В театре "Школа современной пьесы" состоялась премьера спектакля "Без зеркал" по пьесе Николая Климонтовича в постановке главного режиссера театра Иосифа Райхельгауза. По традиции в спектакле заняты приглашенные звезды: Ольга Яковлева, Альберт Филозов, Михаил Ефремов. Художник-постановщик — Борис Лысиков.
"Мне сорок лет, но я молодо выгляжу", — говорил один из персонажей знаменитой пьесы Виктора Славкина. "Серсо", как известно, долго репетировали, потом долго выпускали, и в результате кто-то посоветовал драматургу изменить текст: "Мне 50, но я молодо выгляжу". С тех пор прошло еще 10 лет. И вот почти в тех же декорациях — правда, уже не в "Школе драматического искусства" Анатолия Васильева, а в "Школе современной пьесы" — собрались почти те же персонажи и вновь играют сорокалетних. Откровенная цитатность постановки Иосифа Райхельгауза вполне объяснима. Темы Славкина и Климонтовича схожи: сорокалетние, еще недавно ощущавшие себя молодыми, вдруг понимают, что они почти старики. Это потом в спектакле у Анатолия Васильева появилось много разных напластований. У Райхельгауза не появилось, зато претерпел изменения главный драматургический ход.
Известный ученый-ювенолог Павел Павлович (Альберт Филозов) унаследовал от отца, еще более известного ученого-геронтолога, не только профессию, но и дачу — хорошо знакомый по конструкции Игоря Попова старый подмосковный дом. Сам ювенолог наведывается туда не часто и в основном по обязанности: печку переложить. Каждый раз он вытаскивает из сумки подобранный на стройке и аккуратно завернутый в газету кирпич для печки и кусок сыра для старой сторожихи Сони. Иногда прикатывает на "Жигулях" его бывшая жена Вероника, но чаще всего здесь бывает сын Павлик (Михаил Ефремов) — студент-медик, очень похожий на своего отца (в смысле Филозова). Однажды, когда он ночует на даче с подружкой, там появляется элегантная женщина, назвавшаяся Анной — знакомой отца со студенческих лет. И происходит нечто трудно объяснимое с точки зрения здравого смысла. Павлик не только уверяет Анну, что это он отец, что его любовницей она стала двадцать лет назад здесь, на даче, и что за ним вернулась она теперь — он вручает ей "средство омоложения".
Далее с Анной должно было бы произойти примерно то же, что с одноглазой Надин из "Твин Пикса". Но респектабельная, по-парижски изысканная Ольга Яковлева, конечно, не может позволить себе того, что вытворяет эксцентричная героиня Линча. Фокус с ювенильным эффектом не проигрывается, лишь проговаривается. Актриса играет не сумасшедшую веру в то, что молодость вернулась и можно все начать с отправной точки — этой вот дачи. Она играет женщину, которая то ли не старилась вовсе, то ли состарилась так, что давно уже потеряла контроль над собственными эмоциями. И, не ощущая обмана, приходит в себя лишь тогда, когда вместо мнимого героя появляется подлинный, постаревший настолько, что эмоций и вовсе лишен.
Альберт Филозов играет очень старого человека. Он сед, немощен, с трудом несет свой кирпич и с еще большим трудом концентрируется на собеседнике. Он не помнит Анну не потому, что подобных сюжетов в его жизни переизбыток — просто жизни, в которой такое возможно, у него давно уже нет.
Это странное смещение возрастов и акцентов убирает из пьесы все заходы на абсурдизм, весь комедийный задор, оставляя одну голую мелодраму. А в этом жанре приглашенные Райхельгаузом актеры играют отлично. Да к тому же на расстоянии вытянутой руки: дача, как и в "Серсо", поставлена посреди зала, в полуметре от первых рядов.
От этого происходящее становится еще более трогательным, изысканным и ностальгичным. Настолько, что смерть сторожихи Сони воспринимается уже не как кульминация мелодрамы, а как долгожданная развязка в трагедии, лишь немного отдающей фильмом ужасов. И даже Ефремов-младший, пытавшийся было поначалу играть как написано, сдается: ему ведь на самом деле не двадцать, а тема старости вот-вот коснется и его тоже.
Все получается очень хорошо и очень понятно. Кроме одного: почему в "Школе современной пьесы", которую открыли современной драматургии ради, до сих пор не придумали, что с этой драматургией сделать, чтобы она совсем не мешала актерам играть, а те из зрителей, которым ближе к сорока, глядя на мертвую Соню, не задавались вопросом: неужели все, конец?
ЛАРИСА Ъ-ЮСИПОВА