Дамаску потребовалось повторить

Президент переходного периода Сирии Ахмед аш-Шараа посетил Москву в среду, 28 января, спустя три месяца после своего первого визита в российскую столицу. Переговоры с президентом РФ Владимиром Путиным состоялись в тот момент, когда Дамаск приблизился к восстановлению контроля над всей территорией Сирии, в том числе над северными районами, где действуют курдские формирования. В зоне их влияния, в городе Камышлы, находится одна из трех военных баз России, статус которых регулярно обсуждается с сирийскими властями. Как сообщили лояльные к сирийскому руководству СМИ, господина аш-Шараа интересовала в Москве и другая тема — это активность бежавших в Россию генералов, соратников свергнутого президента Башара Асада. Как опасаются в Дамаске, они планируют взять реванш, подняв восстание в провинциях Сирии, населенных алавитским меньшинством.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Второй по счету визит Ахмеда аш-Шараа в Москву состоялся в среду, 28 января, накануне первой годовщины его официального вступления в должность президента переходного периода. В прошлый раз бывший полевой командир, возглавивший Арабскую Республику после краха режима Башара Асада, посещал российскую столицу всего три месяца назад — 15 октября 2025 года. Тогда он в беседе с президентом Путиным указал на необходимость «перезапустить комплекс отношений» между Москвой и Дамаском и познакомить Россию «с новой Сирией». Добиться этого, как продемонстрировали нынешние переговоры в Кремле, сторонам вполне удалось.

«Со времени нашей предыдущей встречи время не прошло даром,— констатировал президент РФ, открывая переговоры.— Многое сделано с точки зрения восстановления наших межгосударственных отношений. Удалось сдвинуть с мертвой точки и уровень взаимодействия в экономической сфере». Ведомства двух стран нарастили свою работу после предыдущих переговоров на высшем уровне, указал российский лидер. Он напомнил, что с момента установления дипотношений между Россией и Сирией «на межгосударственном уровне никогда не было никаких мрачных страниц». «Но сейчас, в новых реалиях, благодаря в том числе и прежде всего вашим усилиям, отношения между Сирией и Россией развиваются»,— сказал Владимир Путин.

Со своей стороны господин аш-Шараа поблагодарил Москву за содействие в стабилизации обстановки не только в Сирии, но и в регионе. «Мы надеемся, что эти усилия будут продолжаться до тех пор, пока регион Ближнего Востока не выйдет на более высокий уровень развития и процветания»,— добавил он.

В преддверии второй встречи между лидерами РФ и Сирии пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков пояснил, что в повестке «много вопросов, связанных с двусторонним взаимодействием, прежде всего в экономической сфере». Но обойти стороной проблемы военного и политического взаимодействия у Москвы и Дамаска вряд ли бы получилось.

После начатого 17 января наступления на позиции прокурдского альянса «Сирийские демократические силы» (СДС) переходное правительство Сирии приблизилось к установлению полного контроля над страной. В руках СДС к концу января осталась только северная провинция Хасеке, расположенная вблизи границы с Турцией. Именно там находится один из трех военных объектов, которые контролируются российскими войсками. Это аэродром в городе Камышлы, который российская сторона использует с 2019 года (к двум другим объектам относятся авиабаза Хмеймим в провинции Латакия и пункт материально-технического обеспечения ВМФ в Тартусе). Как сообщил 21 января сирийский источник “Ъ”, Дамаск планирует пересмотреть статус этого объекта, остающегося под контролем россиян, после ухода СДС. Уже через пять дней источники агентства Reuters проинформировали, что российские силы начали постепенный вывод из Камышлы.

Открывая переговоры, Владимир Путин выразил надежду на то, что предстоящая интеграция СДС в центральные структуры власти «будет способствовать восстановлению территориальной целостности Сирии». «Мы внимательно наблюдали за вашими усилиями по поводу восстановления территориальной целостности Сирии,— сказал российский лидер, обращаясь к господину аш-Шараа.— И хочу вас поздравить с тем, что этот процесс набирает обороты. Мы всегда выступали за восстановление территориальной целостности Сирии, вы знаете об этом. И мы поддерживаем в этом направлении все ваши усилия».

Это заявление могло означать, что сохранение российской базы в Камышлы не будет угрожать территориальной целостности Сирии.

Впрочем, установление контроля Дамаска над районами, где компактно проживают курды, не означает, что все проблемы, связанные с обеспечением стабильности нынешней власти в Сирии, окончательно решены. Как сообщил перед началом российско-сирийских переговоров близкий к Дамаску телеканал Syria TV, президент аш-Шараа во время поездки хотел донести до Кремля свою озабоченность активностью бывших деятелей эпохи Башара Асада, некоторые из которых после смены власти 8 декабря 2024 года бежали в Россию. Как полагает новое сирийское руководство, они пытаются поднять восстание в прибрежных районах Арабской Республики, компактно населенных алавитами — конфессиональным меньшинством, представителями которого являются члены прежней сирийской элиты, в том числе господин Асад и его семья.

Газета The New York Times (NYT) еще месяц назад выступила с утверждением, что бывшие сирийские генералы, в том числе экс-командующий подразделением «Силы Тигра» Сухейль аль-Хасан и некогда возглавлявший военную разведку Камаль Хасан, пытаются из-за рубежа сформировать в Сирии повстанческое движение, чтобы отколоть от Арабской Республики прибрежные районы. Попытки вербовать и вооружать сторонников в алавитской общине, следовало из материала NYT, предпринимаются в том числе на те средства, которые окружение Башара Асада вывезло в Россию 8 декабря 2024 года.

То, что действующее руководство Сирии сталкивается с угрозами своей стабильности, фиксирует и глава иракской разведки Хамид аль-Шатри, интервью с которым газета The Washington Post опубликовала в понедельник, 26 января. Он сообщил: по данным Багдада, за год в Сирии в пять раз (с 2 тыс. до 10 тыс. человек) выросло число боевиков «Исламского государства» (ИГ, признано в России террористическим и запрещено). Некоторые из тех, кто примкнул к джихадистской группировке недавно, как пояснил господин аль-Шатри,— это люди, некогда сражавшиеся бок о бок с господином аш-Шараа, но разочаровавшиеся его новым политическим курсом.

Нил Кербелов