Виктор Анпилов, лидер движения "Трудовая Россия":
— Голодовка — это первая ступень борьбы пролетариата. В Омске, значит, уже не рабы и не быдло живут, а борцы за свои права. Их авиадиспетчеры осознали, что им можно быть не только холопами.Лев Кошляков, заместитель гендиректора компании "Аэрофлот":
— Демократия. Недовольство пролетариев не должно выходить за рамки закона. Омских авиадиспетчеров к этому вынудило то, что владелец авиакомпании в лице государства не смог или не захотел решить возникшую ситуацию путем переговоров. То, что делают диспетчеры,— это своего рода экономический терроризм, главная цель которого — привлечь к себе внимание. Насколько я знаю, в частных компаниях забастовок нет, владельцы в них не заинтересованы: это ведет к финансовым потерям и снижению экономических показателей.Юрий Ковалев, гендиректор мясоперерабатывающего завода "Кампомос":
— Пролетариату не будет нужно никакое оружие, если ему хорошо и вовремя платить. Для любого владельца предприятия выполнение этих правил — закон. Мы на заводе делаем это вовремя и в полном объеме, поэтому мне и в голову не приходит мысль, что наши рабочие могут начать бастовать. Единственное, о чем может идти разговор,— это размер оплаты, но это решается путем переговоров и вносится в условия контракта. Компаний, нормально выполняющих эти условия, становится все больше, и я не верю, что пролетариат снова захочет взять главное свое оружие прошлого — булыжник.Ольга Романова, ведущая информационно-аналитической программы "24" (Ren TV):
— Есть жестокая шутка: "Работники ЖКХ Камчатки объявили забастовку. Теперь они пьют, не закусывая". Голодовка не должна быть формой протеста. У нас нет цивилизованного метода общения между работодателями и работниками, отсутствует культура договороспособности, нет человеческих профсоюзов — все какие-то коммерческие организации.