Власти Эстонии сделают все возможное, чтобы вернуть осужденного за шпионаж в России Эстона Кохвера. Об этом заявил глава МВД страны Ханно Певкур. Псковский областной суд осудил сотрудника полиции безопасности Эстонии на 15 лет заключения и штраф в 100 тыс. руб. за шпионаж, контрабанду, ношение оружия и незаконное пересечение госграницы. В парламентской комиссии Эстонии полагают, что Кохвера могут освободить по амнистии или обменять, например, на осужденного в Эстонии за шпионаж в пользу России Алексея Дрессена. Доцент кафедры уголовного права юридического факультета МГУ Глеб Богуш ответил на вопросы ведущей «Коммерсантъ FM» Анны Казаковой.
Фото: Василий Шапошников, Коммерсантъ
— Насколько реальны такие сценарии, которые рассматривают в Эстонии, обмен, амнистия?
— Это не первая шпионская история такого рода, когда иностранные граждане осуждались российскими судами за шпионаж. Наиболее известный случай, который многие помнят, — история с Эдмондом Поупом --американским гражданином, который был в 2000 году осужден. И тоже был в итоге вроде бы помилован. Было такое решение. Так или иначе, вопросы эти очень часто разрешаются не юридическим, а дипломатическим путем. Что касается сценариев, которые эстонская комиссия рассматривает, речь идет не об амнистии, а все-таки о помиловании в этой ситуации. Потому что амнистия принимается в отношении широкого круга лиц. Не в отношении одного лица. Помилование возможно только после осуждения. Приговор в отношении Кохвера еще в силу не вступил. Предстоит, скорее всего, апелляционное обжалование, и только после решения апелляционной инстанции приговор вступит в силу. Поэтому это возможно. Также рассматривается вопрос обмена. Здесь есть разные механизмы. Россия и Эстония являются участниками европейской конвенции о передаче осужденных лиц. Эта конвенция тоже предусматривает вариант отбытия наказания на территории государства, гражданином которого является Кохвер. То есть этот механизм тоже может быть задействован. Возможностей довольно много.
— А прецеденты были между Эстонией и Россией?
— Прецеденты какие именно?
— Обмена между Эстонией и Россией?
— Между Россией и Эстонией таких прецедентов не было. Но, тем не менее, это не первая история с осуждением, в том числе сотрудника эстонских спецслужб, который был осужден за шпионаж в пользу России, поэтому здесь варианты эти возможны. Но, строго говоря, это лежит больше в сфере внешней политики и дипломатии, чем в вопросах права. Правовые вопросы комментировать довольно сложно, поскольку пока текст приговора неизвестен. Скорее всего, и не будет известен, поскольку часть материалов носит секретный характер. Очень мало известно о процессе, то, как проходил процесс, в силу того, что он был закрытым.
— Можно ли говорить о серьезных последствиях для России в случае отказа обменять или отпустить эстонцев, потому что история-то уже вызвала большой общественный международный резонанс?
— Это вопросы политические, резонанс пока носит политический характер. Высказываются политики, представители внешнеполитических ведомств. Что касается правовых механизмов, они существуют, заложены в международных конвенциях. Это могут возникнуть вопросы и по вопросам консульской конвенции, это дипломатическая защита, вопросы о том, как утверждает опять же эстонская сторона, нет для этого достаточных оснований полностью на это полагаться, что не были допущены представители консульства, по крайней мере, в начале процесса. Также возникают вопросы, что предъявляется сейчас России, это то, что не соблюдены были требования справедливого судебного разбирательства, эти вопросы могут рассматриваться. Если поступят жалобы в Европейский суд по правам человека, для этого нужно, по крайней мере, пройти судебные инстанции в России. Необходимо, чтобы все-таки чтобы было окончательное судебное решение. Пока его нет, и эти разговоры пока носят такой больше эмоционально-политический характер, хотя, конечно, сама ситуация нестандартная в виду обстоятельств задержания. Это действительно нетрадиционный случай, когда в неопределенной ситуации он был задержан, и версии, которые излагают эстонская сторона и российская сторона, прямо противоположны, грубо говоря, взаимоисключающие.