Бочкой не вышли

В любой непонятной ситуации покупай валюту или недвижимость. Это золотое правило российского инвестора перестало работать в 2025 году, когда такие инвестиции показали скромные результаты. Но привычка переводить рубли во что-то более стабильное (например, вклады) осталась. Однако у рублевых депозитов есть реальные конкуренты.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Прошлый год справедливо признали годом облигаций: они принесли от 15% и выше в зависимости от класса на фоне проседания индекса Мосбиржи на 4%. Есть ли шансы, что с поддержкой со стороны высоких нефтяных цен и смягчения ДКП инвесторы в акции обгонят более консервативных конкурентов?

Казалось бы, все складывается как сценарий из учебника: снижение ключевой ставки, относительно «контролируемая» инфляция, высокие нефтяные цены — идеальный момент для входа в акции. Но нет. Мы видим активные распродажи и снижение индекса Мосбиржи с начала года уже почти на 10% с мартовских максимумов. И что тут можно возразить. Да, «падают» металлурги, строители и прочие, а нефтяники ощущают поддержку последние месяцы. Но и здесь ситуация неоднозначна. Индекс «Нефти и газа» снижается более чем на 12% с максимумов 2026 года и торгуется вблизи 7000 пунктов, как и в начале 2026 года. Выходит, цены на нефть не поддерживают российский рынок, а, наоборот, толкают его все ниже и ниже.

В чем же причина? На рынке ходят слухи про выход с рынка «нерезидентов», но я к этому отношусь настороженно. Возможно, когда-то скрытое станет явным, и все встанет на свои места. Но в текущий момент я бы выделил два других фактора — крепкий рубль и более жесткая денежно-кредитная политика Банка России, чем ожидалось рынком. И даже цена на нефть выше $100 за баррель, практически вдвое превышающая заложенные и в государственные, и корпоративные бюджеты, не помогает.

Самая простая и очевидная версия может оказаться верной. Рынок не верит в то, что трехзначные цены на нефть всерьез и надолго. Если даже Ормузский пролив откроют в ближайшие недели, то снижение цены будет плавным — восстановление стратегических запасов поддержит котировки в этом году. С другой стороны, проблемы с экспортом российской нефти из-за перебоев работы портов и нефтепроводов, возросшие издержки на ремонты и прочие сопутствующие мероприятия могут не позволить российским нефтяникам транслировать высокие цены в свою капитализацию.

В любом случае для России несколько плюсов очевидны:

дополнительные нефтегазовые доходы уже поступают в российский бюджет;

укрепление репутации России как надежного поставщика энергоресурсов (процессы диверсификации поставщиков будут нарастать среди стран—импортеров нефти и газа);

исторически рост цен на нефть благотворно сказывался на нашей промышленности, так что и в этот раз, если период высоких цен продлится еще хотя бы полгода, то вполне можно ожидать рост ВВП +0,5–1,5% по итогам года — это автоматом будет означать и рост ненефтегазовых доходов бюджета.

Однако есть и несколько минусов на пути к стабильному 2026 году:

неминуемый рост мировой инфляции. Пока про него активно не говорят и не оценивают. Для нас это будет «импортированная» инфляция, и сможет ли ее перекрыть крепкий рубль — большой вопрос. Кроме того, это в любом случае будет сжатой пружиной: при ослаблении курса мы получим удар по целевой инфляции. ЦБ будет вынужден быстро свернуть все смягчение ДКП;

крепкий рубль оказывает негативное влияние и на бюджет РФ, следовательно, рост дефицита выше планируемого также будет сказываться на траектории снижения ключевой ставки в негативную для рисковых активов сторону.

С учетом этих вводных мы приходим к ответу на вопрос — что же делать сейчас инвестору?

Рубль, по всей видимости, в течение лета будет оставаться довольно крепким. Поэтому время на формирование валютной позиции еще есть. Слабо предсказуемыми являются действия Минфина в части бюджетного правила. Все больше появляется соблазн при таких ценах его отменить в части регуляторных покупок валюты, а перейти в режим ручного управления и квазитаргетирования валютного курса с целью, скажем, 85–90 руб./$. Это решение краткосрочно поддержит бюджет и экспортеров, но долгосрочные негативные эффекты в части прозрачности государственной политики, предсказуемости ставок и доходности длинных ОФЗ могут оказаться слишком высокими.

Доля рублевых качественных облигаций в этой концепции может составлять вплоть до 80% портфеля. Дюрация — в зависимости от оптимизма инвестора, от двух до пяти лет. Но флоатеры (страхуемся от перемены политики Банка России) также в портфеле быть должны. Сегмент ВДО — очень точечно и совсем небольшая доля. В негативном сценарии количество проблемных эмитентов может существенно подрасти.

У внимательного читателя возникает логичный вопрос — а как же акции? Неужели 2600 по индексу все еще дорого?

Наш взгляд на акции в ближайшие недели крайне осторожный. И именно по тем причинам, которые были приведены выше. К сожалению, даже указание президента по удвоению капитализации фондового рынка РФ не сможет преодолеть те сдерживающие, а порой и блокирующие факторы роста российского рынка. Конечно, уровень 3000 не выглядит непокоримой вершиной, и при определенном стечении обстоятельств мы можем вырасти на 15% с текущего уровня в 2600 за несколько торговых сессий.

Для тех же читателей, которые не разделяют мой консерватизм и считают, что у акций более радужные перспективы, можно выделить несколько фаворитов в нефтегазовом секторе. Во-первых, префы «Сургутнефтегаза», дивидендная доходность по которым может превысить 15%. Но не сейчас, а на горизонте нескольких месяцев, как появятся более существенные признаки ослабления рубля. Во-вторых, акции НОВАТЭКа. СПГ-проекты компании выступают бенефициарами текущей геополитической напряженности на Ближнем Востоке, несмотря на существенные санкционные ограничения. Из-за конфликта сроки введения новых проектов (Катар, в частности) переносятся, а цены на СПГ могут оставаться повышенными. По мультипликаторам P/E и EV/EBITDA НОВАТЭК торгуется дешевле среднеисторических значений. Среди нефтяников выделю «Татнефть», акции которой могут продемонстрировать динамику лучше рынка. Компания в наибольшей степени выигрывает от роста цен на нефть и при сохранении благоприятных внешних условий может вернуться к более высокой норме дивидендных выплат.

Если расширить выборку до компаний и не из нефтегазового сектора, то здесь все стабильно и прозаично — «Озон», «Яндекс», «Сбер» и «Дом.РФ» с динамикой лучше рынка.

Резюмируя, мартовские события на Ближнем Востоке, апрельское заседание ЦБ и майская коррекция обострили дискуссию об идеальной точке входа в российские акции. Но наш ответ простой: можно долго спорить про уровень 2600, 2700 или 2400, а можно посмотреть, что в портфелях у клиентов под нашим управлением. А здесь доля акций на исторических минимумах. И этой стратегии мы пока придерживаемся.

Роман Семенихин, гендиректор УК «Ингосстрах-Инвестиции»