Коротко

Новости

Подробно

Газета "Коммерсантъ" от

 Адвокатская практика недели


       На этой неделе завершились сразу два судебных процесса, в которых адвокатам пришлось защищать своих коллег, оказавшихся на скамье подсудимых. В обоих случаях обвинение было связано с их профессиональной деятельностью. Оба суда закончились оправданиями адвокатов.
       А в Минюсте России речь в который раз шла о проекте нового закона "Об адвокатуре". Только если прежде его никак не могли окончательно разработать, то теперь в Думе никак не могут приступить к рассмотрению.
       
Российские адвокаты ждут принятия закона Думой
       Проект российского закона "Об адвокатуре", о перипетиях разработки которого так долго рассказывали мы в своих обзорах, уже два месяца как направлен в Госдуму. Однако дата его рассмотрения высоким собранием до сих пор не назначена, в связи с чем адвокаты выражают озабоченность. На прошлой неделе по этому поводу в Министерстве юстиции России была проведена пресс-конференция.
       
       В пресс-конференции участвовали замминистра юстиции Анатолий Степанов, президент Международного союза (содружества) адвокатов Георгий Воскресенский, вице-президент того же союза Михаил Гофштейн, председатель Союза адвокатов России Алексей Галоганов, глава Свердловской областной коллегии адвокатов Владимир Смирнов. Все выступавшие сошлись во мнении о том, что надо поскорее принимать этот крайне необходимый закон. Напомнили, что конференция Союза адвокатов России направила в Госдуму резолюцию с одобрением проекта и просьбой о скорейшем его принятии.
       Г-н Степанов рассказал о том, что законопроект позволяет любым адвокатам (членам каких-либо коллегий) создавать свои независимые конторы, а также работать на индивидуальной основе. Надо сказать, что законодательное закрепление таких прав адвокатами приветствуется. Принимать же в члены коллегий адвокатов будут практически по-старому — через квалификационные комиссии, образуемые президиумами адвокатских коллегий. При этом замминистра заявил, что комиссиям предстоит наряду с юридической подготовкой оценивать "артистизм, красноречие и даже внешний вид кандидата в адвокаты".
       Участники пресс-конференции критически восприняли заключение по законопроекту, данное Отделом судебной реформы и судопроизводства ГПУ президента России. Например, проект утверждает: адвокат не может занимать правовую позицию, противоречащую интересам подзащитного. А специалисты отдела с этим не согласны. Но адвокаты заявили о том, что нельзя допускать, чтобы защитник мог превратиться в обвинителя своего подопечного.
       Кроме того, на пресс-конференции выразили полное несогласие с предложенным Федеральной службой контрразведки дополнением о том, чтобы запретить адвокатам устраивать пресс-конференции и выступать в прессе в связи с производством по уголовным делам.
       Руководители адвокатуры обратили особое внимание на законодательное обеспечение профессиональной независимости адвоката. По законопроекту адвокат и члены его семьи "находятся под охраной государства", а органы внутренних дел обязаны (по заявлению адвоката) принимать меры по обеспечению их безопасности. Выступавшие еще раз подчеркнули важность статей проекта, которые гласят: адвокат не может быть подвергнут в качестве свидетеля допросу о том, что стало ему известно в связи с защитой своего клиента.
       Иностранным журналистам на вопросы о возможности выступления их соотечественников в российских судах разъяснили, что в принципе участие зарубежных адвокатов в нашем судопроизводстве не предусмотрено, однако такое может быть при условии специальных межгосударственных соглашений — тогда адвокаты договорившихся стран получат право выступать защитниками на чужой территории.
       
В Московской областной коллегии адвокатов
       В среду 20 июля президиум Московской областной коллегии адвокатов чествовал своего юбиляра — опытнейшего адвоката Михаила Руфмана из Люберецкой юрконсультации, которому исполнилось 70 лет.
       
       Адвокат Михаил Борисович Руфман родился в 1924 г. в семье медиков в Москве. С августа 1941 г. воевал водителем-механиком танка. В 1948 г. был демобилизован и поступил в ВЮЗИ, закончив который (1954 г.) три года работал юристом ГУМа. С 1957 г. — член Мособлколлегии. В Люберецкой юрконсультации работает 26 лет. Предпочитает вести сложные уголовные и гражданские дела. Супруга — доктор химических наук. Две дочери: одна выбрала профессию мамы, а другая работает в США в адвокатской фирме.
       
       Поздравляя старейшего адвоката коллегии Михаила Руфмана, его товарищи по работе сказали немало хороших слов о прекрасных душевных качествах и богатейшем профессиональном опыте юбиляра. Очень многие теперь уже опытные адвокаты Мособлколлегии — его бывшие ученики. Добрые слова, пожелания долгих лет жизни и здоровья продолжились в виде тостов на последовавшем за официальной частью банкете.
       
Московский адвокат отстоял честь красноярского
       В Назаровском райгорнарсуде Красноярского края адвокат Мособлколлегии Юрий Щиголев успешно защитил свою коллегу адвоката Ачинской юрконсультации Зухру А., которая обвинялась по ст. 17, 196 ч. 2 (соучастие в подделке документов, до 5 лет) и ст. 17, 183 (соучастие в понуждении свидетеля или потерпевшего к даче ложных показаний, до 2 лет) УК России. Суд согласился с доводами защиты и Зухру А. полностью оправдал. В этом деле любопытно и то, что среди красноярских коллег защитников у адвоката почему-то не нашлось.
       
       Адвокат Зухра А. вела непростое дело: ее 30-летний трижды судимый подзащитный был обвинен в изнасиловании своей 16-летней знакомой. Однако 28 июля во время следствия между обвиняемым и потерпевшей в СИЗО с разрешения местной администрации был зарегистрирован брак, а к делу приобщили справку о том, что потерпевшая беременна (что на самом деле не соответствовало действительности). По версии местной прокуратуры, адвокат Зухра А. якобы сама попросила врачей подделать амбулаторную карту потерпевшей и заключение врачебно-контрольной комиссии на предмет беременности. Кроме того, адвокат якобы склонила отца обвиняемого на подобный же разговор с врачом, при котором он угрожал врачу убийством. На основе этой версии Ачинская межрайонная прокуратура Красноярского края 12 октября 1993 г. возбудила против адвоката Зухры А. уголовное дело.
       Красноярская краевая коллегия адвокатов пошла навстречу следствию и отстранила Зухру А. от участия в деле об изнасиловании (хотя такой возможности закон не предусматривает). После возбуждения против нее уголовного дела Зухра А. была вынуждена обратиться за помощью в Союз адвокатов России. Защиту поручили члену Комитета по защите прав адвокатов Союза адвокатов России Юрию Щиголеву.
       Изучив ситуацию, г-н Щиголев ходатайствовал о прекращении уголовного дела против Зухры А., считая обвинение бездоказательным и незаконным. В частности, он заявил, что адвоката нельзя обвинять в соучастии в систематической подделке документов, поскольку систематичность предполагает фальсификацию доказательств три и более раз, тогда как врач-гинеколог лишь однажды совершил подлог справки-заключения, при этом он мог просто допустить ошибку. Хотя это ходатайство адвоката было отклонено, следствие согласилось с тем, что действия Зухры А. не носили систематического характера, и переквалифицировало их со ст. 196 ч. 2 (до 5 лет) на ч. 1 (до 2 лет).
       Летом 1994 г. дело Зухры А. было передано в Назаровский райгорнарсуд Красноярского края. На процессе адвокат Щиголев доказывал, что ни одного доказательства вины Зухры А. нет. Например, обвинение в том, что якобы она склонила отца обвиняемого к давлению на врача, не подтверждено ни одним допросом (еще до начала суда отец обвиняемого был убит в пьяной драке соседом). Адвокат обратил внимание и на то, что подделка документов, предусмотренная ст. 196 УК России, предполагает какую-то цель (например, для того чтобы разрешили брак с несовершеннолетней). Однако такой цели у Зухры А. явно не было, поскольку местная администрация и так пошла навстречу, а само бракосочетание состоялось как минимум за два дня до подписания ложной справки о беременности.
       Кроме того, адвокат доказывал, что юридически значимыми признаются документы, предоставляющие гражданам права или освобождающие их от обязанностей, возложенных законом. Но ни в одном из действующих нормативно-правовых актов не говорится о том, что справка о беременности предоставляет какое-либо юридическое право. В данном случае, по мнению адвоката, основанием для снижения брачного возраста и заключения брака послужила не беременность, а взаимное согласие молодых и их фактические брачные отношения.
       Суд согласился с доводами адвоката Щиголева и его подзащитную Зухру А. оправдал. Кроме того, суд вынес два частных определения в адрес Ачинской прокуратуры (по ходатайству адвоката) и Красноярской облколлегии адвокатов, обратив их внимание на грубейшие нарушения прав подсудимой Зухры А. Корреспонденту Ъ адвокат Юрий Щиголев сказал, что защищал диссертацию по теме о подделке документов, изучив при этом тысячи дел, и оказалось, что диссертация помогла защитить коллегу.
       
Милиционер как гражданин против адвоката ничего не имел
       На прошлой неделе был вынесен еще один оправдательный приговор в отношении адвоката, и обвинение было также связано с выполнением адвокатом профессиональных обязанностей. Дело было в Костроме, где известный адвокат Александр Клигман (Мособлколлегия) и местные адвокаты Наталья Нехайкова и Ольга Негорюхина отстояли костромского коллегу Николая Ш., обвинявшегося по ст. 15 ч. 2 (ответственность за приготовление к преступлению и за покушение на преступление), ст. 17 (соучастие), ст. 181 ч. 1 (заведомо ложное показание) и ст. 193 ч. 2 (угроза или насилие в отношении должностного лица, до 3 лет). В итоге все обвинения были судом сняты.
       
       Уголовное дело против костромского адвоката Николая Ш. было возбуждено летом 1993 г., а в октябре 1993 года он был арестован и провел в тюрьме две недели, после чего его выпустили по ходатайству защиты.
       Обвиняли адвоката Николая Ш. прежде всего в том, что он получил в СИЗО от своего подзащитного записку для передачи на волю. В ней были указания о том, чтобы дать ложные показания и "надавить" на потерпевшего. Когда при выходе из СИЗО адвоката попросили открыть дипломат, он разорвал записки и выбросил. Адвокат утверждает, что записки носили чисто семейный характер, а появление среди них "криминальных" объяснил провокацией милиции. Кроме того, Николая Ш. обвиняли в попытках уговорить потерпевшего дать ложные показания в пользу своего подзащитного, в чем потерпевший признался следствию. Еще одно обвинение связано с моментом ареста адвоката: когда милиционеры пришли в юрконсультацию за Николаем Ш., он отправляться никуда не пожелал. Как утверждал один из милиционеров, адвокат, сопротивляясь, ударил его (кровоподтеки на плече и на груди).
       Летом 1994 г. дело Николая Ш. было передано в Свердловский нарсуд Костромы. На процессе защита избрала тактику формального доказательства необоснованности обвинения. С одной стороны, факта передачи Николаем Ш. записок от своего подзащитного вообще не было, а кроме того, в обрывки записок бытового характера мог быть подброшен "липовый" компромат. Защита ссылалась и на показания свидетелей, подтверждающих, что адвокат не склонял потерпевшего к даче ложных показаний. По ходатайству защиты суд вызвал на процесс судмедэкспертов, которые заявили, что телесные повреждения могли быть нанесены милиционеру только каким-нибудь предметом. Но сам милиционер дал показания, что при аресте в руках у Николая Ш. ничего не было.
       Суд согласился с мнением защиты о том, что арест вообще был незаконным. Из чего следовало, что если бы адвокат при аресте и ударил милиционера — это следовало бы расценивать как действия против обычного гражданина, а не должностного лица при исполнении (кстати, милиционер заявил, что как гражданин гражданина он привлекать адвоката к ответственности не хочет). В общем, при любом толковании при таких обстоятельствах отсутствует сам факт преступления.
       Суд согласился с доводами защиты и в том, что Николаю Ш. не удалось склонить потерпевшего (даже если он предпринимал такие действия) к даче ложных показаний, а значит, и по этому эпизоду в действиях Николая Ш. состава преступления нет. В итоге суд, рассмотрев дело, полностью согласился с доводами защиты и адвоката Николая Ш. оправдал.
       
Дирижеру вернули право первого в очереди
       На минувшей неделе адвокат 150-й юрконсультации Альберт Мартынов в ходе слушаний в военном суде Московского гарнизона отстоял право первоочередности на получение квартиры для своего доверителя капитана Сергея Белова — дирижера военно-дирижерского факультета при Консерватории им. Чайковского. Дело в том, что жилищная комиссия факультета вычеркнула его из списка первоочередников, заменив капитана полковником (заместителем начальника факультета). Однако адвокату жилищные права дирижера удалось отстоять.
       
       Адвокат Мартынов рассказал корреспонденту Ъ, что Сергей Белов (проживавший с женой и малолетним сыном на 17 кв. м в коммунальной квартире) давно уже подал рапорт на улучшение жилищных условий. В декабре 1992 года он стал первоочередником. Однако в ноябре 1993 года жилищная комиссия факультета по указанию руководства сделала первоочередником другого соискателя — полковника, заместителя начальника факультета. Капитан Белов обратился в военный суд с иском, потребовав отменить это решение жилкомиссии и восстановить его в первоочередниках.
       Вскоре на факультет пришло сообщение о том, что имеется трехкомнатная квартира. Предполагая, что квартира может отойти полковнику еще до решения суда, Белов пригласил на заседание жилкомиссии адвоката Мартынова. Присутствие юриста, как полагает сам Мартынов, подействовало на членов комиссии, и те решили пока не выдавать полковнику ордер на эту квартиру, а дождаться решения суда.
       По словам адвоката Мартынова, сложность данной ситуации для дирижера Белова заключалась в том, что, подав иск, он навлек на себя недовольство руководства факультета (капитану угрожали увольнением из армии). Однако Белов решил бороться за жилплощадь до конца.
       Выступая в суде, адвокат Мартынов обратил внимание на нарушение жилищной комиссией и руководством факультета ст. 34 Жилищного кодекса России, где указано, что очередность на получение жилья может быть перенесена на более поздний срок только за злостное нарушение трудовой дисциплины, пьянство, хулиганство, хищения имущества. Капитан же лишился права на первоочередное получение жилплощади, не совершив подобных проступков.
       Кроме того, в приказе Минобороны #285 "Положение о квартирном довольствии" от 1975 года предусмотрено, что порядок постановки на учет определяется очередностью подачи рапортов на улучшение жилищных условий. Все это капитаном Беловым было в точности и соблюдено.
       Ответчики (жилищная комиссия) пытались объяснить свое решение тем, что полковник, зам начальника факультета, долго стоял в очереди на получение муниципального жилья, но так его и не получил. Адвокат объяснил это очень просто: он и не мог его получить. Еще в 1984 году члены жилищной комиссии посоветовали ему встать на очередь для получения муниципального жилья, хотя на его семью из четырех человек приходилось 32 кв. м, а по "Правилам учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений в городе Москве" должно было быть не более 5 кв. м на человека.
       Адвокат также заявил в суде, что решение комиссии вообще можно считать актом произвола, грубо нарушившим жилищное законодательство России. Суд с такой трактовкой согласился и восстановил капитана в первоочередниках на жилье.
       
       ОТДЕЛ ПРЕСТУПНОСТИ
       
       
       
       
       
       

Комментарии
Профиль пользователя