В понедельник в Москве начался съезд европейских раввинов, который продлится до 25 августа. Главный раввин России БЕРЛ ЛАЗАР рассказал корреспонденту “Ъ” ПАВЛУ КОРОБОВУ о беспокойстве, которое у европейских евреев вызывает рост антисемитизма и экстремизма в странах Старого Света, и о том, готовы ли его единоверцы убеждать правительства своих стран снять с России санкции.
Главный раввин России Берл Лазар
Фото: Виктор Коротаев, Коммерсантъ / купить фото
— С какой целью в Россию съехались раввины со всей Европы, какова цель этого съезда?
— Главная цель — это поддержать наших европейских единоверцев в сложное для Европы время, когда там идут всплески терроризма и антисемитизма. Многие евреи уже задумываются о том, если у них будущее в Европе. А наша позиция заключается в том, что убегать от террора нельзя. Террористы хотят посеять страх для того, чтобы люди чувствовали себя неуверенно и покидали Европу. Мы понимаем, что в этой ситуации нужно предпринимать какие-то действия, потому что нельзя, чтобы так продолжалось. Нужно, чтобы власти на местах предприняли правильные шаги, и общины знали, как реагировать в случае террора. Сегодня положение дел с антисемитизмом в России кардинально отличается от положения дел в Европе. Россия может стать примером для решения этих острых проблем, помочь найти выход из этой ситуации. Сейчас появилась уникальная возможность — Россия может помочь другим европейским странам решить вопросы, связанные с миграцией, терроризмом и антисемитизмом. Межнациональные, межрелигиозные отношения, которые сегодня складываются в России, на фоне того, что происходит в Европе, можно назвать уникальными.
— То есть основная цель съезда — обсуждение тяжелого положения евреев в Европе?
— Это обсуждение положения дел вообще, в целом в еврейских общинах, и в Европе, и в России, везде.
— А кто выступил инициатором этого съезда?
— Российская еврейская община предложила провести этот съезд. Последний раз такой съезд в России проходил 25 лет тому назад. Если в 1991 году раввины Европы увидели, что происходило в России в те годы, как начиналось возрождение еврейской жизни, формировалась община, то сегодня они могут увидеть реальные результаты нашего развития. Раввины могут ознакомиться с культурными, образовательными программами, которые мы разработали и реализуем сегодня. Для нас важно, чтобы они все увидели, как развивается еврейская жизнь в России.
— А почему пригласили только раввинов из Европы, а не пригласили раввинов с других континентов, из Америки, допустим?
— Можно было пригласить раввинов всего мира, но мы исходили из того, что сегодня самые острые проблемы стоят перед евреями Европы. В Америке не так страшно, не так тяжело евреям, как в Европе. В Азии и Африке более или менее спокойно. А в Европе тревожное время. Мы это обсуждали и с президентом России, когда была его встреча с представителями Всемирного и Европейского еврейских конгрессов. Мы понимаем, что терроризм и антисемитизм сегодня имеют очень опасные тенденции, и если не ответить на эти вызовы сегодня, то завтра эти проблемы могут захлестнуть весь мир. Если мы будем неправильно реагировать на угрозы террористов — бояться, убегать, то они в конце концов победят.
— Вы упомянули о встрече представителей Европейского еврейского конгресса с Владимиром Путиным, который, кстати, на этой встрече предложил европейским евреям переезжать в Россию. На съезде будут обсуждать эту инициативу?
— В России сегодня открыты двери для любого человека. Здесь действительно евреи чувствуют себя очень комфортно. Но наша цель — это не закрыть дверь какой-нибудь синагоги в Европе. Наоборот, мы хотим поддержать наших европейских братьев, чтобы они могли себя комфортно чувствовать у себя дома. Мы не хотим призывать наших европейских единоверцев бросить все в Европе, схватить чемоданы и уехать к нам в Россию или в Израиль. Необходимо решить проблему в самой Европе, чтобы сохранить европейское еврейство.
— В съезде участвуют только хасидские раввины?
— В основном хасиды и хабадники (представители течения «Хабад-Любавич», одного из направлений хасидизма.— “Ъ”), но есть и представители других течений.
— А сколько всего раввинов приехало на съезд?
— 500 раввинов из 38 европейских стран.
— На съезде будет подниматься вопрос о антироссийских санкциях? Вы не будете призывать своих европейских коллег посодействовать снятию этих санкций?
— У нас нет политических задач. Но я уверен, что раввины, увидев, что происходит в России, станут, если можно так сказать, нашими послами. Вернувшись домой, они будут рассказывать о том, что они увидели, какое отношение к религии в России. Но у нас нет задачи заниматься пропагандой, просить помощь. Пусть они сами посмотрят, что здесь происходит, сделают свои выводы и сами решат, как им дальше действовать.
— А вопрос, связанный с библиотекой Шнеерсона, которую требуют от России передать США американские хасиды, будет рассматриваться на съезде?
— Не надо думать, что раввины это какие-то политические деятели. Такие вопросы должны решаться на международной арене, между странами. Раввины должны заниматься своим делом — духовным развитием и защитой своих соплеменников, своих единоверцев, способствовать поднятию морального уровня жизни людей. Поэтому для нас главное — дать людям возможность получить религиозное образование, чтобы они могли беспрепятственно принимать участие в религиозных обрядах, чтобы они были защищены. Сегодня нужно обсуждать и отстаивать возможность в Европе производить обрезания, решать проблемы с запретом на производство кошерного мяса. Понятно, что есть раввины, которые пытаются заниматься какими-то политическими вопросами, например, библиотекой Шнеерсона. Но это для нас не главная задача. Слава богу, в вопросе с библиотекой найдено промежуточное решение, и я не думаю, что нужно обсуждать этот вопрос дальше, потому что это не приведет к какому-то новому результату.
— Недавно во Франции, в Страсбурге произошло нападение на раввина, который получил ножевые ранения, и это не единичный случай в Европе. У вас есть рецепт, как противостоять таким нападениям?
— Этот раввин наш друг. Он должен был быть на этом съезде, к сожалению, его не будет. Главная задача съезда — понять, как реагировать на такие вызовы. На мой взгляд, еврейские общины должны сами защищать себя. Должна быть своя охрана, необходимы антитеррористические меры, как в Израиле. Но также необходима и помощь государства. Нужно обращаться к властям, донести до них, что если они сегодня не пойдут навстречу нам и не помогут, то это проблема из еврейской станет общеевропейской. Начнут с евреев, а закончат остальными национальностями Европы. Необходимо наладить межрелигиозный диалог в Европе. Здесь хорошим примером может послужить Россия, где сегодня религиозные лидеры, национальные лидеры встречаются, решают возникающие вопросы. Нельзя сидеть, закрывшись в синагоге, и думать, что я ни с кем не буду общаться, и мне будет хорошо. Сегодня нужно искать союзников, готовых бороться с проявлениями терроризма и экстремизма. Европа должна наконец понять, что нападения на раввинов, евреев — это проблема не только еврейской общины, это проблема всей Европы, и в решении ее должны участвовать все.