Договоренность о встрече президентов России и Азербайджана была достигнута на октябрьском саммите СНГ. Поводом для визита Гейдара Алиева в Москву 17 ноября стало празднование 500-летия классика азербайджанской литературы Мохаммеда Физули. Кстати, по тому же случаю Алиев недавно посетил Турцию, а в итоге была достигнута предварительная договоренность об участии Анкары в экспортном обеспечении контракта между Азербайджаном и международным консорциумом на разработку нефтяного шельфа Каспия (о неправомочности контракта неоднократно заявлял МИД России). И в Москве Борис Ельцин и Гейдар Алиев эту проблему не обошли. Однако Ельцин, судя по официально объявленным итогам переговоров, опасений МИД не разделяет.
Коснувшись проблемы карабахского урегулирования, Ельцин высказался за необходимость "быстрейшего достижения всеобъемлющего политического соглашения". Он также подчеркнул, что Россия "прилагала и будет прилагать максимум усилий для скорейшего разрешения конфликта". Алиев, в свою очередь, засвидетельствовал готовность Баку пойти на ряд уступок. Не отказываясь от требования освободить "оккупированные армянской армией" азербайджанские территории, Азербайджан в то же время согласился (до определения статуса Нагорного Карабаха) на присутствие там армянских войск. Судя по всему, проблема Карабаха, где действует соглашение о прекращении огня, отошла все же на второй план. Именно вопросы экономического сотрудничества стояли в центре внимания на встрече президентов. Как заявил перед отлетом в Баку Гейдар Алиев, российский президент пообещал, что Россия в ближайшее время поставит в Азербайджан 300 тыс. тонн зерна по льготным ценам для смягчения хлебного кризиса.
По словам Алиева, по поводу каспийского контракта разногласий с Ельциным у него не возникло. Более того, российский президент, как отметил его азербайджанский коллега, "положительно отнесся" к участию в контракте России.
"Сделка века" была ратифицирована на этой неделе милли меджлисом, несмотря на многочисленные заявления МИД России, что контракт неправомочен ввиду неурегулированности правового статуса Каспия. И тщетность усилий российских дипломатов повлиять на ситуацию объясняется, в частности, желанием правительства участвовать (через "ЛУКойл") в каспийском проекте. Ситуация и на самом деле развивалась вполне спокойно. Между правительствами двух стран ранее было заключено соглашение о сотрудничестве в области энергетики, в котором российская сторона, в частности, признала существование азербайджанского сектора Каспия. Кроме того, в подписании контракта участвовал начальник главного управления международных отношений Минтопэнерго РФ Станислав Пугач, наделенный официальными полномочиями. В свою очередь, руководство "ЛУКойла" (обладающего 10-процентной долей в контракте) намерено, как заявил представитель компании на посвященной ратификации контракта пресс-конференции, "решать исключительно экономические аспекты разработки месторождений и быть вне политики". Так что беспокоиться Баку особенно не о чем, и в сложившейся ситуации ноты российского МИД можно просто игнорировать. А интернационализация каспийского контракта, которой удалось добиться Азербайджану (особенно после заявлений Баку о возможном — в случае согласия всех участников консорциума — присоединении к нему Ирана) делает его позиции еще более прочными. Что, видимо, и дало основание спикеру азербайджанского парламента Расулу Гулиеву недавно безапелляционно заявить, что об увеличении доли "ЛУКойла" в проекте не может быть и речи.
У России, тем не менее, остается еще шанс изменить положение — на стадии окончательного решения вопроса о транспортировке нефти, которой крайне озабочены в Баку. Но здесь уже чувствуется уверенная рука Анкары.
АНДРЕЙ Ъ-СМИРНОВ