|
Есть ли жизнь при СПИДе |
 |
| Диагностика ВИЧ-инфекции занимает чуть больше часа |
Вирус, который всегда с тобой
В России лицензии на лечение ВИЧ-инфекции имеют только государственные организации. Их немного. Больше всего в Москве — целых три: Российский федеральный, Московский городской и Московский областной центры по профилактике и борьбе со СПИДом. Есть и негосударственные, которые работают без лицензии, они тоже оказывают помощь больным, но называют свои услуги социальной адаптацией и психологической помощью ВИЧ-инфицированным.
Большинство москвичей лечится в Московском центре СПИДа, несколько десятков — в Российском федеральном. У инфицированных своя медицинская сеть. Хирургические операции им делают только в городской больнице #3, роды принимают только в больнице на Соколиной горе. Для рожденных ими детей открыт специальный детский сад. Все обслуживание бесплатное.
Российский и Московский центры находятся в одном здании. Охранники на входе не спросили у меня документов, даже не поинтересовались, куда иду. Интерьер не радует — потертый линолеум, невзрачные стульчики у кабинетов... Персонал прекрасно понимает, что творится в душе тех, кто оказался в этих стенах. ВИЧ-инфицированных психологи сравнивают с заключенными в концлагере — такова сила стресса, который они испытывают.
Получив результаты анализов, врач сообщает, как тебе жить дальше: уже надо принимать лекарства или пока организм сам справляется. Лечение в основном проводится амбулаторно: больной пьет свои таблетки, а в центр приходит лишь для того, чтобы сдать анализы. Исключение составляют пациенты, у которых обнаружили СПИД уже в поздней стадии — их госпитализируют. Если вирус успел поразить все иммунные клетки, то терапия бесполезна — спасти пациента невозможно. За рубежом таких помещают в хосписы для ВИЧ-инфицированных. У нас подобных заведений нет, поэтому безнадежные пациенты просто остаются в стенах центра. Их размещают в одноместных палатах, и персонал входит туда только в масках — любая бактерия может убить больного раньше отведенного ему срока. Впрочем, лишний раз врачи там и не появляются — наблюдать за ним можно через стеклянные двери. Кстати, местные больные отличаются от обитателей предсмертных палат в обычных медицинских учреждениях. ВИЧ поражает не только иммунные клетки, но и мозг — большинство обреченных на смерть уже не осознает тяжести своего состояния...
На улице у входа в центр курит девушка. Зовут Аня. Она рассказала, что лечится уже несколько месяцев. Аня из Твери, но троюродная тетка прописала ее в Москве — чтобы врачи дали лекарства. Но жить у себя тетка не позволила, поэтому Аня снимает квартиру. Учится в Тверском университете на экономическом факультете, в этом году перевелась на заочное и устроилась работать в ночной клуб — там неплохо платят. Аня заразилась около пяти лет назад через шприц. Наркоманкой себя не считает, "просто пробовала несколько раз, не больше, чем другие". И с тех пор, как узнала, что больна, к наркотикам не прикасается. Сегодня врачи сказали Ане, что лечение ей хорошо помогает и она "проживет до старости", если будет принимать препараты.
|
Больные СПИДом, не желая смиряться со своей судьбой, часто придумывают спасительные фантомы, цепляются за них. В коридоре Российского федерального центра ко мне подошел господин лет тридцати. Стильная прическа, дорогой костюм, акцент.
— Я знаю, как вылечить СПИД! Только хочу сделать это в Америке, чтобы Нобелевскую премию получить. Я уже связался с одним центром, скоро они пригласят меня...
На его худом лице буроватые узелки — саркома Капоши, характерное кожное проявление терминальной стадии СПИДа. Это значит, что человек умирает. Он, конечно, об этом знает, но никакой жалости ему от меня не надо. Для него важно, чтобы я просто подыграла ему.
Все больные СПИДом верят в чудо. И поэтому их часто обманывают, пытаясь заработать на чужом горе, пример тому — арменикум. Этим людям необходима психологическая поддержка. Но далеко не каждый может позволить себе нанять личного психотерапевта, и далеко не каждый психотерапевт может помочь человеку, живущему на волосок от смерти.
Андрей Савельев, сотрудник службы телефона доверия "АнтиСПИД": Нас готовили к работе на телефоне по специальной методике. На первом занятии разбили на пары и предложили тянуть жребий — бланки "ВИЧ+" и "ВИЧ-". Тот, кто вытянул "плюс", должен был сообщить партнеру: "Хочу поделиться своим горем: я ВИЧ-инфицирован". Цель партнера — утешить. Мне досталась роль утешителя. Моим партнером была девушка Лена, и диалог мы разыграли как по нотам. А потом я узнал, что Лена была действительно инфицирована. Она умерла через год от воспаления легких. Это была первая моя встреча со СПИДом, настоящая, а не по телефону.
 |
| Получив результаты анализа, врач сообщает больному, сколько ему осталось жить и как это делать |
Появление первой вакцины против СПИДа ожидается к концу года. Но ее сделали американские ученые, и она вырабатывает иммунитет только к субтитрам вируса, распространенным в США,— Е и В. В нашей же стране у 90% инфицированных обнаруживается вирус субтитра А. Впрочем, даже от американских вирусов вакцина будет защищать лишь в 30% случаев. Врачи считают, что это средство применять в России нельзя. Привитый будет уверен, что СПИД ему не страшен, и перестанет предохраняться традиционными методами.
Нынешняя вспышка болезни в России связана с ростом потребления наркотиков. Поэтому основная часть заболевших — молодые люди. Через пять-шесть лет ожидается второй эпидемический подъем, связанный с гетеросексуальной передачей, как это случилось в США. Причем более резкий, чем в Штатах,— у нас больше случаев гинекологических и венерических заболеваний, а они облегчают проникновение вируса в организм.
Если темпы распространения СПИДа в России сохранятся, то через три года у нас будет порядка пяти миллионов инфицированных. Это значит, что через десять лет в стране умрут два с половиной миллиона молодых людей. Такой демографический удар может оказаться для России фатальным.
|