Коротко


Подробно

 Скандал в Нижнем Новгороде


Бывшему картежнику платили из бюджета

       Расследование нецелевого использования кредита в $30 млн, выданного Минфином России Навашинскому судостроительному заводу "Ока", постепенно выливается в громкий скандал. После ареста 68-летнего директора судостроительного завода Александра Кислякова, которому инкриминировали получение взятки, прокуратура Нижнего Новгорода объявила в розыск предпринимателя Андрея Климентьева. Ему заочно предъявлено обвинение в даче взятки. Одновременно оба проходят свидетелями по делам о незаконных сделках с валютными ценностями и о мошенничестве в особо крупных размерах. Все эти дела связаны с использованием кредита. Впрочем, предприниматель Климентьев виновным себя не считает: он уверен, что его преследование организовано губернатором Борисом Немцовым. Немцов в свою очередь это отрицает. В целом обстановка в городе накалилась так, что прокурор Нижнего Новгорода Владимир Шевелев попросил местную прессу воздержаться от дальнейших комментариев конфликта до конца расследования, так как это может быть расценено как давление на следствие.
       
Бизнесмен со стажем
       Андрей Климентьев хорошо известен в Нижнем Новгороде с 1982 года, когда он и два его младших брата были осуждены по ст. 228 УК СССР за "изготовление и распространение порнографической продукции". Братья Климентьевы устраивали домашние просмотры видеофильмов самого различного содержания: от "Крестного отца" до "крутого порно". Младшие братья получили по 2,5 года. Андрея уличили же еще и в "попытке мошенничества в особо крупных размерах" (ст. 147), потому что у него нашли какие-то приспособления, которые суд признал "оборудованием для шулерства". Поэтому ему дали 8 лет лишения свободы. Трем братьям не помог авторитет отца, директора областного объединения "Сельхозтехника", имевшего вес в партийно-хозяйственной номенклатуре Нижегородской области.
       Отбыв срок, Климентьев ударился в бизнес и первый миллион рублей, по его словам, "сделал на объединении Германии". Потом он захотел перебраться в Норвегию, о чем поведал жителям Нижнего Новгорода в программе местного телевидения "Зачем ты уезжаешь, Андрей". Свой бизнес при этом он хотел вести в России. Но что-то не получилось, Климентьев остался и начал активно интересоваться проблемами судостроения. Он был вхож в "высший свет" руководства нижегородской обладминистрации и два года назад даже сыграл в теннис с Борисом Немцовым. Играли на деньги — на кону стоял миллион рублей. Опытный теннисист Немцов легко обыграл начинающего Климентьева и пожертвовал выигранный миллион детскому дому. Предприниматель сильно не расстроился: он был уверен, что его связи помогут ему хорошо заработать.
       
"Оке" ссудили $30 млн
       5 октября 1993 года в интервью нижегородскому еженедельнику "Капитал" Андрей Климентьев, рассказывая о своих деловых планах, отметил: "Завод заключил с одной из норвежских фирм, совладельцем которой я являюсь, очень выгодный контракт на строительство шести кораблей класса 'Ллойд'... Контракт вступит в силу при соблюдении определенных условий, главным из которых является приватизация завода". В этом же интервью он отметил, что в ближайшее время область должна получить $30 млн.
       Предсказание Климентьева сбылось через три месяца. 20 января 1994 года Минфин России и Навашинский судостроительный завод "Ока" (Нижегородская губерния) подписали кредитный договор. Заводу предоставили бюджетную ссуду в размере $30 млн сроком на два года под 15% годовых. Завод должен был потратить эти средства на "финансирование затрат, связанных с импортом оборудования по комплектации судов, строящихся на экспорт, и оснащение производства импортным оборудованием под строительство этих судов". Гарантом возврата ссуды стала администрация Нижегородской области. Накануне между нею и руководством "Оки" было подписано соглашение о том, что завод по разрешению администрации может использовать до $18 млн на приобретение импортного оборудования, устанавливаемого для выпуска судов проекта 00220, согласно контракту, представленному заводом в Минфин. Остальная сумма могла быть использована по разрешению администрации только "после завершения приватизации завода и полного распределения пакета акций". В случае нецелевого использования денег администрация предоставляла Минфину право прекратить кредитование и взыскать с завода сумму, использованную не по назначению.
       Под валютную ссуду заводу открыли счет в банке Нижегородский банкирский дом, инициатором создания которого была обладминистрация. Помимо "Оки" среди клиентов банка была норвежская фирма Aroco. Между нею и судостроительным заводом за четыре дня до заключения кредитного договора с Минфином был подписан контракт на разработку технической документации универсального сухогруза. Одним из владельцев Aroco был Андрей Климентьев. За разработку документации он запросил $750 тыс.
       В действительности, как было выяснено позже, эту документацию разработало Центральное конструкторское бюро "Вымпел" за $480 тыс. по договору с Aroco от 20 июня 1994 года. Климентьев же просто показал ее немецким специалистам, которые ее одобрили.
       
Непомерные траты
       Вообще бюджетная ссуда, полученная заводом, расходовалась на самые различные нужды. Так, в апреле 1994 года завод "Ока" купил 15-процентный пакет акций Нижегородского банкирского дома за $500 тыс. На видеокассете, которую демонстрировал Андрей Климентьев во время одной из пресс-конференций, директор завода "Ока" Александр Кисляков объясняет это решение просьбой председателя правления банка Бориса Бревнова "поддержать банк в период его становления". Правда, через полгода эти средства были заводу возвращены в виде рублевого эквивалента на момент сделки купли-продажи. В августе же завод открыл в банкирском доме депозит на $2 млн под 15% годовых сроком на год. В депозитном договоре указано, что расторгнут он может быть только по обоюдному согласию сторон. Когда начал разгораться скандал, банк по просьбе завода расторг депозитный договор и даже выплатил какую-то сумму за пользование этими деньгами.
       Были и другие траты бюджетных денег. Завод за счет кредита погасил ссудную задолженность, заплатил за электроэнергию, выплатил налоги, а также переводил свои средства на расчетные счета в Навашинском отделении Промстройбанка и в Навашинском Сбербанке, возможно, для выплаты зарплаты своим работникам. Никакого контроля за расходованием бюджетных средств не осуществлялось ни со стороны банка (он не был обязан это делать), ни со стороны администрации: по словам Бориса Немцова, завод не запросил ни одного разрешения на тот или иной платеж, а администрация расходами не интересовалась.
       Единственным человеком, продолжавшим активно интересоваться судьбой бюджетных денег, был Андрей Климентьев. Он вообще собрался принять самое непосредственное участие в судьбе "Оки". Летом 1994 года на чековом аукционе он купил 30-процентный пакет акций завода. В июле 1994 года Климентьев зарегистрировал в Норвегии фирму Russian Shipping A. S. с уставным капиталом 50 тыс. норвежских крон (примерно $8 тыс.), которая уже 1 августа заключила с заводом "Ока" контракт на сумму $13,656 млн о поставке судового оборудования на условиях 50-процентной предоплаты. В контракте была утверждена схема оплаты, которая выполнялась заводом очень скрупулезно. Правда, один платеж на $862 тыс. был направлен заводом в банк "Нижегородец". По объяснениям Климентьева, это было сделано для взаимозачета каких-то сделок. По другим сведениям, Климентьев купил судно "Ставангер", построенное заводом "Ока". Всего по контракту с Russian Shipping A. S. завод выплатил $5,3 млн.
       Помимо судостроения Климентьев открыл ночной клуб "Рокко" (каждому приезжающему в Нижний Новгород при поселении в гостиницу предлагают его посетить, потому что там "лучшие девочки в городе". — Ъ), начал ремонтировать гастроном и организовал вещевой рынок. Следует заметить, что все эти проекты начали осуществляться после перевода денег "Оки" на счета норвежских фирм Климентьева.
       Это не осталось незамеченным Борисом Немцовым. 9 сентября 1994 года у него состоялось совещание, на котором Нижегородский банкирский дом предоставил справку о том, как расходовалась полученная из Минфина ссуда. Но никаких конкретных мер по контролю за кредитом сделано не было. Правда, был приостановлен график выплат по контракту между заводом и Russian Shipping A. S. Тогда Климентьев закрыл счет своей фирмы Aroco в банкирском доме и перевел его в Инкомбанк. Вскоре у него появилась возможность повлиять на руководство завода: 26 января 1995 года он стал членом совета директоров АО "Навашинский судостроительный завод 'Ока'". Через несколько дней по его инициативе из Минфина России пришло письмо, в котором сообщалось, что из-за нецелевого расходования бюджетных средств выделение денег прекращается до расторжения депозитного договора с Нижегородским банкирским домом. Кроме того, Минфин был вынужден принять меры к взысканию с администрации Нижегородской области выданной заводу ссуды в размере $18 млн и соответствующих процентов за ее использование. Тогда Борис Немцов заволновался.
       
Борьба за диктатуру капитализма
       Первым делом Немцов создал комиссию, которая рассмотрела материалы и обнаружила, что за границу утекло много денег, а лицензии ЦБ (она необходима в соответствии с письмом Центробанка от 25 октября 1994 года) у завода не было. Поэтому 7 марта прокуратура возбудила уголовное дело по ст. 1627 ч. 2 УК России (нарушение правил о валютных операциях).
       Климентьев моментально на это отреагировал. Он организовал общественно-политическое движение "Правый берег", основную цель которого определил как установление диктатуры частного капитала. Масла в огонь подлил ежемесячный рейтинг "100 самых влиятельных лиц Нижегородской области", где Климентьев оказался на втором месте после Бориса Немцова. Потом он переслал Владимиру Жириновскому пакет документов о расходовании бюджетных денег, хотя раньше поддерживал Немцова и его сторонников в борьбе против либеральных демократов, и потребовал организовать парламентское расследование. В городе заговорили о том, что Климентьев может выдвинуть свою кандидатуру на выборах губернатора области.
       Немцов ответил своему противнику. Для начала он обвинил Климентьева в присвоении государственных денег, хотя все перечисления валюты делались по указаниям директора завода Александра Кислякова. Затем губернатор представил общественности копии ряда платежных документов, свидетельствующих, по его мнению, о перечислении средств валютного кредита в уставный капитал одной из фирм Климентьева. По мнению Немцова, эти деньги использовались для покупки пакета акций "Оки" и приобретения объектов недвижимости в России. Климентьев тем временем настаивал на перечислении положенных 50% суммы контракта между Russian Shipping A. S. и заводом "Ока", обещая показать контракты на поставку оборудования для строящихся судов, заключенные с известными европейскими фирмами.
       На этом скандал несколько поутих. Следователи прокуратуры тем временем съездили в Норвегию. После этой поездки 23 июня 1995 года было возбуждено уголовное дело по ст. 147 ч. 3 УК России (мошенничество) в отношении Кислякова и Климентьева. 13 июля Александру Кислякову было предъявлено обвинение в получении взяток на 214,92 тыс. норвежских крон (примерно $30 тыс.), которые были переведены Климентьевым на личный счет директора завода в одном из норвежских банков. На следующий день в отношении Андрея Климентьева было вынесено постановление о привлечении к ответственности за дачу взятки, с применением меры пресечения — ареста. Климентьев в прокуратуру не явился, поэтому обвинение ему не предъявили. Сам обвиняемый "ушел в очередной отпуск" — уехал из города с двумя телохранителями, и его местонахождение сейчас никому не известно.
       Время от времени он связывается с журналистами по радиотелефону. Корреспонденту Ъ он заявил, что дело с самого начала имело политическую окраску. Климентьев думает, что губернатор Немцов боится его как сильного противника на губернаторских выборах и поэтому хочет упрятать его в тюрьму. После губернаторских выборов дело потихоньку прикроют, так как никаких серьезных доказательств его вины у следствия нет. Обвинение в даче и получении взятки, как считает Климентьев, недоказуемо, а от обвинений в валютных махинациях и мошенничестве адвокаты его защитят, опираясь на документы. Губернатор Немцов в свою очередь отмечает, что Климентьев хочет заняться политикой, чтобы уйти от уголовной ответственности. Как бы то ни было, пока стороны обратились к одному и тому же очень известному московскому адвокату (свою фамилию он просил не называть). Ъ будет следить за развитием конфликта.
       
       АНДРЕЙ Ъ-ЧУГУНОВ
       

Тэги:

Обсудить: (0)

Газета "Коммерсантъ" от 28.07.1995, стр. 14
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение