Коррекция цвета
Стоимость промышленных металлов падает
На мировом рынке меди, котировки которой в мае достигли исторических пиков, наметилась существенная коррекция. В начале июля этот металл потерял в цене более 10%. Но его стоимость все равно остается на одном из самых высоких уровней за последние годы. Дальнейшая динамика будет зависеть от торговой политики США, объемов промышленного спроса и показателей производства, но серьезного падения котировок эксперты не ожидают.
Фото: Евгений Епанчинцев / РИА Новости
Фото: Евгений Епанчинцев / РИА Новости
В июле на мировых рынках металлов началась существенная коррекция цен практически по всему спектру базовых промышленных активов. Котировки алюминия на Лондонской бирже металлов (LME) опустились к 20 июля до отметки $3,048 тыс. за тонну (падение на 6% месяц к месяцу), а никель рухнул до минимума с конца прошлого года и торгуется в районе $16,8 тыс. за тонну после падения на 13%.
Не избежала негативной динамики и медь, которая еще недавно демонстрировала исторические рекорды. Так, в мае 2026 года стоимость тонны этого металла на LME поднималась выше $14,5 тыс. В июне котировки пошли вниз и в середине июля достигли $13,1 тыс. за тонну, потеряв за месяц почти 11% своей стоимости.
Медь про запас
Единственным крупным рынком, где в настоящее время наблюдается обратная динамика котировок меди, являются США. На американской площадке COMEX фьючерсы на медь с поставкой в сентябре торгуются со значительной премией к лондонским ценам, превышая отметку $14 тыс. за тонну в эквиваленте на 7 июля.
Этот разрыв обусловлен тем, что импортеры стремятся максимально быстро завезти металл на территорию США на фоне возможного введения заградительных пошлин Section 232 на импорт рафинированной меди.
Впервые о намерениях установить 50-процентную ввозную ставку президент США Дональд Трамп заявил летом 2025 года. Стартовать мера должна была с 1 августа того же года, но в итоге власти отказались от ее реализации на фоне недостаточной собственной добычи в США. При этом американский Минторг все же рекомендовал установить пошлину на медь в размере 15% с 2027 года и повысить ее до 30% в 2028 году.
Такие риски стимулируют накопление запасов меди в США, что поддерживает рост котировок.
Кроме того, дополнительно их разгоняет спекулятивный интерес.
Введение администрацией Дональда Трампа тарифов Section 232 на импорт рафинированной меди (если такая мера все же будет утверждена) создаст устойчивую премию на бирже COMEX к котировкам LME и фрагментирует мировой рынок, считают эксперты. Как отмечает представитель «Норникеля», пошлины ударят прежде всего по производителям, включая американские компании, а налог на всю цепочку создания стоимости оплатит конечный потребитель.
В свою очередь, в крупнейшем поставщике меди — Китае — компании, занимающиеся ее плавкой, будут вынуждены перекладывать потери от выросших ввозных пошлин на горнодобывающие компании, считает менеджер «S+Консалтинг» Кирилл Широков.
На первый взгляд кажется, что ограничение импорта меди пошлинами создаст избыток металла на мировом рынке. Однако в реальности реализуется другой сценарий. Американские плавильщики, лишившись возможности закупать готовую медь, начинают агрессивно скупать доступный на мировом рынке концентрат (измельченную руду), чтобы загрузить собственные заводы внутри страны дешевым сырьем из Чили, Перу или Демократической Республики Конго. В результате плавильные заводы в Европе и Азии остаются без сырья — у них простаивают печи, падает предложение чистой катодной меди для местных покупателей, хотя физического объема металла под землей меньше не стало. Возникает ситуация бутылочного горлышка: готового металла мало, а конкуренция за сырье между переработчиками становится очень высокой.
В Китае эта проблема стоит так же остро. Огромное количество независимых китайских заводов вообще не имеют собственных шахт, а крупные холдинги зачастую обеспечивают свои мощности закупкой стороннего концентрата. Чтобы компенсировать потери от торговых барьеров при фиксированной биржевой цене готовой меди, они перекладывают издержки на горнодобывающие компании через инструмент TC/RC (treatment charge / refining charge) — комиссию за превращение грязного концентрата в чистый катод. Плавильщики требуют радикального снижения этой платы по внешним контрактам или директивно занижают внутренние трансфертные цены, если подразделения входят в один холдинг. Это делается ради сохранения рентабельности переработки и минимизации налогооблагаемой базы.
Поскольку биржевая цена едина для всех, единственный способ выжить производителям при падающей марже — максимально занизить себестоимость входящего сырья.
Помимо прямого требования скидок китайские предприятия используют толлинговые соглашения (предоставление производственных мощностей в аренду другим переработчикам), обрабатывая чужой концентрат почти бесплатно ради прибыли от продажи побочных продуктов основного производства, например серной кислоты. Также они добиваются уменьшения гарантированных объемов поставок в долгосрочных контрактах. Таким образом, торговые ограничения создают искусственный дефицит металла везде, кроме защищенного внутреннего рынка инициатора ограничений, нарушая баланс между теми, кто добывает руду, и теми, кто ее плавит.
С оглядкой на макроэкономику
При этом на мировой рынок промышленных металлов влияет не только торговая, но и кредитно-денежная политика США. Именно ее сейчас называют ключевым драйвером глобальной распродажи сырьевых товаров, начавшейся в июне и переросшей в заметную коррекцию рынков цветных металлов. Представитель российской металлургической компании «Норникель» объясняет июньское падение котировок сменой риторики Федеральной резервной системы США (ФРС).
С приходом на должность председателя ведомства Кевина Уорша рынок ожидал смягчения денежно-кредитной политики страны. Но макроэкономическая ситуация вынудила нового главу регулятора, напротив, ужесточить ее. 17 июня ФРС повысила прогноз инфляции до 3,6% в 2027 году против ранее объявленных 2,7%. Из-за высоких инфляционных ожиданий регулятору пришлось сохранить высокую базовую процентную ставку на уровне 3,50–3,75%, что поддерживает курс доллара.
Крепкий доллар США является одним из факторов, которые ограничивают дальнейший рост котировок меди и других металлов, так как делают сырьевые товары более дорогими для покупателей, использующих другие валюты. Кроме того, на цену меди давят опасения глобального замедления промышленного спроса, а также признаки охлаждения производственной активности в строительном секторе Китая — крупнейшего мирового потребителя меди.
В этих условиях участники торгов в США активно фиксируют прибыль после длительного периода роста цен, предпочитая выходить из длинных позиций в ожидании официальных заявлений Белого дома. В итоге американский рынок меди находится в состоянии хрупкого равновесия, когда любые новости о конкретных ставках пошлин могут мгновенно развернуть тренд, либо обвалив цены еще ниже из-за закрытия арбитражных возможностей, либо вызвав новый виток панических закупок.
Помимо монетарной политики США и рисков введения пошлин на рынок металлов влияют новости о прогрессе мирных соглашений на Ближнем Востоке, которые, например, ослабили опасения дефицита серной кислоты для производства алюминия, уточняет партнер Kept Наталья Величко.
Фундаментальный дефицит
Несмотря на временную коррекцию цен на медь, фундаментальных причин для их долгосрочного снижения на фоне ограниченного предложения нет, считают эксперты. «Структурный дефицит этого металла вызван истощением месторождений и отсутствием крупных открытий, выходом действующих рудников на пики производительности и снижением содержания меди в руде»,— говорит Кирилл Широков.
По итогам первого квартала добыча меди в мире выросла всего на 1,5%. Это связано в том числе с медленным восстановлением ряда крупных производств после аварий в Чили, Индонезии и ряде африканских стран. Так, самый большой в мире подземный медный рудник Эль-Теньенте в Чили пострадал в результате сильного землетрясения в августе 2025 года. Следом, с сентября 2025 по июль 2026 года, была остановлена добыча на индонезийском руднике Грасберг после оползня, что снизило производство здесь с 0,8 млн до 0,5 млн тонн в год. В Демократической Республике Конго объемы выпуска могут упасть на 0,1–0,3 млн тонн из-за затопления в мае 2026 года рудника Камоа-Какула.
Глобальный спрос на медь продолжает активно расти на 2% год к году, при этом выпуск в Чили, обеспечивающем четверть мирового предложения, уже снизился на 9% за пять месяцев, хотя местная комиссия Cochilco недавно пересмотрела годовой прогноз падения лишь до минус 2%, объясняет старший аналитик «Эйлер» Никанор Халин. До 2028 года ввод новых крупных месторождений не ожидается, что создает предпосылки для дальнейшего роста цен по мере осознания рынком проблем на стороне предложения.
Среди позитивных факторов, которые будут поддерживать котировки меди,— развитие альтернативной энергетики, электрического транспорта и дата-центров в Китае, США и других крупных экономиках, поэтому Кирилл Широков полагает, что цена может скорректироваться, но не опустится ниже $12 тыс. за тонну. Этот рубеж эксперт называет новой долгосрочной нормой. «Учитывая устойчивый спрос со стороны ВИЭ, электросетей и ИИ, дата-центров, цена на медь может сохраниться в коридоре $12,5–13 тыс. за тонну до конца текущего года»,— согласна Наталья Величко.
В «Норникеле» также уверены в дальнейшем стабильном спросе на медь. «Каждый дата-центр, каждый электромобиль, каждая солнечная панель — это килограммы красного металла. Мировой экономике уже сейчас нужен дополнительный миллион тонн меди ежегодно. И эта потребность будет только расти — вместе с гонкой за искусственным интеллектом и зеленым переходом»,— заявлял в начале июля директор департамента маркетинга и сбыта «Норникеля» Денис Шарыпин.
Национальная специфика
Падение мировых цен на медь создает дополнительные трудности для российских компаний. Ситуация и так сложная из-за геополитики: экспорт в Европу остановился. По словам начальника аналитического отдела компании «Риком-Траст» Олега Абелева, российские производители перенаправили свои поставки в Азию, Китай и Турцию. Однако перевозка сырья на эти рынки обходится дорого, а из-за слабых конкурентных преимуществ экспортеры из РФ вынуждены продавать его со скидкой к цене LME.
Никанор Халин объясняет, что новые американские торговые ограничения не создадут для российских экспортеров дополнительных проблем. По его словам, США запретили импорт российской меди еще с 2024 года, поэтому «их текущие меры на нас уже никак не сказываются». При этом основной объем российских поставок сейчас идет в Китай, где наблюдается острый дефицит сырья.
В свою очередь, Олег Абелев предупреждает о рисках для небольших частных компаний. Он отмечает, что показатели таких непубличных игроков очень сильно зависят от спотовых цен, то есть от стоимости металла при продаже «здесь и сейчас». Чтобы остаться на плаву при их падении, компаниям жизненно важно продавать товар разным покупателям по всему миру и максимально сокращать свои повседневные расходы.
Из-за этого эксперт видит вероятность переноса сроков строительства новых дорогих заводов и рудников.
Кроме того, сама стратегия отрасли меняется: вместо погони за экспортной выручкой главной целью становится выживание.
Для этого компании будут развивать внутренний рынок, создавая замкнутый цикл производства внутри страны. Проще говоря, одна и та же компания будет контролировать всю цепочку — самостоятельно добывать руду, выплавлять из нее металл и делать готовые изделия. Такой подход называется вертикальной интеграцией.
Представитель «Норникеля» считает маловероятным, что текущая просадка котировок меди приведет к пересмотру долгосрочных планов, так как все производители остаются прибыльными. Он призывает не сгущать краски, отмечая, что текущее снижение объемов производства меди в российском горно-металлургическом комплексе на 10% в первом квартале нивелируется низкой себестоимостью, а маржинальность производителей пока существенно не страдает.