Обе партии хуже

Середина второй каденции Дональда Трампа сопровождается серьезной эрозией его электоральной платформы. Рискованные шаги на международной арене, экономические трудности и жесткая миграционная политика уже отразились на рейтингах одного из лидеров республиканцев. Вице-президент Джей Ди Вэнс утратил статус безусловного фаворита президентской гонки-2028 — его догоняют губернатор-демократ Гэвин Ньюсом и госсекретарь Марко Рубио. Одновременно на фоне личной непопулярности лидеров обеих партий фиксируется исторический максимум независимых избирателей (45%), что свидетельствует о глубоком кризисе двухпартийной системы. Анализируя ситуацию, эксперты говорят скорее не о возможной победе демократов, а проигрыше республиканцев, от которых отворачиваются сторонники.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Война в Иране, нестабильность в экономике и жесткие подходы к борьбе с нелегальной миграцией практически раскололи электоральную платформу, которую Дональду Трампу удалось создать в ходе выборной кампании. На это указывают сразу несколько маркеров.

Ставки на президентские выборы 2028 года показывают, что вице-президент США Джей Ди Вэнс — потенциальный преемник Трампа — уже не явный фаворит.

Осенью 2025-го, исходя из ставок букмекеров, вероятность его победы составляла около 30%, губернатора Калифорнии демократа Гэвина Ньюсома — примерно 20%, Марко Рубио — около 5%. К марту Вэнс «просел» до уровня 20–21%, Ньюсом держится на отметке 18%, а Рубио почти утроил свои шансы, поднявшись до 15–16%. Рынок больше не верит в сценарий «наследник по умолчанию», отчего к вице-президенту вплотную подбираются не слишком популярный, но узнаваемый губернатор Калифорнии и госсекретарь-«ястреб».

При этом кандидатура Ньюсома остается для демократического электората «меньшим из зол» — его готовы поддержать из-за отсутствия альтернатив. В свежем опросе NBC у губернатора лишь около 27% позитивных оценок при 45% негативных, то есть он даже менее популярен, чем Дональд Трамп, который, казалось бы, сам давно превратился в символ токсичности.

У Трампа средний рейтинг одобрения во второй каденции держится на уровне 40% при устойчивом большинстве неодобрения (примерно 54%), и это один из худших показателей для действующего президента на аналогичной стадии второго срока.

В сравнении с Бараком Обамой Трамп выглядит слабее: Gallup давал Обаме в среднем около 46–47%.

Это падение рейтингов сопровождается глубоким структурным сдвигом. Доля тех, кто называет себя независимым, достигла рекордных 45% и стабильно обгоняет показатели обеих партий, причем она особенно высока среди поколения Z и более молодого сегмента миллениалов. Gallup фиксирует, что за последние 15 лет доля независимых почти постоянно держится на уровне 40% и выше, но нынешний максимум — качественно новое явление: он отражает сознательный отказ целых поколений от партийной привязанности.

Если «приписывать» избирателей к тем, кто им предпочтителен, демократы сегодня имеют хрупкий перевес: порядка 47% против 42% у республиканцев. Это зеркально разворачивает картину 2022–2024 годов, когда Республиканская партия имела преимущество по партийной идентификации и могла претендовать на роль «партии будущего» за счет прорыва в пригородах и среди части рабочего класса и молодежи.

Ключевая проблема в том, что этот новый перевес демократов не превращается в позитивную реальность для них самих. Опрос NBC, где сравнивают не только Трампа и Ньюсома, но и сами партии, показывает: демократы имеют около 30% благоприятных оценок при 52% неблагоприятных; республиканцы выглядят даже лучше — 37% против 51%. То есть обе партии находятся в «минусе», а растущий слой независимых видит в двухпартийной системе не свободный выбор, а навязанную дилемму.

В этом смысле Ньюсом как «меньшее зло» и Вэнс как «наследник Трампа» — не противоположности, а элементы одной и той же конструкции. Избиратели считают, что элиты подбирают удобных кандидатов внутри узкого коридора, тогда как общество голосует прежде всего против, а не за.

В краткосрочной перспективе это недоверие уже проявляется в цифрах по промежуточным выборам 2026 года. По generic congressional ballot (показатель положения партий) демократы устойчиво впереди: январский Emerson дает им 48% против 42% у республиканцев.

В отношении Палаты представителей такие значения означают серьезный риск для нынешнего республиканского большинства.

Борьба за Сенат для демократов сложнее: республиканцам повезло с набором штатов, за который пойдет борьба, и базовый сценарий по-прежнему предполагает сохранение республиканского контроля над верхней палатой.

Однако даже осторожные обзоры признают, что при неблагоприятном раскладе правящая партия может и там проиграть до четырех мест (сейчас у республиканцев 53 из 100). Все чаще звучит утверждение, что это будет скорее не победа демократов, завоевавших Сенат, а поражение республиканцев, его потерявших.

Екатерина Мур, Вашингтон