Арбитражные сложности

В рамках ПМЮФ состоялась дискуссия на тему «Российский бизнес в трансграничных арбитражных и судебных спорах». В ней участвовали как представители российских ПДАУ, так и практикующие юристы-международники, затронув три ключевых аспекта и связанные с ними проблемы: выбор института и арбитражной оговорки, исполнение решения за рубежом, текущие практические вызовы и процедуры.

Российский арбитраж

Гендиректор Российского арбитражного центра (РАЦ) при Российском институте современного арбитража Валерия Сенаторова отметила, что в последние годы увеличилось число сложных и крупных споров конкретно в РАЦ и в целом выросло количество арбитражных оговорок на российские третейские суды. Подобные споры ранее передавались в основном в иностранные арбитражные учреждения, но в нынешних условиях санкционного давления бизнес стал отдавать предпочтение российским институтам, высказала предположение госпожа Сенаторова. Эти наблюдения подтвердил и заместитель председателя Арбитражного центра при Российском союзе промышленников и предпринимателей Михаил Савранский.

Господин Савранский привел статистику увеличения в их центре числа международных споров с участием сторон из стран СНГ и Ближнего Востока, что свидетельствует о формировании доверия к ПДАУ в России.

Решающими факторами при выборе российских арбитражных учреждений становятся, по словам госпожи Сенаторовой, исполнимость решений в российских судах и возможность вести процесс на русском или английском языках, оперативно общаться с командой, быстро решать технические вопросы. Кроме того, оба эксперта считают важным преимуществом российских ПДАУ невысокую стоимость спора по сравнению с зарубежными арбитражами, где размер сбора может оказаться больше цены иска.

Впрочем, старший юрист и лидер практики международного арбитража ООО СИБУР Даниил Петрух уверен, что размер госпошлины не имеет столь большого значения, гораздо важнее эффективность разрешения спора и перспектива исполнения решения, и в этом смысле российский арбитраж предпочтительнее российского госсуда. Также, по его мнению, важно сохранять конкуренцию между арбитражными учреждениями для повышения предсказуемости и сокращения времени разбирательства.

Зарубежный арбитраж

С 2022 года география арбитражей с участием российских лиц поменялась. Вместо традиционных европейских центров стороны чаще выбирают Гонконгский (HKIAC), Сингапурский (SIAC), Дубайский (DIAC) арбитраж, а также суд при Дубайском международном финансовом центре (DIFC).

Главными критериями выбора учреждения за рубежом стали его нейтральность и доступность. В связи с этим, по мнению господина Петруха, вопрос о дубайских арбитражных учреждениях остается открытым из-за политического аспекта и недавних решений по делу Wintershall. Сомнительным для российских сторон эксперты считают также и выбор SIAC, поскольку Сингапур входит в список недружественных стран, а его госсуды не всегда поддерживают решения внутреннего арбитража.

Партнер юрфирмы Mansors Владимир Хвалей отметил, что Сингапурский арбитраж сейчас является очень популярным для бизнеса из самых разных стран и поэтому весьма загруженным институтом, споры в нем рассматриваются неоправданно долго.

Дополнительную сложность при выборе учреждения, считает старший партнер LEVEL Legal Services Алексей Дудко, составляет фактор «геополитических качелей», поэтому выбор китайского (CIETAC) или гонконгского арбитража рискован, так как отношения между Россией и КНР могут измениться, а «яйца в одну корзину уже сложили». По мнению господина Дудко, российской стороне необходимо искать «якорную юрисдикцию», нейтральную и независимую, «между Востоком и Западом». В том числе поэтому у стран БРИКС появилась неправительственная инициатива создания Арбитражной академии по аналогии с Академией Международной торговой палаты (ICC). В ближайшие дни на ПМЮФ планируется ее презентация.

С точки зрения Владимира Хвалея, перспективными для россиян видятся арбитражные центры стран СНГ (Казахстан, Киргизия, Белоруссия, Узбекистан), а также Каирский арбитраж (CRCICA) и учреждения «экзотических» юрисдикций, например, центр Куала-Лумпура в Малайзии. В частности, в Бишкеке за прошедший год число международных споров выросло до 500, что подтверждает востребованность таких арбитражей, считает юрист.

Новые тенденции

Еще одним выходом для российских сторон может стать арбитраж ad hoc (создается для разрешения конкретного спора), считает Владимир Хвалей. Вместе с Алексеем Дудко он рассказал про антисанкционный протокол Арбитражной ассоциации: документ предполагает отказ от жесткой привязки к конкретной юрисдикции или институту. То есть стороны смогут формировать арбитраж ad hoc, а арбитры будут сами выбирать место разбирательства. Это весьма удобно, в том числе для исков с санкционным элементом, подчеркнул господин Хвалей.

По словам Алексея Дудко, накануне форума в комитете Совета федерации по международным делам была выдвинута инициатива российского бизнеса побудить отечественные Минюст и МИД взяться за системную работу по формированию базы международных договоров для защиты российских компаний и исполнения решений в странах Глобального Юга (Африка, Латинская Америка, Юго-Восточная Азия). Сейчас подобных договоров у России с ними нет, а принципы международной вежливости и взаимности не функционируют.

Партнер АБ ЕПАМ Владимир Таланов отметил, что в настоящее время практически все зарубежные споры с участием российских лиц связаны с санкционными регламентами ЕС №833/2014 и №269/2014. Между тем в своей практике спикер сталкивался с тем, что даже сами европейские арбитры не всегда понимали нюансы тех или иных санкций или и вовсе не знали о них. Это, по словам господина Таланова, повлекло новую «модную тенденцию» — затормозить процесс, отправив запрос в суд ЕС с просьбой разъяснить тот или иной антироссийский регламент. Примером подобной тактики может служить обращение Рижского окружного суда по делу структуры ОЗК с латвийской компанией (см. “Ъ” от 3 марта).