Бенефициара подвели под налог
ФНС взыскивает 155 млн рублей с владельца и контрагентов «Югхимпрома»
Федеральная налоговая служба добивается взыскания более 155 млн руб. с контролирующих и аффилированных лиц ООО «Югхимпром» в рамках дела о банкротстве предприятия. Эксперты отмечают, что позицию налогового органа усиливает вступивший в силу обвинительный приговор в отношении бенефициара компании, однако исход спора будет зависеть от оценки причинно-следственной связи между действиями ответчиков и банкротством должника.
Фото: Егор Снетков, Коммерсантъ
Фото: Егор Снетков, Коммерсантъ
ФНС требует привлечь к субсидиарной ответственности на сумму 155,4 млн руб. бенефициара ООО «Югхимпром» Сергея Епископосяна, индивидуального предпринимателя Сергея Месропяна, а также ООО «Гранд Тур Логистик» и ООО «Р-Пласт». По версии налогового органа, они могли быть вовлечены в схемы по выводу средств должника, что привело к невозможности исполнения обязательств перед бюджетом.
Арбитражный суд Ставропольского края ввел в отношении компании процедуру наблюдения по заявлению УФНС в феврале 2026 года. Временным управляющим назначен Константин Мазикин, соответствующее сообщение опубликовано в ЕФРСБ.
ООО «Югхимпром» занимает одну из ведущих позиций на рынке полимерных ЭВА-композиций, с 2016 года организация поставляет производителям сырье. Завод выпускает различную продукцию из синтетического материала. В ассортименте — подложки под ламинат, коврики и маты. Также предприятие изготавливает компаунд, который применяется в обувной промышленности, указано на сайте компании.
Основанием для банкротства стала просроченная задолженность перед бюджетом и внебюджетными фондами. Изначально сумма долга превышала 220 млн руб., однако впоследствии была уточнена до 162,4 млн руб., включая основной долг, пени и штрафы. Основная часть требований включена в третью очередь реестра кредиторов.
По данным «СПАРК-Интерфакс», ООО «Югхимпром» зарегистрировано в Лермонтове в 2016 году и специализируется на производстве пластмасс и синтетических смол. Выручка предприятия в 2024 году составила 1,3 млрд руб., прибыль – 146 млн руб.
Основанием для заявления о субсидиарной ответственности стало уголовное преследование учредителя предприятия Сергея Епископосяна. В октябре 2025 года Лермонтовский городской суд признал его виновным в сокрытии денежных средств организации на сумму 118 млн руб., за счет которых должно было производиться взыскание налогов, и назначил штраф в 500 тыс. руб.
Суд установил, что при наличии задолженности и принятых ФНС обеспечительных мер средства выводились через счета сторонних компаний и третьих лиц, в том числе с участием ООО «Мануфактура» и ООО «Гранд Тур Логистик», что привело к невозможности исполнения налоговых обязательств.
На этом фоне налоговый орган инициировал вопрос о субсидиарной ответственности, посчитав, что действия указанных лиц повлияли на формирование задолженности.
По мнению опрошенных «Ъ-Кавказ» юристов, в этом деле у ФНС сформирована сильная доказательственная база, однако ключевые вопросы будут решаться в арбитражном процессе.
«Вступивший в силу приговор – бесспорный козырь ФНС, но не гарантия победы в споре. Больше не нужно заново доказывать базовые вещи: умысел, движение денег, круг участников схемы. Однако наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью расчетов с кредиторами арбитражный суд будет оценивать самостоятельно»,– полагает Артем Ковбель, партнер, руководитель практики банкротства и разрешения споров МКА «Магнетар».
По его словам, важным преимуществом налогового органа является то, что требования сформированы по итогам налоговой проверки — с уже выстроенной доказательной базой. Судебная практика в подобных спорах, добавляет он, складывается в пользу привлечения к ответственности всех участников схем вывода активов, даже без формальной аффилированности.
Сергей Конон, эксперт и управляющий партнер международной компании по оказанию корпоративных юридических и бухгалтерских услуг для бизнеса Vita Liberta, обращает внимание на риски исполнения судебного решения.
«Даже если суд взыщет всю сумму, это не означает, что деньги реально поступят в бюджет»,— подчеркивает эксперт.
По его словам, к моменту вынесения судебных актов ликвидные активы зачастую уже выведены, а их поиск требует дополнительных процедур — в частности, банкротства контролирующих лиц и оспаривания сделок. На практике фактическое взыскание по таким делам редко превышает 10-15%, особенно при сложной структуре активов.
Дополнительным фактором в пользу налогового органа выступают специальные презумпции закона о банкротстве, отмечает Павел Токарев, руководитель практики разрешения споров и сопровождения банкротств МКА «Советник права».
«Вступивший в силу приговор по налоговому правонарушению становится ключевым доказательством в спорах о субсидиарной ответственности», — говорит он.
Эксперт поясняет, что к ответственности могут привлекаться не только формальные контролирующие лица, но и иные участники схем, извлекшие выгоду из вывода активов. В таких случаях, как правило, применяется солидарная ответственность, если будет доказана согласованность действий.
По словам Павла Токарева, в подобных спорах действует презумпция вины, и именно ответчики должны доказать, что их действия не привели к банкротству компании. Суд при этом может снизить объем ответственности или освободить отдельных лиц от нее при доказанности номинального участия и содействия в выявлении бенефициаров.