В парламенте Швеции призвали ЕС конфисковать замороженные активы России
Член парламента Польши Магдалена Андерссон призвала ЕС изъять российские активы
Член парламента Швеции, председатель Социал-демократической рабочей партии Магдалена Андерссон призвала руководство Евросоюза конфисковать заблокированные российские активы.
Председатель Социал-демократической рабочей партии Швеции Магдалена Андерссон
Фото: Denis Balibouse / Reuters
Председатель Социал-демократической рабочей партии Швеции Магдалена Андерссон
Фото: Denis Balibouse / Reuters
«Заберите их (активы.— "Ъ") и используйте»,— сказала Магдалена Андерссон в интервью Politico. Так она отреагировала на опасения Брюсселя насчет изъятия активов из бельгийского депозитария Euroclear. Госпожа Андерссон призвала власти Бельгии урегулировать юридические вопросы, связанные с использованием средств.
После начала российской военной операции на Украине ЕС и страны G7 заморозили около €300 млрд российских активов. Большая часть средств хранится в Euroclear. Бельгия установила запрет на их использование, так как не хочет единолично брать риски в случае их возможного возвращения России.
Главное препятствие для конфискации замороженных российских активов связано с их правовым статусом: распоряжаться имуществом может только его владелец, а Бельгия не является титульным собственником этих активов. Европейские чиновники в январе 2024 года оценивали возможную конфискацию как несущую значительные юридические риски и способную повлиять на евро.
В декабре 2025 года Еврокомиссия предлагала регулировать не санкционные документы, а порядок управления заблокированными средствами. Это предполагало обязательство для финансовых учреждений направлять их, например, в определенный финансовый инструмент. Теоретически такой регламент можно принять квалифицированным большинством, однако его могут оспорить государства ЕС, финансовые учреждения и Банк России в Суде ЕС.
Финансовую ответственность предполагалось распределить между странами, а не оставлять ее Бельгии. В декабре 2025 года ЕС предлагал Брюсселю гарантии и фиксированную страховку от судебных исков и ответных мер, причем перечисление денег должно было начаться только после полного оформления гарантий. Euroclear при этом сохранял 10-процентный резерв на юридические риски, а Бельгия намеревалась его увеличить.