Здоровый рынок
инвестиции
Американская R&D-компания Charles River купила WuXi AppTec — компанию по разработке новых лекарств в Китае — за $1,7 млрд. Так на уровне капитализации крупнейших российских фармкомпаний американские инвесторы оценивают перспективы рынка разработки новых препаратов в Китае. О том, почему в России отрасль R&D не привлекательна для инвесторов, что нужно сделать для того, чтобы отрасль развивалась, "Ъ" рассказал первый вице-президент WuXi AppTec РИЧАРД СОЛЛ.
R&D (research and development) — инвестиции в научные исследования и конструкторские разработки (НИОКР). Среди лидеров по объему инвестиций — США, Китай, Япония, Франция, Германия, Великобритания. Объем R&D-инвестиций в мире оценивается примерно в $1 трлн, из которых примерно пятая часть приходится на медицину и здравоохранение (второй по объемам инвестиций сектор НИОКР после ИТ-индустрии).
— Какие основные тренды развития в мировом R&D?
— Все более популярным становится аутсорсинг, когда компании размещают исследования и разработки в других странах. Им это выгодно прежде всего из-за экономии на издержках. Согласно данным глобального исследования City Investment Research & Analysis, 75% фармкомпаний в ближайшее время планируют вывести область разработок на аутсорсинг. При этом они считают, что аутсорсинг надо разводить по разным компаниям-провайдерам, поскольку это минимизирует риски. Среди других наблюдаемых сегодня трендов: от услуг аутсорсинга компании-провайдеры постепенно становятся стратегическими партнерами компаний-заказчиков, оставляя big pharma только работу с ноу-хау.
— Какие страны сейчас наиболее привлекательны для инвестирования в R&D?
— Подавляющее большинство компаний предпочитают Азию. Сейчас лидирует Китай по таким параметрам, как качество работы и услуг, скорость разработок, быстрая окупаемость. У Индии главный козырь то, что мы называем техническими талантами: там традиционно много сильных, одаренных разработчиков. Рынки аутсорсинга по R&D сейчас показывают большой рост. К примеру, если в 2007 году рынок аутсорсинга на разработки новых лекарств в Китае оценивался в $5,4 млрд, то к 2014 году планируется вдвое больше — $11,4 млрд. Для небольших биофармацевтических компаний R&D в Китае это практически единственный вариант проведения качественных токсикологических и химических исследований, поскольку в противном случае они должны создавать собственную инфраструктуру, что дорого и неприемлемо для венчурных компаний, которыми они, по сути, являются.
— На какие риски идут компании, размещая R&D в Китае?
— Конечно, риски есть, и это прежде всего хищение интеллектуальной собственности, потеря контроля, регуляторные риски. Это своеобразная плата за дешевизну.
— Как вы оцениваете отрасль R&D в России?
— Я знаю, что у стран Восточной Европы, в том числе и России, большой рынок клинических исследований, но отрасль разработки новых препаратов в России очень молодая и о ней мало что известно на мировом рынке R&D.
— Что нужно сделать в России для того, чтобы отрасль развивалась?
— Основная проблема в том, что нет достаточной поддержки со стороны государства, а также нет истории продвижений разработанных препаратов и их продаж, что чрезвычайно важно при разработке и выводе на рынок новых препаратов. Для развития и продвижения отрасли исследований России необходима господдержка. Например, у Индии богатая история разработок новых лекарств. А у Китая сейчас очень мощная поддержка со стороны государства. В феврале китайское правительство анонсировало программу по развитию R&D страны, согласно которой до 2020 года будет вложено до $112 млрд общих инвестиций в эту сферу. Таким образом, создаются условия для привлечения международных компаний в разработку лекарств на территории Китая. Практически по всей стране с правительственной поддержкой создаются биотехнопарки со специальными, замечу, очень выгодными условиями. Такой поддержки или нечто подобного мы не видим в России.
— Насколько важна в отрасли разработок инициатива и роль самого научного сообщества для развития R&D?
— Это тоже большая проблема для России. Кроме отсутствия господдержки и промоций сейчас в России практически нет научных работ в главных научных международных журналах об исследованиях и разработках, нет их продвижений. Люди должны общаться между собой — только в научных дискуссиях возникают новые идеи. При отсутствии такого рода общения разработчики будут копировать работы друг друга, а это не самый лучший путь для развития отрасли. Культура создания инфраструктуры знаний, обмена информацией и ее анализа, кстати, отсутствует и в Китае, в отличие от США.