'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M14.3017%2018.2207H15.3723L14.8352%2016.9716L14.3017%2018.2207ZM14.0381%2018.8502L13.7205%2019.5769H12.9973L14.5351%2016.0881H15.1601L16.6917%2019.5769H15.9493L15.6357%2018.8502H14.0381ZM25.6746%2019.5744H26.3736V16.0879H25.6746V19.5744ZM22.8929%2018.0766H24.1812V17.4409H22.8929V16.7264H24.7631V16.0905H22.1942V19.5767H24.8304V18.9408H22.8929V18.0766ZM20.1158%2018.4886L19.3234%2016.0879H18.7452L17.9528%2018.4886L17.1817%2016.0898H16.4277L17.6446%2019.5789H18.2308L19.0245%2017.2871L19.8181%2019.5789H20.4094L21.6232%2016.0898H20.8887L20.1158%2018.4886ZM11.9304%2018.0863C11.9304%2018.6538%2011.6486%2018.9571%2011.1368%2018.9571C10.6222%2018.9571%2010.3388%2018.645%2010.3388%2018.0621V16.0902H9.63046V18.0863C9.63046%2019.0681%2010.1761%2019.6312%2011.1271%2019.6312C12.0875%2019.6312%2012.6381%2019.0574%2012.6381%2018.0571V16.0881H11.9304V18.0863ZM7.94048%2016.0881H8.64841V19.5791H7.94048V18.1613H6.34117V19.5791H5.63281V16.0881H6.34117V17.4962H7.94048V16.0881Z'%20fill='white'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M16.0069%2011.6456C13.556%2011.6456%2011.5625%209.65187%2011.5625%207.20117H12.1903C12.1903%209.30551%2013.9026%2011.0176%2016.0069%2011.0176C18.1113%2011.0176%2019.8236%209.30551%2019.8236%207.20117H20.4514C20.4514%209.65187%2018.4576%2011.6456%2016.0069%2011.6456Z'%20fill='white'/%3e%3cdefs%3e%3clinearGradient%20id='paint0_linear_17199_5762'%20x1='1336'%20y1='2.75586'%20x2='1336'%20y2='2669.42'%20gradientUnits='userSpaceOnUse'%3e%3cstop%20stop-color='%23FB6361'/%3e%3cstop%20offset='1'%20stop-color='%23ED3E45'/%3e%3c/linearGradient%3e%3c/defs%3e%3c/svg%3e)
Судьям вынесут приговор
Сегодня Госдума рассмотрит во втором чтении президентские поправки к законам "
Сегодня Госдума рассмотрит во втором чтении президентские поправки к законам "О статусе судей", "О судебной системе" и "О Конституционном суде", вокруг которых разгорелись ожесточенные споры между представителями судебной власти и Кремлем. Председатель Совета судей России ЮРИЙ СИДОРЕНКО рассказал ВЛАДИМИРУ Ъ-НИКОЛАЕВУ, почему судейское сообщество называет инициативы Кремля контрреформой, а лидер думской фракции ОВР ВЯЧЕСЛАВ ВОЛОДИН объяснил СЮЗАННЕ Ъ-ФАРИЗОВОЙ необходимость принятия этих поправок.
— Депутаты, которые имеют юридическое образование, разделяют наши опасения, что в результате реформы независимость судей может быть ограничена. Однако депутатское большинство все же очень подвержено влиянию администрации президента и часто поддерживает ее предложения.
— Вам удалось хоть о чем-то договориться с разработчиками поправок?
— По поводу введения дисциплинарной ответственности в отношении судей наши позиции сблизились. Ранее мы возражали против предложенных авторами поправок нескольких видов дисциплинарной ответственности — выговора, объявления о неполном служебном соответствии. Что это за судья с неполным служебным соответствием? Половинка судьи? А ведь он выносит приговоры и решения именем Российской Федерации! Теперь вводится понятие предупреждения. Правда, оно существовало и раньше, хоть и не было прописано в законе. Если допущенный судьей проступок не тянул на прекращение его полномочий, квалификационные коллегии выносили предупреждение. После принятия поправок вопрос о дисциплинарной ответственности судей будет решаться так же, как и раньше. Но процесс наложения предупреждений должен стать закрытым: нельзя порочить судью хотя бы в силу специфики его статуса.
— Некоторые ваши коллеги утверждают, что ряд поправок после их принятия может быть оспорен в Конституционном суде.
— Такое развитие событий отрицать нельзя. Мы неоднократно говорили разработчикам реформы, что некоторые их предложения противоречат Конституции. Например, дача согласия трех судей Верховного суда на возбуждение уголовного дела в отношении человека в мантии — это функция не суда, а обвинения. По этому поводу существует специальное постановление КС, который прямо запретил судьям возбуждать уголовные дела. Нам говорят, что суд ничего возбуждать не будет, а станет лишь давать согласие. Но это лукавство. Согласие на возбуждение дела — то же самое возбуждение. Если эта поправка будет принята в президентском варианте, появится повод обратиться в КС. Кроме того, действующим конституционным законом "О судебной системе" установлено, что в России не могут издаваться законы и иные нормативные акты, отменяющие или умаляющие самостоятельность судов и независимость судей. То есть законодатель сам себе установил запрет на принятие подобных поправок. Отмените эту статью — и все будет в рамках закона. Сейчас же вводятся два новых вида ответственности — дисциплинарная и административная, упрощается порядок привлечения судей к уголовной ответственности. То есть статус судей урезается, а значит, может появиться еще один повод обратиться в КС.
— Руководитель рабочей группы по судебной реформе Дмитрий Козак утверждает, что судьи должны быть равны с простыми гражданами.
— Не должны они быть равны. Для судей есть изъятие в Конституции, согласно которому они независимы и неприкосновенны. Когда проводят какую-то реформу, то предполагается изменить что-то в лучшую сторону. Во внесенных же законопроектах нет ничего, что могло бы укрепить престиж суда, судейскую независимость. Что в них может привлечь выпускников вузов, молодых юристов? Сейчас делается попытка дать крен в сторону укрепления дисциплины и ответственности. Однако получается наоборот: всем заинтересованным лицам дается сигнал, что против судьи можно будет устраивать провокации. Авторы не говорят об этом впрямую, но восприняты их предложения будут именно так.
— Потому что судебная система в нашей стране не претерпела изменений с советских времен. Здание судебной системы просто взяли, отштукатурили и создали ему внешний демократический облик. На деле же получилось, что суды волокитят рассмотрение дел, не борются с коррупцией и вообще постепенно превращаются в самостоятельную ветвь власти. Я считаю, что предложения, которые внес президент, будут способствовать повышению ответственности руководителей судов. И судебная реформа, которую хочет провести президент,— это реальный шаг к демократии.
— Какие из президентских поправок вам кажутся наиболее удачными?
— Например, норма, по которой судьи через каждые шесть лет должны переназначаться. Это их, безусловно, мобилизует, поскольку через каждые шесть лет они должны будут отчитываться перед обществом о проделанной работе и, таким образом, после назначения на должность не просто ждать пенсии, а работать. Поправка, ограничивающая предельный возраст судей, тоже правильная. Сейчас ведь нет процедуры медицинского освидетельствования судей и нельзя понять, в каком состоянии находится человек: может он на работу ходить или нет. Если здорового человека назначат — хорошо, а если нездорового, то это же беда для общества. И потом, если врач не придет к операционному столу, рабочий к станку, учитель в школу — их вполне могут уволить по статье. А для судей таких санкций не предусмотрено: он может не выходить на работу месяцами без угрозы потерять должность.
— Поддерживаете ли вы введение уголовной ответственности для судей?
— Да, потому что перед законом должны быть все равны — и министры, и депутаты, и судьи. Судья — такой же человек, как и все. Если он нарушил закон, он должен отвечать по всей строгости. А то сегодня получается, что власть отдельно, а народ отдельно. И судьи, которые отвоевали себе неприкосновенность, живут в своем иллюзорном мире и не чувствуют, как живет общество, как живем мы все. Нас может обидеть власть, а судей это не беспокоит, потому что они с этим не сталкиваются. Конечно, мы должны судью защитить, чтобы кто-то просто так не мог инициировать несправедливый "наезд" на судью. Но президентские законопроекты как раз такую защиту предусматривают.
Юрий Сидоренко: нельзя порочить судью
— На прошлой неделе комитет по госстроительству поддержал ряд предложений судей и внес поправки, согласно которым давать согласие на привлечение представителей третьей власти к уголовной ответственности будет, как и сейчас, квалификационная коллегия судей, а предельный возраст для работы людей в мантиях увеличивается до 70 лет. Как вам удалось убедить думцев в своей правоте?— Депутаты, которые имеют юридическое образование, разделяют наши опасения, что в результате реформы независимость судей может быть ограничена. Однако депутатское большинство все же очень подвержено влиянию администрации президента и часто поддерживает ее предложения.
— Вам удалось хоть о чем-то договориться с разработчиками поправок?
— По поводу введения дисциплинарной ответственности в отношении судей наши позиции сблизились. Ранее мы возражали против предложенных авторами поправок нескольких видов дисциплинарной ответственности — выговора, объявления о неполном служебном соответствии. Что это за судья с неполным служебным соответствием? Половинка судьи? А ведь он выносит приговоры и решения именем Российской Федерации! Теперь вводится понятие предупреждения. Правда, оно существовало и раньше, хоть и не было прописано в законе. Если допущенный судьей проступок не тянул на прекращение его полномочий, квалификационные коллегии выносили предупреждение. После принятия поправок вопрос о дисциплинарной ответственности судей будет решаться так же, как и раньше. Но процесс наложения предупреждений должен стать закрытым: нельзя порочить судью хотя бы в силу специфики его статуса.
— Некоторые ваши коллеги утверждают, что ряд поправок после их принятия может быть оспорен в Конституционном суде.
— Такое развитие событий отрицать нельзя. Мы неоднократно говорили разработчикам реформы, что некоторые их предложения противоречат Конституции. Например, дача согласия трех судей Верховного суда на возбуждение уголовного дела в отношении человека в мантии — это функция не суда, а обвинения. По этому поводу существует специальное постановление КС, который прямо запретил судьям возбуждать уголовные дела. Нам говорят, что суд ничего возбуждать не будет, а станет лишь давать согласие. Но это лукавство. Согласие на возбуждение дела — то же самое возбуждение. Если эта поправка будет принята в президентском варианте, появится повод обратиться в КС. Кроме того, действующим конституционным законом "О судебной системе" установлено, что в России не могут издаваться законы и иные нормативные акты, отменяющие или умаляющие самостоятельность судов и независимость судей. То есть законодатель сам себе установил запрет на принятие подобных поправок. Отмените эту статью — и все будет в рамках закона. Сейчас же вводятся два новых вида ответственности — дисциплинарная и административная, упрощается порядок привлечения судей к уголовной ответственности. То есть статус судей урезается, а значит, может появиться еще один повод обратиться в КС.
— Руководитель рабочей группы по судебной реформе Дмитрий Козак утверждает, что судьи должны быть равны с простыми гражданами.
— Не должны они быть равны. Для судей есть изъятие в Конституции, согласно которому они независимы и неприкосновенны. Когда проводят какую-то реформу, то предполагается изменить что-то в лучшую сторону. Во внесенных же законопроектах нет ничего, что могло бы укрепить престиж суда, судейскую независимость. Что в них может привлечь выпускников вузов, молодых юристов? Сейчас делается попытка дать крен в сторону укрепления дисциплины и ответственности. Однако получается наоборот: всем заинтересованным лицам дается сигнал, что против судьи можно будет устраивать провокации. Авторы не говорят об этом впрямую, но восприняты их предложения будут именно так.
Вячеслав Володин: судьи живут в своем иллюзорном мире
— Почему вы поддерживаете президентскую сторону в споре между Кремлем и судьями?— Потому что судебная система в нашей стране не претерпела изменений с советских времен. Здание судебной системы просто взяли, отштукатурили и создали ему внешний демократический облик. На деле же получилось, что суды волокитят рассмотрение дел, не борются с коррупцией и вообще постепенно превращаются в самостоятельную ветвь власти. Я считаю, что предложения, которые внес президент, будут способствовать повышению ответственности руководителей судов. И судебная реформа, которую хочет провести президент,— это реальный шаг к демократии.
— Какие из президентских поправок вам кажутся наиболее удачными?
— Например, норма, по которой судьи через каждые шесть лет должны переназначаться. Это их, безусловно, мобилизует, поскольку через каждые шесть лет они должны будут отчитываться перед обществом о проделанной работе и, таким образом, после назначения на должность не просто ждать пенсии, а работать. Поправка, ограничивающая предельный возраст судей, тоже правильная. Сейчас ведь нет процедуры медицинского освидетельствования судей и нельзя понять, в каком состоянии находится человек: может он на работу ходить или нет. Если здорового человека назначат — хорошо, а если нездорового, то это же беда для общества. И потом, если врач не придет к операционному столу, рабочий к станку, учитель в школу — их вполне могут уволить по статье. А для судей таких санкций не предусмотрено: он может не выходить на работу месяцами без угрозы потерять должность.
— Поддерживаете ли вы введение уголовной ответственности для судей?
— Да, потому что перед законом должны быть все равны — и министры, и депутаты, и судьи. Судья — такой же человек, как и все. Если он нарушил закон, он должен отвечать по всей строгости. А то сегодня получается, что власть отдельно, а народ отдельно. И судьи, которые отвоевали себе неприкосновенность, живут в своем иллюзорном мире и не чувствуют, как живет общество, как живем мы все. Нас может обидеть власть, а судей это не беспокоит, потому что они с этим не сталкиваются. Конечно, мы должны судью защитить, чтобы кто-то просто так не мог инициировать несправедливый "наезд" на судью. Но президентские законопроекты как раз такую защиту предусматривают.
Газета «Коммерсантъ» №201
от 01.11.2001, стр. 1