Коротко


Подробно

Фото: Reuters

Реорганизация по запрещению химоружия

Россия не признает за ОЗХО новых прав определять виновных в его применении

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 1

Спор между Москвой и Лондоном о том, имеет ли право Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО) определять виновных в применении химоружия, разрешится во вторник на конференции этой организации в Гааге. Британия и поддерживающие ее страны предлагают для поиска виновных создать следственную комиссию и выделить на ее работу €2,4 млн. Москва считает, что расширение мандата ОЗХО направлено персонально против нее и требует создать рабочую группу, которая проверит соответствие плана реформирования организации основным положениям Конвенции о запрещении химоружия. Лондон и Вашингтон, в свою очередь, обвиняют Москву в попытках «создать препятствия» для расследования применения химоружия в Сирии и британском Солсбери.


Главный вопрос повестки дня проходящей в Гааге 19–20 ноября конференции ОЗХО — о полномочиях этой организации и увеличении ее бюджета в случае расширения этих полномочий — будет поставлен на голосование во вторник. Россия, Китай и Иран, настаивающие на внесении поправок в проект реформирования организации, посвятили весь понедельник разъяснению своей позиции и попыткам перетянуть на свою сторону представителей других стран-членов.

Напомним, 27 июня на специальной сессии ОЗХО в Гааге было принято решение расширить ее мандат. Инициатором изменений стала Великобритания — ее проект включал несколько пунктов, но наибольшую дискуссию вызвало предложение предоставить ОЗХО возможность определять виновных в химических атаках.

Раньше организация могла проверять объекты, связанные с химоружием и химической промышленностью и проводить расследования, устанавливающие факт применения химоружия. Право определять виновных принадлежало и до сих пор принадлежит Совбезу ООН. Однако через несколько месяцев после того, как в британском Солсбери были отравлены экс-сотрудник ГРУ Сергей Скрипаль и его дочь Юлия, Лондон предложил изменить это правило. На специальной сессии ОЗХО в июне британский проект поддержали 82 страны из 193, против проголосовали 24, остальные воздержались.

На открывшейся в понедельник в Гааге конференции состоялось более детальное обсуждение расширения полномочий ОЗХО и вопроса об увеличении ее бюджета.

Для выполнения новых функций в рамках организации предполагается создать следственную комиссию, на работу которой будет выделено дополнительно €2,4 млн.

Отметим, в 2018 году бюджет ОЗХО составил €67,6 млн, в 2017-м — €67,8 млн, в 2016-м — €67,1 млн.

Гендиректор ОЗХО Фернандо Ариас рассказал журналистам, что создание комиссии уже началось: назначен ее координатор, под началом которого будут работать восемь-девять человек — на эти вакансии пока ищут кандидатов. По словам господина Ариаса, планируется, что комиссия начнет свою работу с расследования химатак, предположительно имевших место в Сирии. После этого станет ясно, стоит ли применять этот опыт в других странах и других ситуациях. На основе расследования комиссия ОЗХО будет готовить доклад с информацией о виновных в применении химоружия. Документ будет рассматриваться исполнительным комитетом организации и генсеком ООН, после чего они будут решать, оглашать ли его содержание. В то же время у ОЗХО не будет возможности вводить санкции или каким-то другим способом наказывать виновных.

Россия, выступившая против принятия этого документа в июне, продолжает настаивать на его пересмотре. Летом российский постпред в ОЗХО Александр Шульгин называл проект «прямым вмешательством в полномочия Совбеза», а заместитель главы российского МИДа Сергей Рябков в понедельник оценил расширение мандата как «полное пренебрежение» требованиями Конвенции о запрещении химоружия. В понедельник же господин Шульгин добавил: инициаторы изменений хотят «добиться свержения законных сирийских властей». «А потом будет второй этап — универсальная атрибуция. Это явно антироссийский проект,— заключил он, добавив: — Мы и наши союзники будем делать все, чтобы вернуть развитие событий на площадке ОЗХО в конструктивное русло».

В связи с этим в понедельник Россия совместно с Китаем предложила создать «из международных экспертов» рабочую группу, которая проверит соответствие июньского решения основным положениям Конвенции о запрещении химоружия. «Голосовать, навязывая мнение арифметического большинства другим,— это недостойный путь»,— подчеркнул Сергей Рябков.

При этом Александр Шульгин заявил о попытках стран Запада «оказать психологическое давление» «на колеблющиеся страны» с помощью уговоров, бумажной «памятки о том, как голосовать и как себя вести» и предупреждений, что «Россия будет заниматься подрывной деятельностью» и срывать принятие бюджета. Выступая на конференции, российский постпред высказал мнение, что изменять надо не правила работы организации, а процедуру голосования. По его словам, несправедливо, что в ходе июньского голосования «около 50 делегаций, если не сказать больше, воздержались или были вынуждены под давлением западных партнеров уйти из зала», однако документ о расширении мандата все равно приняли.

Александр Шульгин выступил также против «дополнительных взносов», необходимых на работу комиссии, и призвал остановиться «на традиционном для организации принципе нулевого номинального роста». При этом он пояснил журналистам, что Россия не препятствует принятию бюджета, а «нацелена на то, чтобы дать организации достойный, сбалансированный бюджет с необходимым количеством средств на исполнение обязанностей организации, но только обязанностей, отвечающих требованиям Конвенции». Помимо этого он раскритиковал предложение выделить дополнительные €2,4 млн «на фоне критического недофинансирования программ содействия развивающимся странам».

Поиск специалистов для работы в комиссии по определению виновных в химатаках, по мнению господина Шульгина, выглядит «как минимум сомнительно», поскольку его начали, «не дожидаясь конференции и не имея одобренного финансирования».

Инициировавшая расширение мандата ОЗХО Великобритания, в свою очередь, расценила претензии России как попытку «создать препятствия» для внесения изменений и «затянуть процесс». Об этом в ходе конференции заявил постпред Великобритании Питер Уилсон. Его поддержал постпред США Кеннет Уорд, объяснивший протест России попытками помочь сирийскому режиму. «Что они делали последние несколько лет, кроме того, что потворствовали своим сирийским союзникам в сокрытии правды о том, что произошло в Сирии, в частности, смерти детей из-за использования химического оружия режимом Башара Асада (президента Сирии.— “Ъ”)» — вопрошал господин Уорд. «Если этого вам недостаточно, то вспомните о Солсбери»,— добавил он. Наконец, постпред Франции в ОЗХО Филипп Лальо заключил: организация «не может принять» план России, которая, по его мнению, стремится оттянуть начало работы комиссии по поиску виновных в химатаках на неопределенное время.

Специалисты расходятся во мнении о том, обоснованы ли претензии России к расширению полномочий ОЗХО. Так, эксперт по химическому оружию Антон Уткин объясняет “Ъ”, что конфликт между Россией и Великобританией в этом вопросе основан на разном понимании Конвенции по запрещению химоружия. «В ней отсутствуют какие-либо упоминания о том, что ОЗХО имеет право назначать ответственных за применение химоружия,— рассуждает господин Уткин.— Единственное место, где вообще затрагивается вопрос о вине, это в приложениях к конвенции, где говорится: если в руки инспекционной группы, которая расследует применение химоружия, попадет информация о виновности кого-либо, то она имеет право приложить эту информацию к отчету». Таким образом, по мнению Антона Уткина, «британский подход нарушает конвенцию, придавая ей функции, которых у нее изначально не было, а также противоречит уставу ООН».

Участник одной из миссий ОЗХО в Сирии, эксперт по химическому и биологическому оружию и контролю над вооружениями Ральф Трапп, напротив, уверен: «Ни одно из положений предложенного механизма атрибуции не противоречит конвенции». Он называет «российскую обеспокоенность» нарушением конвенции и полномочий Совбеза «неоправданной». «Я могу лишь догадываться, почему у России есть вопросы к новому подходу,— отмечает эксперт в разговоре с “Ъ”.— Одна из причин может заключаться в том, что в Совбезе ООН она может блокировать решение с помощью права вето», в то время как в ОЗХО ни у одной страны нет такой возможности.

Екатерина Мареева


Комментарии
Профиль пользователя