Бакал наполовину пуст

Арбитражный суд Челябинской области принял к производству заявление свердловского ОАО «Высокогорский горно-обогатительный комбинат» (ВГОК), которое требует включить задолженность в размере 2,2 млрд руб. в реестр кредиторов ООО «Бакальское рудоуправление» (БРУ). Разбирательство проходит в рамках дела о несостоятельности старейшего горнодобывающего предприятия Южного Урала, где в мае 2026 года введена процедура наблюдения. Ситуация осложняется тем, что обе компании входят в структуру научно-производственного регионального объединения «Урал» (НПРО) Владислава Шацилло, который в июле 2026 года был заключен под стражу по обвинению в мошенничестве. Юристы полагают, что предъявление миллиардных претензий внутри группы является попыткой менеджмента сохранить контроль над банкротством стратегического актива, однако риск субординации этих требований остается крайне высоким.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

В рамках дела о банкротстве ООО «Бакальское рудоуправление» Арбитражный суд Челябинской области принял к производству заявление свердловского ОАО «Высокогорский горно-обогатительный комбинат». Организация требует включить задолженность в размере 2,2 млрд руб. в реестр кредиторов. Для Бакала местное рудоуправление является градообразующим предприятием, однако последние шесть лет компания находится в состоянии финансового кризиса. По данным системы «СПАРК-Интерфакс», по итогам 2025 года чистый убыток БРУ составил 737,1 млн руб., а размер отрицательных чис­тых активов превысил отметку в 3,3 млрд руб. При этом годовая выручка предприятия сократилась до критических 66 млн руб. при штатной численности более 500 сотрудников, что свидетельствует о фактической остановке большинства производственных процессов.

Первая попытка признать БРУ несостоятельным длилась с 2019-го по начало 2026 года. В тот период суды неоднократно прекращали производство, поскольку предприятие находило ресурсы для точечного погашения долгов перед за­явителями непосредственно перед вынесением итоговых решений.

Однако в феврале 2026 года БРУ самостоятельно обратилось в суд с заявлением о банкротстве. На данный момент общий объем требований к организации приближается к 4 млрд руб. Помимо родственного ВГОКа, крупнейшим кредитором выступает межрайонная ИФНС №4 по Республике Башкортостан (1,4 млрд руб.). Еще около 304 млн руб. требует ПАО «ВТБ», а администрация Саткинского муниципального округа пытается взыскать более 100 млн руб. недоимок.

Параллельно с арбитражными спорами развивается уголовное преследование основного владельца группы НПРО «Урал» Владислава Шацилло. Его арест Ленинским районным судом Ниж­него Тагила стал итогом конф­ликта с крупнейшими поставщиками энергоресурсов — структурами «Т Плюс» и «Россети Урал». По версии следствия, господин Шацилло может быть причастен к мошенническим схемам и умышленному уклонению от расчетов за тепло и электричество. Защита называет обвинение надуманным, однако процессуальный статус бенефициара лишает компанию возможности оперативно решать вопросы докапитализации. Ситуация усугуб­ляется и структурой владения: 75% уставного капитала БРУ принадлежит офшору Atop International Group Limited (Британские Виргинские острова), что закрывает предприятию доступ к мерам прямой государственной поддержки.

В Челябинской области вопрос будущего БРУ вынесен на уровень оперативного штаба при министерстве промышленности региона. В январе 2026 года на встречах с трудовым коллективом чиновники и представители прокуратуры обсуждали возможность национализации предприятия. Однако экс­перты указывают на отсутствие в законе о банкротстве прямого механизма изъятия актива в доход государства.

По мнению партнера юридической фирмы «Рус­там Курмаев и партнеры» Олега Пермякова, сценарий «Макфы» в данном случае маловероятен: изъятие долей в обществе с дырой в балансе в 3,3 млрд руб. не погасит долги перед кредиторами. Единственным реалис­тичным путем смены собственника видится продажа имущественного комплекса на торгах единым лотом в рамках конкурсного производства.

Серьезным оппонентом холдинга выступает ФНС. По мнению опрошенных «Ъ-Южный Урал» экспертов, налоговая служба располагает всеми данными отчетности, чтобы проверить, была ли хозяйственная деятельность между компаниями реальной. Любое новое требование в реестре размывает долю государства в конкурсной массе, поэтому ведомство будет последовательно добиваться понижения очередности «дружественного» долга.

Перспективы реанимации Бакальского рудоуправления после завершения наблюдения в августе остаются туманными, подчеркивают эксперты. Статус градообразующего предприятия дает властям рычаги для продления реабилитационных процедур, но без фундаментального решения проблемы высокой себестоимости руды и модернизации шахт, любые юридические маневры лишь затягивают финал финансового краха старейшего горного предприятия Урала. Наиболее вероятным исходом эксперты считают переход к конкурсному производству, которое позволит инвестору приобрести актив чистым от долгов и иностранного участия.

Ключевой интригой процесса остается судьба иска ВГОКа на 2,2 млрд руб. Включение такой суммы в реестр обеспечило бы холдингу НПРО «Урал» более половины голосов на собрании кредиторов, позволяя структурам господина Шацилло единолично определять кандидатуру управляющего и условия продажи имущества. Однако, как отмечает Олег Пермяков, аффилированность кредитора и долж­ника меняет режим проверки требований.

«Если суд квалифицирует этот долг как компенсационное финансирование — попытку собственника оформить помощь как возвратный заем, чтобы переложить риски на независимых кредиторов,— требование будет субординировано. В этом случае долг перед ВГОКом не даст права голоса на собрании. Трактовку ситуации осложняет и то, что сам свердловский комбинат находится в наблюдении, и его кредиторы объективно заинтересованы во взыскании этой дебиторской задолженности»,— поясняет эксперт.

Евгений Рыженьков