Русификация добычи нефти
The New York Times, Нью-Йорк, США
Фото: Семен Майстерман/ТАСС
Американские и европейские санкции против российской нефтяной отрасли несколько поубавили амбиции западных нефтяных компаний по бурению скважин в Северном Ледовитом океане. Тем не менее бурение будет продолжаться, как неустанно повторяют российские чиновники и представители государственной нефтяной компании с тех пор, как санкции вступили в силу...
Вместо того чтобы сдаться под давлением западных санкций и заморозить проекты на арктическом шельфе в связи с прекращением обмена технологиями, россияне вынашивают планы "русифицировать" технологии и развивать проект по извлечению нефти из Северного Ледовитого океана... "Роснефть" договорилась арендовать у "Газпрома" четыре российские установки для бурения льда на тот случай, если к следующему лету нефтяная компания Exxon все еще не будет иметь возможности вести работу из-за санкций. "Роснефть" также заказала шесть буровых установок у North Atlantic Drilling, подразделения норвежской компании Seadrill, по контрактам, заключенным в июле и исключенным из-под действия санкций. Кроме того, Россия находится в начальной стадии переговоров с Китаем об отправке буровых установок из Южно-Китайского моря в Северный Ледовитый океан. Этой весной, когда нависла угроза санкций, "Роснефть" купила у компании Weatherford активы по бурению скважин в России и Венесуэле, добавив их к собственным аналогичным активам...
Некоторые представители нефтяной промышленности считают российский ответ блефом, утверждая, что у "Роснефти" нет ни навыков, ни капитала для бурения нефти в своих 42 офшорных лицензионных блоках, поскольку ранее в рамках совместных предприятий западные компании финансировали и управляли геологоразведочными работами...
Страна готовится взяться за сложную и колоссальную по масштабам задачу по бурению нефти под арктическими льдами. Россия подключит доставшиеся от Советского Союза технологии, в том числе единственный в мире флот атомных ледоколов. Эти удивительные и невероятно мощные машины с такими именами, как "50 лет Победы" и "Ямал", круглый год работают в Северном Ледовитом океане. "Давайте не будем недооценивать их,— прокомментировал пожелавший сохранить анонимность руководитель нефтяной компании, посетивший буровую платформу West Alpha компании Exxon.— Русским не привыкать к северу и холоду. Они полны решимости осуществить задуманное. Они могут все сделать самостоятельно"...
Beaver County Times, Бивер, США
Духовное путешествие в Россию длиной в 18 лет
Джеймс Хейзен планировал провести в России всего полгода, а в итоге провел 18 лет и за это время был учителем, репетитором и послушником в монастыре.
В 1992 году Хейзен решил полгода поработать учителем-волонтером и узнал, что в Москве требуется педагог по английскому языку. "Мне там очень понравилось. Я жил замечательной жизнью, чувствовал, что нахожусь в святой России. Поэтому я выбросил обратный билет",— говорит Хейзен.
Он изучал русский в колледже и, когда жил в Калифорнии, помогал другим студентам в изучении языка.
"Когда я приехал, мне было очень сложно. Читать по-русски у меня получалось, но разговаривать было тяжело. Я мог разобрать два слова, а дальше приходилось угадывать, что собеседник имеет в виду",— вспоминает Хейзен.
Он жил жизнью обычного россиянина, и, по его словам, это было непросто с финансовой точки зрения: "Я жил, как все остальные люди, а они бедствовали. Люди ходили в советские магазины и никогда не знали, что они там найдут. Может быть, яблоки, а может, груши. Была сильная инфляция. Хлеб однажды подорожал с 2 до 15 рублей. Я тогда подумал, что такие высокие цены не продержатся, но на следующий день он стоил уже 30"...
Также Хейзен был послушником на болгарском подворье в Москве. "Я пел в хоре и участвовал в богослужениях утром и вечером. Среди моих обязанностей были преподавание в школе и уборка в святилище",— рассказывает он.
Россиян Хейзен описывает как очень дружелюбных людей: "Им нравились американцы. Им нравился Рональд Рейган. Они радовались, когда пала Берлинская стена. Мы были героями для них". Но отношение русских поменялось во время войны в Косово в 1999 году, когда силы НАТО бомбили Сербию. "Люди были в замешательстве. Они не знали, как это понимать. Один человек на улице сказал мне, чтобы я уезжал домой",— вспоминает Хейзен...