Нуаровые разводы

До российского проката добрался неонуар Джеффри Рейнера «Убийцы поневоле» (Lake George). Михаил Трофименков так и не понял, зачем ветерану сериальной индустрии понадобился этот опыт.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Невероятно, но так. Рейнер лет тридцать снимает сериалы, включая «Фарго» и «Коломбо», и знает все ходы и выходы сценарного дела настолько, чтобы в независимом полнометражном опыте избежать банальностей. Условно говоря, он из тех, кто пишет учебники сценарного мастерства для «чайников» с их неизбежными «арками персонажей».

Но «Убийцы поневоле», кажется, снимал как раз «чайник», причастившийся профессии по пресловутым прописям. Хороший ученик, старательный, грамотный, аккуратный, но не более того.

Все знают, что мораль нуара — «преступление не окупается», и любой самый хитроумный замысел героев должен патетически и кроваво провалиться не из-за цепочки случайностей, а из-за того, что, грубо говоря, нечего заповеди нарушать.

Но одновременно зритель должен вопреки всему поверить, что еще немного, еще чуть-чуть, и у лиходеев все срастется: ведь они заслужили крупинку простого человеческого счастья на крови.

Тому же, что у страхового агента-мошенника Дона (Шей Уигем), вышедшего из тюрьмы после десятилетней отсидки, что-то получится, не веришь никак. На его лице изначально написано: да, я знаю, что меня все предадут и подло убьют, но это знание не помешает мне встревать в один блудняк за другим. Несмотря, заметим, на тюремный опыт, который как-то на герое не очень отразился, если не считать покалеченной при невыясненных обстоятельствах руки и разбитой семейной жизни. А так: лохом сел, лохом вышел.

Под стать ему роковая женщина, столь же побитая судьбой, Филлис (Кэрри Кун). Поскольку Дон облажался перед «крестным отцом» Арменом (Гленн Флешлер), пахан кнутом и пряником ангажирует убогого Дона убить Филлис, свою любовницу и главную бухгалтершу: много знает, еще больше хочет и, вообще, сука, ненавижу.

Как только Дон с грехом пополам похищает ее и пакует в автомобиль, она, убедившись, что ее не пристрелят на месте, открывает рот и практически не закрывает его до конца фильма.

Филлис — ходячий учебник социопатии. Не говорит, а вещает с одной интонацией, как студент, получивший высший балл на экзамене по технике манипуляции.

Конспективно это звучит так.

Как тебя зовут? Дон? Ты меня убьешь, Дон? Нет, ты меня не убьешь. Потому что я забочусь о больной маме. А меня оклеветали. Я гениальный математик и вовсе не сосала половине Лос-Анджелеса. Отвези меня куда-нибудь далеко-далеко, ведь мы с тобой такие хорошие и такие несчастные.

Ага, вот ты и предал Армена! Знаешь, что он отрежет тебе сначала, а что потом, если поймает? Ой, что это ты позеленел? У тебя паническая атака: это не страшно, сейчас пройдет, вот, покушай пончиков.

Ладно, ты не хочешь, чтоб тебе что-нибудь отрезали. А миллион хочешь? А два? А то я знаю уйму нычек, которые никто не сторожит. И они как раз по пути к канадской границе, мы ведь туда направляемся, да?

Естественно, у каждого тайника найдется свой штатный или случайный страж, обреченный пасть от руки Филлис, пока Дон пытается удержать пистолет своей непокорной клешней. «Так получилось»,— пожимает она плечами а-ля незабвенный Аль Пачино из «Дика Трейси» (1990) Уоррена Битти.

Жертвы, как на подбор, страдают от избыточного веса. Рейнер хорошо усвоил заповедь братьев Коэн о том, что в каждом фильме обязательно должен быть «визжащий толстяк». Но один же, а не трое-четверо!

Забавно то, что Армен возглавляет не какую-нибудь, а армянскую мафию, слушает дудук, а его подручные кушают хачапури. Еще более колоритные армянские братки уже фигурировали в «Аноре» (2024) Шона Бейкера. Так что и тут Рейнер оказался позади.

Свой крестный путь «полезного идиота» Дон самоотверженно прошел до конца, закольцевав обреченной улыбкой первый и финальный кадры: все как «доктор» сценарного ремесла прописал.

Михаил Трофименков