сочинений, восхваляющих Иосифа Сталина. На русском языке выходили его книги «Антисталинская подлость», «Оболганный сталинизм. Клевета XX съезда», «1937. Правосудие Сталина», «Запад против Сталина», «Тайна Катыни» и другие.

На сайте «Коммунистов России» написано, что партия «ведет многолетнюю борьбу» с двумя мемориальными табличками. Но именно в прошлом году эта борьба почему-то увенчалась успехом. Прокуратура Тверской области поручила прокуратуре Центрального района Твери провести проверку, законно ли были установлены таблички в 1991 и 1992 годах. К ноябрю 2019 года прокурор Эльвин Байдин разобрался в ситуации и направил ректору Тверского медицинского университета письмо с требованием снять доски.

Как выяснил прокурор, первая табличка — о жертвах репрессий 1930-х годов — по документам 1991 года была установлена по адресу «улица Советская, дом 2». А в 2019 году у этого здания был уже другой адрес — «дом 4». В прокуратуре это посчитали недопустимым нарушением.

Незаконность «польской» таблички была обоснована по-другому. Для начала господин Байдин заявил, что ни в одном архиве не обнаружено документов, разрешающих ее установку. После прокурор сослался на «совместное заключение», подготовленное в 1995 году областной прокуратурой и Федеральной службой контрразведки (сейчас — ФСБ). По его словам, в архивах спецслужбы хранится «более 60 томов» с протоколами совещаний «тройки» и информацией о приговорах.

«Анализ показал, что ни в одном из них не имеется сведений о местах приведения приговоров в исполнение и местах захоронения расстрелянных»,— цитирует прокурор справку 1995 года, после чего делает вывод, что данные на «польской» табличке не соответствуют действительности.



При этом Эльвин Байдин добавляет, что делегация посольства Польши ежегодно возлагает цветы к табличкам в День памяти жертв политических репрессий, и делает неожиданный вывод: «Проведение вышеназванных мероприятий создает дополнительную угрозу безопасности обучающихся и педагогических работников».

В «Мемориале» охотно комментируют претензии прокуратуры. По словам Сергея Глушкова, проблема с адресом «советской» таблички объясняется очень просто: университет состоит из нескольких флигелей, нумерация которых со временем поменялась: «Но здание осталось тем же самым, табличка все это время висела на одном месте». В конце концов, говорит он, прокуратура могла бы запросить городские архивы: там хранятся те самые истории репрессированных, которые в конце 1980-х записывал «Мемориал». «Более того, в тверском Центре документации новейшей истории можно посмотреть уголовные дела по репрессированным и реабилитированным,— продолжает Сергей Глушков.— При желании по ним установить, где конкретно содержались арестованные, где проходили допросы, где была тюрьма. Но желания такого, видимо, не возникло».

Претензии к обоснованности «польского» памятного знака вызывают у него еще большее недоумение. «Я не понимаю, почему прокуратура не изучила допросы Дмитрия Токарева,— говорит господин Глушков,— почему не изучила материалы уголовного дела, которое расследовала Главная военная прокуратура? Странно в 2019 году говорить, что "не имеется сведений". А как же эксгумации? Как же мемориальный комплекс в Медном, куда ездят в том числе наши высокопоставленные чиновники с официальными визитами? Это всего не существует?»

«Никаких поляков там нет»


Руководство университета переслало претензии прокуратуры городским властям. Комиссия по топонимике при администрации Твери рекомендовала городской думе не снимать таблички, а официально уточнить адрес расположения «советской» доски и провести более тщательный поиск архивных документов, подтверждающих текст «польского» знака.

Пока городские депутаты несколько месяцев размышляли над этой проблемой, Тверь виртуально посетил Гровер Ферр — американский поклонник Иосифа Сталина. Его пригласил Максим Кормушкин, бывший глава тверского отделения «Национально-освободительного движения» (одиозная политическая организация, создана депутатом ГД единороссом Евгением Федоровым). Господин Кормушкин — тот самый человек в пилотке, который комментировал журналистам демонтаж табличек,— издал очередной труд Гровера Ферра «Тайна катынского расстрела: доказательства, решение». 23 марта 2020 года он провел презентацию книги, помещение предоставил глава Общественной палаты Твери Александр Бутузов. На мероприятии присутствовали и «Коммунисты России», а зампред Комитета по международным делам Госдумы Алексей Чепа выступил с докладом о «борьбе против фальсификации истории». Сам Гровер Ферр общался с поклонниками по скайпу.

Телеканал «Вести-Тверь» посвятил конференции отдельный сюжет на четыре минуты о том, что «пора прекратить оправдываться за то, чего не было». Жителям Твери рассказали, что данные о захоронении в Медном более чем 6 тыс. человек «ничем не подтверждены», «все это современные элементы информационной войны, затеянной на Западе», и «никаких поляков там нет». Тверское отделение «Мемориала» выпустило возмущенное заявление по поводу этого сюжета, назвав его примером фальсификации истории. Но через полтора месяца, в разгар карантинных ограничений, обе таблички внезапно были демонтированы.

«Подробности рассказали в региональном правительстве»


Утром 7 мая фотографии демонтажа памятных знаков опубликовал в Facebook житель Твери Артем Важенков, его запись перепостили более 200 человек, в том числе возмущенные граждане Польши. Через пару часов региональные СМИ получили письмо с адреса ipoltver@mail.ru — этот почтовый ящик регулярно рассылает официальные пресс-релизы правительства Тверской области. В документе «Поляки_табличка_фальсификация» речь шла только о «польской» мемориальной доске.

Журналистам сообщили, что табличку демонтировали по требованию прокуратуры «в связи с отсутствием документальных подтверждений расстрела».

В релизе утверждалось: «Исследователи так называемого "Катынского дела" приводят множество фактов, подтверждающих, что массовый расстрел поляков и их захоронение под Медным — это историческая ложь». В частности, сообщалось, что «при эксгумации в Медном в 1991 году были обнаружено и опознано всего 16 останков польских граждан».

Авторы пресс-релиза ссылались все на того же «американского ученого Гровера Ферра»: утверждалось, что он доказал: «Германия, а не Советский Союз виновна в массовом убийстве, известном как Катынский расстрел». «"Катынское дело" стало одной из самых крупных фальсификаций, которую придумал и которой дал ход еще в 1943 году главный пропагандист Третьего рейха Йозеф Геббельс, чтобы вбить клин между СССР и союзниками»,— сообщалось в тексте. Пресс-релиз заканчивался фразой: «Демонтаж фейковой мемориальной доски на фасаде ТГМУ стал одним из шагов по восстановлению исторической правды».

Через несколько минут чуть отредактированный релиз был опубликован на сайтах издания «Тверские ведомости» (учреждено правительством Тверской области) и все того же телеканала «Вести-Тверь».

Кто отправил это сообщение тверским журналистам — достоверно выяснить не удалось. На сайте администрации Тверской области указана электронная почта управления информационной политики ipol@tverreg.ru. Однако вчера сразу два тверских журналиста подтвердили “Ъ”, что они традиционно получают рассылку с пресс-релизами областного правительства именно с почтового ящика ipoltver@mail.ru. «Только в четверг семь релизов от них пришло»,— сказал собеседник “Ъ”.

Глава областного управления Юрий Исаков вчера подтвердил корреспонденту “Ъ”, что текст, опубликованный «Тверскими ведомостями», был «подготовлен РИА "Верхневолжье", нашим госхолдингом». На вопрос, рассылала ли материал пресс-служба областного правительства, господин Исаков ответил: «Этот адрес не является официальным адресом рассылки». Позже он добавил, что пресс-служба «не готовила и не публиковала материалы на указанную тему».

Отметим, что на сайте «МК в Твери» (входит в структуру учрежденного правительством области РИА «Верхневолжье») также был перепечатан тот самый пресс-релиз с подписью: «Подробности рассказали в региональном правительстве».

«Наблюдается стремление забывать исторические факты»


Ситуация со снятием табличек и заявлениями о фальсификации «Катынского дела» грозит перерасти в серьезный международный скандал, особенно если подтвердится, что пресс-релиз действительно был разослан какими-либо официальными российскими структурами. Во-первых, в нынешнем году расстрелам польских военнопленных исполняется 80 лет, и эта дата не менее значима для Польши, чем 75-летие Победы для России. «Снятие мемориальных табличек с фасада здания Медицинского университета в Твери на первый взгляд кажется локальным событием. Но на самом деле его значимость куда шире: оно отражает важные тенденции, которые сегодня имеют место в России»,— заявил вчера “Ъ” посол Польши в Москве Влодзимеж Марчиняк. “Ъ” публикует его комментарий полностью:

— Я хотел бы обратить внимание на несколько моментов.

  • Во-первых, были сняты две доски — условно «польская» и «российская». Это важный факт. Он показывает, что хотя затронута и польская сторона, но на самом деле речь идет не столько о польско-российском взаимодействии, сколько об отношении к российской истории в целом. Это вопрос исторического самосознания, исторической памяти самих россиян.
  • Во-вторых, я бы хотел обратить внимание на специфическую роль прокуратуры в этом деле. Кажется, она в основном занимается опровержением доказательств, что преступление имело место. Но ведь обычно прокуратуры как раз расследуют такие события. Раз тысячи человек исчезли, то задачей прокуратуры является объяснение того, что случилось. А здесь прокуратура только проверяет документы, которые ей представят. Между тем мы помним, что расследование проводилось еще в 1990-е годы и свидетели давали показания. Это вопрос правопорядка и правоприменения в Российской Федерации.
  • В-третьих, я бы хотел обратить внимание на материал, который я прочитал в одном из местных, тверских СМИ. Там снятие мемориальных досок связывалось с Днем Победы. Не хочу комментировать, как в данном случае понимается Победа, если, чтобы ее отметить, надо бороться с исторической памятью. Но у меня складывается впечатление, что чем больше в России говорится об исторической памяти, тем отчетливее наблюдается стремление забывать исторические факты и погружаться в беспамятство. На мой взгляд, это очень печально. Потому что сфера исторической памяти, в том числе памяти о сталинских преступлениях, была важной сферой нашего взаимного сотрудничества, особенно в 1990-е годы. Когда и польская, и российская стороны сделали много важного для наших взаимоотношений.

«Если пресс-релиз распространялся официально, то это должностное преступление,— уверен историк Александр Гурьянов.— И возникает вопрос, как же соотносится позиция правительства Тверской области с официальной позицией правительства и Государственной думы РФ».

Напомним, в 2010 году Владимир Путин, тогда занимавший пост премьер-министра, заявил на траурной церемонии в Катыни: «Перед этими могилами, перед людьми, которые приходят сюда почтить память своих близких, было бы лицемерно сказать: "Давайте все забудем", сказать, что "все кануло в Лету". Нет, мы обязаны хранить память о прошлом и, конечно, будем это делать, какой бы горькой ни была эта правда».

В том же году Госдума приняла отдельное постановление о том, что «массовое уничтожение польских граждан на территории СССР во время Второй мировой войны стало актом произвола тоталитарного государства, подвергшего репрессиям также сотни тысяч советских людей за политические и религиозные убеждения, по социальным и иным признакам».

«Судя по снятию обеих табличек, в Твери не признают ни первое, ни второе»,— делает вывод Александр Гурьянов. По его словам, материалы, которые в четверг распространялись в тверских СМИ после рассылки пресс-релиза, содержат грубые фактические ошибки и дезинформацию. Так, неверно утверждение, что при эксгумации в Медном были обнаружены останки лишь 16 человек. «Материалы эксгумации были опубликованы в нашей книге,— говорит Александр Гурьянов.— В протоколах эксгумации 1991 года говорится, что за короткое время, которое дали на эксгумацию, были извлечены останки 243 человек со множеством артефактов польского происхождения, свидетельствующих, что это захоронение 1940 года бывших пленных Осташковского лагеря. 16 человек — это те, кто был установлен поименно, у кого сохранились находившиеся при них бумажные документы. Все они значатся в списках-предписаниях об отправке из лагеря для военнопленных в Калинин».

По его словам, первая эксгумация была пробной и частичной: тогда исследовали всего одну могильную яму из 23. Следующую, более обстоятельную эксгумацию провели уже в 1995 году. Останки плохо сохранились, удалось обнаружить минимум 2115 человек, но на деле их может быть и гораздо больше.

«Я был на эксгумации в августе 1991 года — там были груды мертвых тел. А они пишут про останки 16 человек — ну это просто наглая ложь,— заявил “Ъ” Сергей Глушков.— Этот пресс-релиз — откровенное глумление над памятью убитых, памятью репрессированных. Набор каких-то мифов, которые давно объяснены серьезными историками. Но главное, этот текст входит в просто кричащее противоречие с официальной российской позицией по поводу Катыни. Получается, что Тверская область и районная прокуратура отменяют извинения, официально принесенные нашим государством».

«Вдвойне отвратительно, что это было провокационно приурочено к кануну 75-й годовщины Победы,— говорится в официальном заявлении "Мемориала" по поводу демонтированных табличек.— Тверские власти не остановились перед тем, чтобы осквернить наш праздник. Если правительство Российской Федерации не предпримет немедленных и решительных шагов, то на страницах газет всего мира статьи о юбилее Победы будут соседствовать с информацией об уничтожении в России памяти об одном из самых тяжких преступлений Второй мировой войны».

Уже вчера вечером следы от табличек на стене университета были закрашены белой краской.

Александр Черных, Галина Дудина; Александр Тихонов, Ярославль


Комментарии
Профиль пользователя