Дроны, клоны и путаны

В прокат вышел фантастический триллер «Код сна» (April X) Мишеля К. Паранди. Главную роль в картине сыграл Коннор Сторри — звезда канадского сериала «Жаркое соперничество». О еще одной (и не самой лучшей) строчке в резюме кумира миллионов рассказывает Юлия Шагельман.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Сериал «Жаркое соперничество» (Heated Rivalry), повествующий о сложных профессиональных и личных взаимоотношениях между канадским и русским хоккеистами, вышел на канадском стриминге Crave и на НВО в декабре 2025 года. К удивлению даже его создателей, шоу мгновенно стало глобальным феноменом, а исполнители главных ролей Коннор Сторри (он сыграл россиянина Илью Розанова) и Хадсон Уильямс, еще за неделю до начала съемок подрабатывавшие официантами, превратились в звезд со скоростью, изведанной разве что Леонардо Ди Каприо после выхода «Титаника». Их популярность сейчас подогревается ожиданием второго сезона «Жаркого соперничества», который снимается в Торонто.

Не удивительно, что продюсеры даже не низко-, а микробюджетной фантастики «Код сна», которой на роду было написано сгинуть на каком-нибудь стриминге двадцать пятого разряда, решили выпустить фильм в широкий прокат. Ведь два года назад они, сами не зная, заполучили одну из двух самых ярких звезд 2026 года.

В России силами прокатной компании «Леона» картина выходит за три недели до мирового релиза.

Действие «Кода сна» происходит в недалеком будущем, в городе N, который на экране изображает современный Бухарест. На то, чтобы замаскировать его под футуристический мегаполис, у создателей картины не было денег, и будущее здесь выглядит как мрачные постсоветские 90-е, будто Чаушеску расстреляли только позавчера. Единственное, что принес технический прогресс,—полицейские дроны, следящие за гражданами, и электронные вывески на домах и учреждениях. Правда, иногда появляются и старорежимные таблички на румынском вроде «Курить запрещается» или «Касса №18».

В этом городе живут близнецы Бакстер (Сторри) и Эйприл (Лилли Круг). Он поставляет синтетические человеческие органы криминальному авторитету по фамилии Кляйн (Шербан Павлу), а она спит и видит сны. Эйприл обладает способностью не только запоминать свои на удивление четкие и связные сны, но и записывать их на что-то вроде дискет, которые предлагает посмотреть знакомым. Те отказываются: кому интересны чужие сны? Но их почему-то очень хочет заполучить еще один злодей, которого (по крайней мере, в русском дубляже) зовут Сергей Каганович (Тудор Кирилэ).

Очередная сделка Бакстера с Кляйном идет не по плану, и парень оказывается в долгах, а тут еще и Эйприл пропадает. Брат берется ее искать, но на целых пять лет отвлекается на отработку долга перед Кляйном, а дальше узнает, что сестру похитил Каганович, чтобы понаделать из нее клонов и использовать их как проституток. Сны девушки ему нужны, чтобы загрузить их в сознание дубликатов. Зачем, честно говоря, сценаристы и сами не определились.

На словах все это звучит хоть и бредово, но хотя бы связно. На экране же сюжет двигается рывками, а диалоги звучат так, будто их авторы стараются вызвать у зрителей аневризму головного мозга.

Это рифмуется и с визуальным решением: из всех технических приемов здешнему монтажеру милее всего джамп-каты — резкие склейки, заставляющие кадр прыгать каждые пару секунд. Зато погони и прочий экшен разворачиваются невероятно медленно, как будто не только Эйприл, но и остальные герои засыпают на ходу. Даже Каганович гонится за главными героями на футуристичном байке, аккуратно соблюдая скоростной режим.

Будь «Код сна» поумнее, в нем можно было бы увидеть размышления на модную тему ИИ, который скоро напитается нашими опытом и воспоминаниями и вытеснит людей отовсюду. Но фильм оглушительно глуп и беспомощен, так что имеет ценность разве что в качестве иллюстрации того, через что будущим звездам иногда приходится пройти, прежде чем проснуться знаменитыми.